Барон фон дер Зайцев (СИ)

Их приняли в покоях архиепископа в пристрое к Домскому собору. В домашней так сказать обстановке.
— Ваше Высокопреосвященство, Юрген вступился за мою честь, — не, так-то фрайфрау Мария женщина не забитая и вполне решительная.
— Это похвально. И чем это вас так, хер защитник? Навершием меча, получили? — Иоганн, по еле заметной улыбке на толстой физии хозяина Риги и её окрестностей, понял, что о драке ему поведали (доложили) и это он так издевается над Киселём.
  
— Навершием, — пробубнил Юрген. Ну с такими губами, наверное, только и мог бубнить, да с таким носом.
— Прискорбно. Навершием. Но защищать даму — это похвально. А скажи, хер Кессельхут, а есть ли у тебя на что содержать воинов, чтобы охранять замок и баронство в такие сложные времена? Война идёт.
— Кхм, мой отец…
— Понятно, — перебил Киселя архиепископ Риги Иоганн V Валленроде, — Преподобный Мартин, а нет другого кандидата?
А ведь недобрый взгляд у архиепископа. Что не так? Иоганн нос почесал. Ситуация после драки лучше не стала. Оба кандидата плохи для попаданца. Но этому толстяку чего надо? Чего добивается? Хочет доходы с дорфов в карман себе положить. А пусть. Всякое мыло и янтарь отдельно пойдут. Сколько там прибыли тот горох или рожь приносят? Копейки. А, Семён Семёныч, пфенниги. Иоганн решил вмешаться. Ничем, по его мнению, толстый грабитель не лучше худого.
— Ваше Высокопреосвященство. Мы узнали про вашу болезнь. И травница наша решила послать со мной мази чудодейственные от болей в коленях. Вот в этой баночке при болях мазать надо, она сразу почти боль снимает, а в этой для профи… для предотвращения боли. Помажете, начиная с сегодняшнего дня пару недель, и следующего приступа не будет. А вот в этом пакетике чай. Это такое средство, его заваривают и пьют на ночь. И ночь спите как у Христа за пазухой.
— Удивительные вещи ты юный барон говоришь? — на самом деле удивился толстяк, видно было, как брови его домиком встали.
— А ещё наша травница сказала, что болезнь ваша от обильного питания мясом. Вам нужно меньше есть мяса и больше овощей, капусты, моркови. Осенью и летом побольше ягод. И нужно вам вообще поменьше есть. Это болезнь богатых людей. Они, в отличие от бедных, много едят. Нет, это не господь их наказывает. Это организм не может переварить всей пищи и откладывает кристаллы в суставы, а малейший холод или длительная нагрузка, или ушиб, и сустав воспаляется. Я не много понял из объяснений травницы, Ваше Высокопреосвященство, но что запомнил, то сказал.
Гробовое молчание — это расхожий термин. Не, не было гробового. Мухи жжжжужжжали. Кашлял монах, сидевший за бюро с гусиным пером. Пыхтел их преподобие Мартин. Охнула Мария, которая датчанка. Пыхтел и толстяк на троне… м… кресле архиепископском. Массивное такое. Чёрное. Или от времени почернело, либо сразу из морёного дуба делали. Чёрного дерева точно ещё не завозят в Европу. Эбеновое дерево только в Африке, а португальцы только — только туда дорогу прорубают.
— Хм, юный барон…
— Иоганн, Ваше Высокопреосвященство.
— Иоганн… Я буду следить лично за твоими успехами, Иоганн. Собираешься ли ты поступать в университет? — архиепископ понюхал протянутые ему склянки. Не, горшочки, склянки они же стеклянные.
— Я воль, Ваше Высокопреосвященство! — почти гаркнул Иоганн, — мне отец, царство ему небесное, добыл учителя, он недоучившийся студент. Сейчас изучаю латынь, греческий и математику.
— Ты мне нравишься, Иоганн. Повторю, — он обвёл глазами опекунов, — я буду следить за успехами юного барона. Надеюсь, вы херы, и вы фрайфрау, с пользой воспользуетесь моим доверием. А чтобы иметь регулярные сведения об успехах Иоганна я отправлю в замок трёх лучников с сержантом, который будет раз в месяц через вас преподобный Мартин отправлять мне донесение. Содержание этих молодцов я возьму на себя. Всё, у меня ещё есть несколько аудиенций. До свидания, Иоганн, если что-то тебе понадобится от меня, то не стесняйся обращайся к святому отцу Мартину, он найдёт способ связаться со мной.
  
