Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)

— Нет, дядя — усмехнулся ИнСон. — Просто есть такой музыкальный лейбл: Universal Music Group, слышали о таком?
— Я, сынок, не слежу за музыкальными новинками. У меня просто времени на это не хватает, — ответил МёнСу. — Но про UMG, слышал. И в титрах различных зарубежных фильмов видел. И что?
— А то, что это один из самых крупных в мире музыкальных лейблов. Второй — Sony Music. Но…Sony, я так полагаю, слились и будут действовать согласно ранее подписанному контракту, за фиксированный процент.
— Что значит слились? — спросил самчон.
— Они не требуют у меня, уступить им контракт трейни.
— Трейни, я так понимаю, моя соннё?
— Совершенно верно, дядя.
— Ну, то и понятно, — задумчиво произнёс самчон в трубку. — Всё-таки японская компания. Наверное им из Токио позвонили. Из правительственных кругов…насчёт девчонки…в свете последних событий.
— Но это не помешает им исподволь, натравить на меня десяток самых крупных в мире лейблов, являющихся их дочерними предприятиями.
— Дай я сам догадаюсь, сынок. UMG предлагают тебе выкупить контракт Чжуны? Я угадал?
— Да, дядя. При этом предлагают совершенно неприличные деньги! — возмутился ИнСон.
— Сколько? — скептически хмыкнул МёнСу.
— Эта рыжая кумихо, исполнительный директор лейбла предолжила мне «на подумать», как она сказала, восемьдесят миллионов! И это ещё до концерта в школе Сонхва, который будет через две недели в честь начала учебного года. Где бенефициаром будет моя «Струнная группа» под руководством ГопСо! По договорённости со школьной администрацией, они будут выступать в финале с несколькими номерами. Я уже обзвонил все телеканалы. Представляете, самчон? Будут все! И мне уже заранее прислали эксклюзивные контракты на выступление «Струнной группы»! А также шоу, ток-шоу, различные викторины и соревнования моих айдолов, как между собой, так и с другими агенствами.
— Восемдесят миллионов… — уточнил МёнСу. — Вон?
— Евро! И это только «на подумать»!
— За мою соннё? — хмыкнул харабоджи.
— За неё. И это только начало! Вы сегодня будете смотреть премьеру на канале «Нейшенел географик»?
— А что там такого? — полюбопытствовал МёнСу.
— Там сегодня начинается цикл фильмов под общим названием «Тяжёлая поступь цивилизации». Так вот, по заказу кинокомпании снимавшей этот фильм, «Парамаунт Пикчерс», ЧжунГи обеспечила всё музыкальное сопровождение. Включая основной саундтрек, несколько клипов с Лео Рохасом и один отдельный клип. Кстати вчера вечером я получил от американцев извинения за то, что этот отдельный клип они поставили в самом конце фильма. После четвёртой, заключительной серии.
— А почему?
— Дело в том, что фильм рассказывает о завоевании обеих Америк. И в той части где рассказывается о завоевании Северной Америки, постановщики фильма без купюр и прикрас, показали весь ужас истребления коренного населения белыми переселенцами. Так как фильм имеет политическую подоплеку, то премьерный показ прошёл в здании Конгресса США. Так вот, конгрессмены, натуральным образом ужаснулись деяниями своих предков, а посмотрев клип, ужаснулись ещё раз и сказали, что современный американский обыватель их не поймёт. Оказывается, какой-то умник в титрах клипа указал, что это достоверные портреты девушек из племени Вийот. Замученных, изнасилованных и убитых переселенцами. Разгорелся скандал, и клип перенесли в конец четвёртой серии, где всё уже хорошо и показаны современные условия жизни индейцев США.
— И ты думаешь…
— Я подозреваю, дядя, — невежливо перебил МёнСу, разгорячившийся ИнСон, — что этот «умник», наша с вами знакомая трейни. Которая, кстати сама в клипе снялась совершенно голой!…Ну если исключить ракурс съёмки прикрытые руками «прелести» и перья на голове! Уж лучше бы она ими свои шедевры писала.
— А было что прикрывать? — усмехнулся МёнСу.
— Я вам сейчас перешлю клип. Сами посмотрите! И ещё, ХёЧжин, очень не довольна этим обстоятельством.
