Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— Почему?
— Потому что ты пока несовершеннолетняя.
— Ну и что? Счёт-то мой?
— Твой. Но по закону, всё равно не можешь.
— Ну так и зачем мне этот счёт? Если денег с него не снять? — пожал я плечами…слегка обиженно.
— А вот для этого я приготовила тебе ещё один сюрприз, — улыбнулась омма и достала пластиковую карточку. Жёлтенькую такую.
— Э-э… — не нашёлся я что сказать.
— Не экай! Может тебе платиновую заказать? Мала ещё!
— Да нет. Просто зачем мне золотая? Мне и обычной хватило бы.
— Ну извини. Обычной и у меня нет, — отрезала мама. — Гляди-ка, какая скромница!
Дядечка-охранник подвёл нас к лифту и нажал кнопку. Через пять минут мы входили в широченный холл тридцатого этажа. Блин! Да тут и потеряться можно! Хё Чжин посмотрела на мою и без того неказистую морду и уловив напряжение протянула руку.
— Держи.
Я тоже вытянул свою короткую грабку и крепко уцепился за мамкину узкую и ухоженную, но довольно крепкую ладонь. Мы быстро двинулись вперёд, по диагонали пересекая холл. Первый же офис, ввёл меня в ступор. Вернее не сам офис, а связанное с ним событие. Для меня, событие.
Когда мы проходили мимо стекляных дверей над которыми светился длинный электронный щит с надписью «International bank of KOREA» девушка-служащая сидящая сбоку от дверей на входе, за фронтдеском, ну или за стойкой ресепшена, встала и низко поклонилась приветствуя омму.
— Доброе утро, саджанним, — произнесла она громко, так чтобы мы услышали из-за дверей.
— Доброе, хубэ, — ответила омма.
— Хубэ? — переспросил я. — Ты её знаешь?
Девушка выпрямилась и помахала мне ручкой, прямо в мою удивлённую рожу.
— Нет, — ответила мама и дёрнула меня за руку. — Идём.
— Так…так как же…вы в одной компании?
— Я заседаю в совете директоров этого банка. Поэтому, хубэ.
— Самого крупного банка Кореи?
— Одного, — тянула меня омма. — Одного из самых крупных. Идём же быстрей. Не люблю опаздывать.
— И ты ещё говоришь, что мы чеболи не особо…э-э чебольные? Ну ни хрена ж себе!
Шлёп! Довольно чувствительно прилетело мне по заднице.
— Ай!
— Я слова на ветер не бросаю!
— Прости омма, — я поклонился маме и вприпрыжку поскакал следом за ней.
Наконец мы добрались до офиса. Честно сказать сам бы я ни в жизнь его не нашёл. Едва Хё Чжин вошла, как шум и суета слышимые задолго до дверей с вывеской «Корё-бьюти», тут же прекратились. По ходу нашего движения, служащие, молодые и не очень, мужчины и женщины вставали с мест и кланялись желая нам(скорее омме) доброго утра. Матушка лишь слегка кивала в ответ. Я сначала тоже хотел попробовать отвечать лишь лёгким наклоном головы, да Чжуна моя не дала. Ей, даже не особо здоровой в плане мозгов, Хё Чжин с детства в подкорку вбила чинопочитание и староуважение по-корейски. А так-как сейчас вся Чжуна, вместе с местными заморочками была вбита в подкорку мне, то произошла, так сказать, цепная реакция. И я как идиот шёл и кланялся всем подряд на ходу. Словно дурень, который со всеми согласен.
В своём саджаннимском кабинете, мама первым делом швырнула сумочку на стол и нажав кнопку интеркома мимолётно бросила:
— Кофе.
Потом села в своё саджаннимское кресло. Вытянула под столом ноги, сбросила с них туфельки и раскрыла верхний ящик письменного стола. Дядечка-аждосси, устроился за её спиной на удобном офисном стуле, подкатил на нём к большому зеркальному окну и на несколько сантиметров отодвинул створку. Повеяло прохладой. Мама в это время достала из ящика пепельницу, початую пачку сигарет и коробку. Повернувшись к дядечке, она перебросила в его руки сигареты, а сама открыв коробку, вынула из неё короткую толстенькую сигару. Следом за сигарой последовала золочёная гильотинка. С её помощью Хё Чжин обрезала кончик сигары и сунула её в рот. Затем сунула руку в ящик и на свет появились длинные спички. Чиркнула, опалила края сигары и закурила.
Я на всё на это стоял и смотрел, выпучив свои косые глаза и приоткрыв рот.
— Подбери слюни, — посоветовала мне омма с усмешкой.