Глава 17 
 
Событие сорок девятое 
В целом съездили в Ригу вполне удачно. Оружейник Михаэль, тот самый зять скупщика мяса в их колхозе, рассчитался за остатки янтаря и новую небольшую партию, в том числе и за булыжник, найденный Гердой. И булыжник рыже-коричневый и непрозрачный неожиданно оказался дорогущим. Его хер Михаэль оценил в две марки и восемнадцать шиллингов. Если что, то в марке тридцать шесть шиллингов. То есть, кусок янтаря с кулак размером потянул на две с половиной марки. Столько же почти получилось и за мелочь всю вместе. За вычетом доли старосты у Иоганна на руках получилось четыре марки и три фердинга (это четверть марки). Михаэль и мыло всё приобрёл. Все десять кусков. И заплатил по три шиллинга за кусок. Иоганн, рассчитывающий на два, пересчитал процент прибыли и умилился. Зачем оружейнику столько мыла? Объяснил. А ведь действительно, он не для рядовых воинов дорогущие ножны делает. Богатые люди покупают. А богатым всучить дорогую заморскую игрушку (которую еле достал по блату, через директор магазин, через завсклад) легко и просто. Привозите ещё. Всё куплю.
— Георг, купи бочку льняного или конопляного масла. Сколько это будет стоить? — Бочка ведь в понятиях человека двадцать первого века — это двести литров. Оказалось, тут сложнее.
— Примерно пфенниг за фунт. В бочонке обычном пятьдесят фунтов (примерно 20 литров). Да сам бочонок не дёшев, думаю, за два шиллинга можно сторговаться, — Георг считал, загибая пальцы. Нужно написать таблицу умножения, решил Иоганн, и повесить на воротах замка. Цифры, кстати, есть и они римские. Ну да, так как в замке целых три человека грамотные, то это населению баронства сильно поможет. А, ещё пастор Шлак грамотный. Итого четыре человека на всё баронство. Да и зачем обычному человеку грамота, что он будет читать, если и книг нет.
— Бочонки? А ладно, пусть будут бочонки, приспособим. Купи десять бочонков. Чем меньше осадка в масле, тем лучше. Стоп. Купи пополам. Пять бочонков с льняным и пять бочонков с конопляном. Если вдруг попадётся оливковое или ещё какое другое, то бочонок тоже купи. Сверх этих десяти.
— Что за оливковое? — остановил попаданца староста.
— Вот так вот? — Иоганн задумался.
— Прованское бывает у купцов с Венеции…
— Точно. Прованское, деревянное, елей. Георг, а какие ещё масла есть в продаже?
— Хм, да много, топлёное продают, маковое, англицкое есть, горчичным ещё называют. Тоже очень дорогое. Ещё сарацины ореховое масло продают, но и это редко у нас бывает. Даже не знаю цены на него.
— Понятно. Если прованское попадётся возьми немного на пробу, макового тоже и англицкого с ореховым. Если очень дорого, то литра… ай, блин, двух фунтов хватит.
Ещё Георг купил у франков бочонок пороха. Бочонок тоже литров на двадцать. Пришлось выложить за него десять фердингов. Или две с половиной марки!!! Да нахрен она нужна такая артиллерия⁈ Это всё равно, что кидаться во врага серебром. Так ещё и непонятно от чего пользы больше будет. Порох зернить ещё не додумались. Это так называемая пороховая мякоть. Порошок очень мелкий, и он страшно гигроскопичен. Как раз в Грюнвальдской битве в следующем году рыцари попробуют стрелять из серпентинов в ляхов и смогут сделать только один выстрел, так как пойдёт дождь.
Стоп. Это покупать порох дорого, а что, если продавать⁈ Уголь не проблема. Конюшня у него есть, да и у каждого крестьянина есть. Если потренироваться, то селитру простым вывариванием земли из конюшен можно получить. Остаётся сера. И это не проблема. Читал Иван Фёдорович в одном из попаданческих романов, что вполне можно канифолью заменить, даже дыма больше получится. Ну, сразу в это дело бросаться нельзя. Узнает архиепископ про мыло и порох и кердык. Конфискуют его из имения и заставят на Родину — мать бесплатно пахать. Хотя, почему бесплатно, чтобы активнее трудился, будут гонорар выписывать, ударами кнутом, а то и плетью семихвостной. Или девятихвостой. Как там у китайцев обзывают девятихвостую лисицу? Как-то по матерному? Точно. Хули-цзин — девятихвостая лисица -оборотень. Интересно что здесь числительное? Пусть будет первое слово. Так пропишут ему для старания хули — плеть.