Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— Не нервничай, хён. А подумай головой. С помощью этой девчонки, мы можем выйти на международный уровень, что кстати СуМану не удалось. Его Girls Generation флопнулись! Эта новость ещё широкого распространения не получила, но те кому надо, уже в курсе.
— SM не удалось, а мы значит сможем? — хмыкнул менеджер Ким.
— Мы, в потенциале — да. У нас есть что предложить миру, помимо трясущихся задниц «Соши», — улыбнулся ГиСок.
— Ты только не особо распространяйся по этому поводу, — предупредил его ИнСон.
— Не вчера родился, сабоним. А вот нашу ГопСо, крупные лейблы и перекупить могут. По этому она должна быть лояльной к нам. Понял хён? И самое главное, господа. Я уже упоминал, что проходил курс психологии?
— Да, — подтвердил сабоним.
— Тогда прислушайтесь сейчас к тому, что я вам скажу. У людей такого рода как наша трейни, своя собственная точка зрения на нашу реальность. Иногда в корне противоположная. Не надо им мешать набивать собственные шишки. Они на мир смотрят совсем с другого ракурса. Не так как остальное общество. В этом их гениальность и в этом их беда. Просто они смотрят подругому. Надо себе это уяснить и тогда общение с ними будет в разы легче и продуктивней.
— Ясно, — пробормотал ИнСон и посмотрел на часы. — Кстати сейчас и познакомитесь. Она должна быть уже в приёмной, — он нажал кнопку интеркома. — СуНа? ГопСо уже пришла?
— Она была здесь сабоним. Я сказала, что у вас утреннее совещание, она посидела десять минут, потом подскочила и убежала. Сказала, что очень надо и она скоро вернётся.
— Вот засранка! — в сердцах выругался сабоним отключаясь. — Ну я тебе сейчас покажу, «очень надо»! — ИнСон набрал номер ГопСо.
— Ты где?
— Я на птичьем рынке! — послышался радостный голос. — Доброе утро, сабоним!
— Холь! Что ты там ищешь? — забыл поздороваться от удивления ИнСон.
— Я решила написать монументальную портянку! Великие композиторы писали гусиными перьями. Нельзя нарушать традиции!
— И ты поехала за гусиными перьями? — даже привстал со своего места сабоним.
— Так, традиция же?
— ГопСо, в агенстве на первом этаже есть театральная студия, — постарался взять себя в руки ИнСон. — Там среди реквизита, ты можешь найти целую сотню натуральных гусиных перьев. Уже очинённых и готовых к использованию. Почему ты не спросила СуНа?
— Я не знала, сабоним.
— Срочно возвращайся! Мы тебя ждём!
— Спасибо сабоним! А то тут холодно и воняет!
— Нет, вы видели? — ИнСон в раздражении бросил телефон на столешницу. — Она уже великий композитор и собирается писать монументальную портянку! Портянку! Чёрт бы её побрал! Ей компьютерных программ мало?
— Я предупреждал, ИнСон-сии.
— Да понял я, понял, — махнул рукой сабоним. — Легко с ней не будет.
Чуть позже. Примерно через полчаса.
— Сабоним, ГопСо ожидает в приёмной, — раздался по интеркому голос секретарши.
— Пусть заходит.
В кабинет президента вошла девочка-подросток. Темноволосая, не очень симпатичная, но мордочка выглядела, как говорят фотохудожники, с неуловимой изюминкой.
— Здравствуйте, — с поклоном поздоровалась она. — Я трейни Ли ГопСо. Позаботьтесь обо мне, пожалуйста.
— Проходи, садись, — недовольно буркнул сабоним. — Все уже знают кто ты. И догадываются, что их осчастливил своим визитом, «великий композитор», — добавил он с сарказмом. — Вот, показал он на пачку листов у себя на столе. Давай перейдём к делу, он поднял первый листок. — Первого марта страна отмечает День Независимости. На сайте министерства культуры выставлены заявки на конкурс патриотической песни или музыкального клипа. Мы можем, что-нибудь предложить?
Я пробежался по памяти. Песни? Патриотические, только про Ленина и комсомол. Здесь это нафиг никому не надо. Может северянам продать? Хи-хи. Они купят. А вот клип…
— Надо подумать, сабоним. Прикинуть. Думаю мы сможем предложить…и даже вкладываться сильно не придётся.
— Да? — повеселел босс.
— Думаю можно просто музыку наложить на хронику какого-нибудь строительства. Музыка должна быть очень энергичной! У меня уже в голове складывается мелодия!
