Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— Дорогая? — под нос себе буркнул НиХо.
— Сейчас, оппа, — СуМи перегнулась через сидение, и полезла рукой во внутренний карман модного пальто мужчины.
— Оппа? — глаза продюсера полезли на лоб.
— Та-ак. Оппа, Чжуна прислала ещё две композиции. Первая называется «Марш танкистов», а вторая " По полю танки грохотали".
— Сейчас. Дорогая передай мне пожалуйста телефон, — ИнСон съехал на заснеженную обочину. Благо машин на дороге не было. Ну почти. Потом он соединил его с мультимедиа системой автомобиля и включил воспроизведение.
 https://www.youtube.com/watch?v=xGbyMAeY704
— Нет. Ну вот откуда в её голове, такие ассоциации? — удивлялся ИнСон. — Она,что, воевала? И почему она выбрала трот? Это ведь печальная песня? Ей, что? Весело?
— Вот сам у неё и спрашивай, — ответила СуМи. — Чего ты ко мне прицепился? Давай марш послушаем.
— Чжуна, а почему ты так весело поёшь о смерти танкистов? — спросила меня омма, когда я ей спел эту песню.
— Понимаешь, омма. С моей точки зрения, в любой армии мира, самые крутые войска это танкачи.
— Как-как? Танкачи?
— Угу. Круче всех морских и воздушных коммандос!
— Но почему?
— Потому что, только самый безбашенный пофигист(прошу прощения за аналогию), полезет в железный гроб, чтобы по нынешней военной доктрине успеть в открытом бою провоевать от сорока пяти секунд до нескольких минут — пока он ещё живой — и при этом постараться завалить такого же бедолагу с противоположной стороны. Поэтому, омма, вот увидишь, танкисты меня поймут.
Помню в бытность мою духопёром в окружном оркестре, я забрёл в армейский рембат. Там пацаны ремонтировали Т-72. Попросился посидеть в башне. Пустили. Сел в кресло то ли наводчика, то ли командира. Короче с левой стороны. Всё это помню очень смутно. Какой-то монокуляр перед глазами. Руки ухватились за эбонитовый прямоугольник с ручками. вверх-вниз, опускается и поднимается орудие. Вправо-влево, двигается башня. Но не это главное. Справа — система автоматического заряжания. Соседа ты не видишь. Слева — упираешься носом в броню. Всё. Мне хватило минуты. Если бы посидел подольше, получил бы устойчивую клаустрофобию. По мне — надо иметь железные нервы, чтобы быть танкистом. А тем паче воевать в этой железной могиле!
— Ну, не знаю, — задумчиво сказала омма. — Круче коммандос? Сегодня по всем каналам ТиВи, рассказыают о подвиге морского спецназовца, Ким ЧуСонга. Он в одиночку, раненный, вынес из боя двух вегугинов — американцев.
— Я знаю, — кивнул я головой. — Я тоже смотрела утренние новости. Геройский парень! Практически один, против банды сомалийских пиратов. Его родные, наверное очень им гордятся?
— Естественно, — усмехнулась омма. — Кстати он… — она внезапно замолчала.
— Что? — любопытство поскребло своими коготочками.
— Да, нет. Ничего. Забудь.
— Хорошо. Как скажешь. Омма, а почему ты одета и пришла ко мне с лопатой? Решила меня на крыше зарыть? — хохотнула девчонка.
— Что ты такое говоришь? Какой зарыть? Вот сейчас как дам! — она приподняла лопату. — А ну-ка, иди оденься по проще и пойдём разгребать снег у дома. Ветер стих, а снегопад почти прекратился. На улице должна быть отличная погодка. Нечего днями в квартире сидеть! Пойдём, свежим воздухом подышим.
— Миу! — раздалось с рояля.
— Вот. Даже Нэко-тяна согласна, — указала омма на котёнку. А я вспомнил объявление на сайте мэрии Сеула.
— Что? Городские власти объявили субботник?
— Субботник? Сегодня среда, — не поняла мама.
— Да это я так, к слову. Незапланированный рабочий день.
— Что-то типа того, — согласилась омма. — Да и надоело мне дома сидеть. Давай. Поднимайся и пойдём одеваться. Госпожа ДаСом, тебе лопатку тоже подыщет.
— Мам! Какая лопатка? У меня скрипка и рояль. После лопатки я смогу только кулаками по клавишам стучать!