  
— Ты…ты куришь?
— Не часто и не в затяжку, — в это время открылась дверь и в кабинет вошла модель. Ну а как охарактеризовать девицу с огромными не по-корейски глазами и ногами от ушей. Одетую в белую офисную блузку и юбку-карандаш чуть ниже соблазнительных коленок, обтягивающую…то, что у моей Чжуны никогда не будет?
— Богема, мля! — не выдержал мой рот, а глаза уставились на…поднос с чашкой ароматного кофе. В то время как в нос ударил запах дорогого табака.
— Пак СоНа, будешь выходить, врежь этой нахалке хорошенько по заднице.
— Да, саджанним-сии, — пропела эта сирена повораиваясь и направляясь прямо ко мне. Блин да у неё и спереди всё в порядке! Смело можно поставить твёрдую тройку!
— Уй! — ручка у этой наяды оказалась тяжёленькой.
— По офису прогуляешься или сразу в торговый центр? — как ни в чём не бывало спросила омма.
— Мне бы компьютер. Посидеть сначала. Разобраться в окружающей обстановке, — попросил я.
— Понимаю, — сказала мама выпуская ароматный дымок и указывая на стекляную стену слева от себя. И на такую же дверь, прямо у того места где сидел охранник. — Проходи туда и занимайся.
В соседней комнате стоял стол с офисным креслом. А на столе — компьютер. Когда я уже открывал двери мама сказала:
— Знаешь ЧжунГи, ты за это утро сказала больше слов, чем за всю твою жизнь от самого рождения. Ты даже не представляешь как я рада!
Я так и застыл на месте.
— Завтра или послезавтра я договорюсь с твоим врачом и мы обязательно пройдём все проверки и тесты. Лично я уверена — ты совершенно здорова.
— Да омма, — сказала ЧжунГи прикрывая за собой дверь.
Усевшись за стол, я немного подправил сидушку и покатался на колёсиках от стола к окошку и обратно. Только собрался включить комп, как почувствовал лёгкое недовольство моей Чжуны.
Что? Не нравится, что наша задница не будет такой как у матушки или её секретарши? — насупленное молчание — Тоже мне проблема. Ты замечала как сидят девушки с круглыми и упругими попками? Постоянно ёрзают и перекатываются с боку на бок. А всё почему? Потому что жопы круглые упругие и твёрдые. Вечно не могут места себе найти. Постоянно ищут удобное положение, а находят как правило, приключения! А у нас с тобой? Шлёп на кресло — всё растеклось и приклеилось. Красота! Нигде не жмёт и не давит! — тихий смешок. Так-то!
Ещё секунду подумал и включил компьютер. Та-ак. Посмотрим, чем этот мир отличается от моего. То что это другой мир, я не сомневался.
Сначала география. Я нашёл и открыл карту. Ну вроде все континенты на месте. Океаны и моря тоже. Политическая карта. Как бы и границы очерчены также как и в моём мире. Обе Америки. Евразия. Дальневосточный бассейн. Индокитай. Ближний Восток. Австралия.
Что у нас по геополитике? РФ, остальное ближнее зарубежье тоже вроде бы. Затем углубился в историю. Час-полтора читал и пришёл к выводу, что за малозначимыми изменениями всё в принципе то же самое. Были две крупные войны. Только после второй СССР не получил часть Германии. Она осталась неделима под мандатом союзников. А так, блок НАТО и страны СЭВ в вечном противостоянии. Затем распад Союза и возникновение РФ, как приемника. Те же президенты. Что тут, что там. Так же как и у нас, нефть качают в одном месте, а воруют и продают в другом. Те же конфликты за те же идеи. И фундаменталисты и террористы и прочая шушера. Даже не интересно стало. Я-то думал, здесь ого-го! а на поверку то же самое.
Ладно. Что у нас с самым интересным. С науками и искусством. Хм. О науках я зря подумал. Всё равно ни хрена не пойму. Если синусы те же, так что косинусы другие что ли будут? А вот искусство.
Пробежался по списку самых известных художников и живописцев. Долго сидел и думал, оказывается что в том мире из самых топовых, отсутствовали Мане, Ван Гог, Пикассо и Дали. Вот о последнем я жалел больше всего. Особенно о его работе «Сон за секунду до пробуждения». Вот это коллаж с натюрмортом! Это ж сколько и чего выкурить надо было? Я ещё в том мире сравнивал эту картину со сказкой о Кощеевой смерти. Сундук. Из него прыгает заяц из зайца утка из утки яйцо из яйца х…й вам всем а не моя смерть! Думал наверное этот злодей подсмеиваясь над нами.