На несколько минут разговор прервался.
— Н-да-а, — протянул МёнСу. — Музыка её?
— Её.
— Н-да, — повторил самчон. — Ты, это, сынок. Надери ей задницу как следует! Чтоб не выставляла свои мослы напоказ…оказывается и прикрывать есть… кое-что…н-да-а. Так ты чего спросить-то у меня хотел?
  
— Понимаете, самчон. На предварительном показе в Конгрессе, присутствовали многие предстваители музыкальных лейблов. Мой телефон разрывается от приглашений в Америку. Я взял на себя смелость и пригласил всех через две недели в школу Сонхва. На, так сказать, реалити-шоу с ГопСо и её группой. И представляете? Согласились приехать все. Составить конкуренцию UMG.
— Отлично! Тяни с ними сынок, сколько возможно. Потом продай контракт.
— Продать? — в голосе ИнСона сквозило откровенной паникой. — Продать мой лучший актив?
— Не ори! Кто тебя только воспитывал?
— Вы, самчон. Простите самчон.
— Не стоит указывать на мои недостатки, — усмехнулся МёнСу. — Только в договоре о перепродаже контракта трейни, не забудь указать, что договор распростроняется только на территории, вне границ Республики Корея. В самой же Корее, контракт трейни считается приоритетным и взаимодействие с выкупившим его лейблом, действует по остаточному принципу.
— То есть. На тебе боже, что нам не гоже? — улыбнулся ИнСон.
— Именно. А если контракт получит UMG, то в Корее он будет осуществляться по обычной схеме. В связи с наличием у вас уже существующего договора. Понятно? Постарайся вытянуть из них как можно больше!…Работорговец!
— Что вы такое говорите, самчон? Я изначально не хочу продавать ГопСо!
— Не волнуйся, она останется в Корее и у тебя в агенстве. Я позабочусь.
— Хорошо…я верю вам дядя.
— Вот и молодец, сынок. Да я всё хотел спросить, кто это такой, Лео Рохас?
— Это мой айтишник.
— Тогда что он делает в клипах моей соннё?
— Играет на разных индейских флейтах.
— Так он музыкант?
— Нет. Говорю же, айтишник. Это ГопСо сделала его музыкантом. И кстати это ещё одна большая проблема. Мне совершенно непонятно, как клипы с его участием попали в сеть.
— Может если он айтишник, сам их и выставил? — предположил МёнСу.
— Может…только как мне стало известно из достоверных источников, правительства Эквадора и Колумбии, собираются объявить его…«национальным достоянием» Южной Америки.
В классе стояла полная тишина, не смотря на то, что школа была в основном направлена на развитие творчества, точные науки в ней тоже никто не отменял. Сегодня учительница математики, госпожа Ким ЧеУ, давала новый материал. Расписав на полдоски что такое дифференциал и какое значение он имеет в жизни школьников выпускного класса(касательно Сунына), она обернулась и заметила, что один из учеников, стоит у окна и внимательно за чем-то наблюдает.
— КиБом, это что ещё такое? Ты почему не записываешь? — строго спросила она. — Или на второй день учёбы, не терпится получить десять баллов в минус?
— А? — встрепенулся парень. — Простите, учитель-сии. Просто там, — он указал пальцем за окно. — ГопСо приехала.
Через секунду, опрокидывая стулья и парты, толкаясь и напирая друг на друга, весь класс собрался у окна.
— Точно, она.
— Какая классная!
— И ничего такого…
— Не завидуй.
— Больно надо!
— Глянь какие ножки!
— Ну ты, потише ори.
— А форма ей идёт, да онни?
— Определённо.
— Интересно в каком классе учиться будет?
— Жаль, что не у нас. Маленькая ещё.
— Жаль.
— Скоро концерт. Говорят она много нового сочинила.
— У меня сестра трейни у ИнСона, она новую группу создала. Говорит такой музыки раньше не слышала.
— Хорошей?
— Говорит, огонь!
— Эй, «Гопники», — позвала класс учительница. Ребята с неохотою возвращались на свои места. — Я у неё, — она кивнула на окно, — тоже буду преподавать. Так что если будете хорошо учиться… — она не договорила, но класс всё понял и дружно встав поблагодарил преподавателя.