  
— Хорошо. Сколько времени тебе понадобится?
— Написать? Примерно неделю.
— Хорошо, — повторил сабоним.
— Я конечно могу и на своём Роланде сыграть, но хорошо бы оркестр. Настоящий, сабоним.
— Оркестр?
— Ага. Эстрадно-симфонический.
— Где я тебе оркестр-то найду? Им же платить надо!
— Как хотите, сабоним. Я и на синтезаторе не хуже сыграю. А потом запишу.
— ИнСон-сии, — обратился к нему ГиСок. — А как насчёт вашего друга?
— Какого?
— Ли ХёнСу.
— Сейчас посмотрим.
ИнСон поднял со стола телефон и набрал своего делового партнёра. Вначале как обычно поговорили о погоде, природе и видах на урожай. Потом перешли к сути:
— Хён. У тебя же в школе есть оркестр?
— Есть! — решил похвалиться директор Сонхва. — Наши композиторы ещё полгода назад сочинили песню ко Дню Независимости. Нас пригласили на торжества. Выступим вживую в Голубом доме!
— ХёнСу, вы уже записали песню?
— Практически заканчиваем. Ещё недельку и всё. А, что?
— Понимаешь, моя трейни и твоя ученица Ли ГопСо, тоже включилась в марафон. Нет, она и на синтезаторе может записать…
— ГопСо? ЧжунГи?
— Да.
— Где будем писать? У тебя? У меня?
— Через недельку, — усмехнулся в трубку сабоним. — И лучше у меня. Условия более подходящие.
— Хорошо, хён. Через неделю я со школьным оркестром старших курсов, буду у тебя в агенстве. Как там она?
— Гусиные перья покупает.
— Холь! Зачем ей гусиные перья?
— Говорит, что все великие композиторы, писали свои монументальные портянки, гусиными перьями.
— Монументальные портянки? Это она так о симфониях? Ха-ха-ха. Вот маленькая нахалка! Но где-то она права. Гусиные перья, в своё время, писали намного более качественную и прекрасную музыку, чем сегодняшние компьютерные программы! Хорошо, хён. Договорились.
ИнСон, недоуменно выключил телефон.
— Качественную и прекрасную, — пробормотал он. — Поди ж ты.
— Я такая, — ухмыльнулась ЧжунГи.
— Есть ещё одна заявка на День Независимости, — не обратил внимания на её бахвальство ИнСон. — Ещё с начала января висит. Но никто почему-то её не принимает.
— О чём речь? — спросил молчавший до этого менеджер Ким.
— Песня о войне.
— Холь! Кто сейчас может сочинить такую песню? Не дай бог, не то слово…и под суд!
— Вот поэтому наши композиторы и не берут. Им легче что-нибудь для к-поп, чем действительно серьёзное произведение. ГопСо?
— Эмм…на первое марта?
— Да. Если комиссия министерства культуры одобрит, могут и в Голубой Дом пригласить. Как твой школьный оркестр.
— Не-е. Не хочу пока сольно светиться. Фактура не та.
— Опять ты со своей фактурой?
— А давайте клип, сабоним?
— То есть песня будет?
— Думаю, да. Через недельки полторы-две.
— Сначала покажешь демо-диск, а потом будем решать.
— Хорошо, сабоним.
— Так, теперь дальше…э-э…есть ещё одна заявка на сайте министерства транспорта. Железнодорожники провели скоростную ветку из Сеула в Чхунчхон. Это в провинции Канвондо. Открытие новой станции, приурочили к празднику 1-го марта. Она, кстати так и будет называтся, — станция им. Дня Независимости. Торжество будет проводиться в здании станции, при большом стечении публики. Практически все крупные агенства, посылают туда своих айдолов. Но это так, концертно-танцевальная программа. Транспортники просят, что-нибудь на открытие. Чтоб было не хуже чем в Голубом Доме, — сабоним оглядел соратников…и одну соратницу.
— Не хуже чем Голубом Доме? — покачал головой менеджер Ким. — Эк они замахнулись!
— Я посылаю Т-ару с их японским альбомом. Пусть начинают приносить пользу агенству. Да и от Сеула подальше. Но за открытие, обещают хорошие деньги. Мы там будем не одни. Приедут и оба сеульских оркестра, — сабоним со значением посмотрел на меня. А у меня из головы не выходила мысль, чего я вдруг сорвался и поехал за гусиными перьями? Это ведь не моя идея была! Чжуна? Приходит в себя потихоньку? Или опять гормоны шалят?