— От одного раза не убудет! — упёрлась омма. — Руководство города просит помощи. Ты, что? Против? Весь Сеул выходит на улицу!
  
— Я совершенно не против помощи городу, — ага иди поспорь с хангуками. Затопчут. Патриоты! Омма хоть и ходит по дому в образе некоей гейши, но только при своих. Хотя я у нас гостей до сих пор не видел. Мы не любим чужих. Однако на людях, она как и все. Что-то типа тех мушкетёров. Один за всех…и малой кровью на чужих территориях. В общем все у срацу и я у срацу. — Но лопата мне противопоказана. У меня есть идея получше!
— Это какая же? — родительница ехидно ухмыльнулась.
— Доверься, мне!, — я небрежно захлопнул крышку рояля, отчего розовый подсвинок мявкнул от испуга и резко подпрыгнув, оказался у меня на плече.
— Уй! Зараза когтистая! — снял с плеча Никотину, потёр его рукой и пересадил кошку на другое плечо.
— Довериться тебе? — омма следила за моими манипуляциями.
— Да! И отставь наконец, свою лопату. Она меня пугает. Мы будем креативить!
— Креативить?
— Ага! Все жители выйдут с лопатами и будут расчищать площадки у своих подъездов. А мы, что?
— Что?
— А мы, будем чистить велосипедные дорожки в нашем районе! Заодно по ним и люди смогут ходить. Пока тротуары не почистили.
— Так может будем чистить, тротуары?
— По тротуарам ездить нельзя, омма, — наставительно сказала тталь.
— А мы ездить будем? — удивилась ХёЧжин.
— А ты, собралась велосипедные дорожки, лопатами чистить? — ещё больше удивилась дочь.
— Д…да. А как иначе?
— А креатив? Ладно. Пойдём одеваться, по дороге я тебе всё объясню.
Спустя сорок минут.
— Вот, мам. Вот, смотри какой мощный!
— Нет, ЧжунГи. Нам не нужен такой. На таком хорошо в заснеженном поле или лесу, если есть широкая просека. А нам нужен компактный и желательно, чтоб задние шасси были одеты в резиновые гусеницы. Чтобы чистый асфальт не царапать.
— Тогда, вот. Красненький. «Кавасаки». И гусеницы и двухместный. И багажник ещё есть! А вон ещё «Судзуки», похожий.
Это мы с оммой выбираем снегоход. Прямо в нашей высотке, есть салон байков. Ну а по зимнему времени и снегоходы завезли. В основном японские. Есть конечно и местного производства, но с ниппонами пока их сравнивать рано.
Мы ходим в большом, освещённом помещении между рядами техники. За окном уже темно. Зажглись фонари. Здесь, в Корее для снегоходов отдельные права не нужны. Есть водительские? Садись и езжай.
Прикупили тут же и утеплённый экип. А ещё лёгкий пластиковый отвал, предназначенный для сельских домашних тракторов. Быстренько поднялись домой и переоделись, пока парни из салона заправляли наш пепелац и устанавливали ковш. Всё таки иногда хорошо быть звездой интернета. Тебя узнают. Соглашаются на мелкие услуги. Когда мы выводили наш снегоуборочный комбайн на улицу, со всех концов магазина кричали:
— ГопСо. Файтинг!
К чему бы это?
— Море зовёт, волна поёт,
А мы такие, зажигаем!
— Ветер ревёт, Сеул живёт,
— А мы такие, чистим снег!
Маша руками в разные стороны, самозабвенно орала ЧжунГи, сидя за ведущей снегоход оммой. Мимо проскакивали фигуры сеульцев вооружённых лопатами. Многие узнавали девчонку из интернета. Приветливо помахивая шанцевым инструментом в ответ. Другие сразу вынимали телефоны. Снимать.
Компания молодых людей, весело кричала вслед:
— Летс Гоп! Летс Гоп!
На перекрёстке двух широких улиц. Прямо под светофорами. Стояла военная техника. Несколько бульдозеров защитного цвета, два больших армейских грейдера, какая-то каракатица, вся утыканная антеннами и четыре здоровущих танка! Солдаты высыпали наружу. Отдыхали, когда на них вылетел снегоход с поющей на нём ГопСо.
— Здравствуйте, господа военные, — поздоровалась девочка приподнимая забрало шлема.