Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)
Пока ждал онни, проверил технику девчонок. Норм! То, что доктор прописал. А они аж млеют! Наконец и они кому-то понадобились. Ха! Они даже не предстваляют, как! Но вот и мои подтянулись.
— Арым, — говорю. — Бери вторую виолу. Бас-гитару передай Майко. Айрин, ты берёшь скрипку. Гитару сплавим СыЧону. А свой синтез я передам МиСоку. Но это потом. Сначала все идём в студию С1.
— Итак, онни и оппа, — начала ЧжунГи, когда «Струнная группа»(уже можно и так называть). Мы все вместе начинаем новый проект, который завоюет этот девственный мир, не ведающий настоящей музыки!
Послышались смешки.
— Переигрываю? — вздохнула девчонка.
Покивали.
— Уфф, сабоним тоже так говорит. Но ничего, скоро буду посещать курсы актёрского мастерства. Там обещали научить. Но я сейчас не об этом. А вот о чём, — я достал из рюкзачка, сначала Никотину. Послышались восторженные вздохи, глазки загорелись. — Это, — я указал на кошку, — не то. — Снова вздохи, но уже разочарованные. — Попробуешь здесь куда-то нассать, — строго сказал я Никотине, — больше с собой не возьму!
— Миу! — обиделась свинья.
— Иди в коридор. Найди туалет и делай все свои дела. Только двери закрывай за собой.
Надо было видеть глаза девчонок, когда кошка побежала на выход и задней лапкой аккуратно притворила за собой дверь! Потом эти же глаза обернулись на меня.
— Это не я, — отбоярилась ЧжунГи. — Это она сама такая.
— У-у-у!
— Так, онни, не отвлекаемся! — я хлопнул в ладоши. — познакомьтесь…
— Да мы знакомы уже, — выкрикнула с места МиЧа.
— Нет. Познакомьтесь с самого начала. Это, — я указал на мою любимую барабанщицу. — Мина. Наш метроном, наш ритм, наше сердце. То что она вытворяет со своей установкой, вы в жизни не видели! — я как-то показал ей цирковые штучки из моего мира. Так она их так отточила! По ночам что ли занималась? Но по ночам мы вообще-то…ах да. Тут я таки ИнСона слегка обманул. Вместо треков к альбому, мы репетировали мои…хотелки. Девчонкам так понравилось, что рок на врмя был забыт. Нет, я конечно запишу с ними рок-альбом…но позже…значительно. А пока Арым вновь осваивает виолу, а Айрин, скрипку. Майко же…
— Это, девочки, Майко. Бас-гитара. Наша база, наша опора. Короче, Майко, наше всё. Ну и я прицепом. Синтезатор. Все наши духовые, разные украшения и основа. А вы, это наши струны. Наше соло. Наши голоса. Чтобы далеко не ходить, мы с онни записали несколько моих произведений, там где скрипки были по-минимуму. Сейчас я вам поставлю, кое-что на прослушку. А вы решите, надо вам это или нет. О этого и будем танцевать. Согласны? — онни согласно закивали, а оппа улыбнулся. — Это пьеса Вивальди. Просто для примера
https://www.youtube.com/watch?v=jHYQGDhh4cs Adya Classic Vol. 1 08 La Primavera. (Больше нигде не нашёл)
Девочки были просто в шоке! Так всё просто и красиво?
— Онни, не расслабляйтесь! Работы предстоит — вагон и тележка. Совсем не маленькая тележка, а думаю, целый воз! У меня музыки много!
Тем временем вернулась Никотина. Лапкой толкнула дверь, затем ещё и поджав хвост попятилась и пушистой задницей для верности придавила. Пробежала по студии и легко вскочила на синтезатор, тут же развалилась, помахивая розовым хвостом. И всё это в полной тишине, под восторженные взоры онни.
— Эй, алё, гараж! Вы со мной? — пришлось снова хлопнуть в ладоши. — Девчонки опомнились. — Итак, я принесла с собой ноты. Нам надо за два дня выучить одну небольшую пьеску. А за две недели, до школьного концерта ещё как минимум три или четыре. На этот раз мои. И вообще с этой минуты мы будем играть композиции, только собственного сочинения.
— То есть, твои, — улыбнулась СоРи.
— То есть мои, — согласилась ЧжунГи. — Всё, девочки, для раскачки времени нет. Начинаем. Разобрали ноты…
Короче сидим. Ждём начальство…задолбало уже дрожать. Наконец на сцене появились… сабонимы. Блин! Поставили длинный стол, на него графин с водой! Стулья. Ба-а, да тут целый комитет! Присяжные заседатели. Так, первым занял место Ли СуМан, за ним, ИнСон, третьим какой-то незнакомый мужик. А-а. Это наверное сабоним BlackPink, Ян ХёнСок. Хищная какая-то морда. Следом сонсенним Ли ХёнСу. А вот после, на стул рядом присел маэстро ВингЧунг и после, маэстро Маркус Штайнц. А они-то, что здесь делают? Присоединились для пущего моего порицания? Но вот встал ИнСон:
— Хорошо, что все собрались, — сказал он вполне спокойно, а потом взял и огорошил. — Из канцелярии правительства на имя агенства пришло уведомление о том, что обвинения айдолов FM Entertainment, в раздувании конфликта с соседями, является фикцией и преступной выдумкой отдельных бульварных изданий. Виновные в противоправных действиях направленных на провокацию хейтерских атак на агенство и лично на трейни агенства, госпожу Ли ГопСо, будут найдены и примерно наказаны. Вопрос с повестки снят!
— Уфф! — раздалось по всему залу.
— Но это ещё не всё, — улыбнулся(улыбнулся?) ИнСон. — Из Соединённых Штатов, от кинокомпании «Парамаунт Пикчерс» и от канала «Нейшенел географик», в адрес нашего агенства пришли благодарственные письма…и четыре чека!
— Охх — послышалось в зале.
— Один чек, в счёт оплаты труда работников и айдолов агенств учавствовавших в проекте, «Тяжёлая поступь цивилизации». На пятьсот миллионов вон.
— Примерно по десять-пятнадцать миллионов вон на нос — быстро подсчитала в уме, КюРи, с лёгкой завистью глядя на подруг-участниц. А нечего было с министрами пьянствовать! — Не плохо за один день.
— За какой день! — восторженно пропищала БоРам. — С сегодняшнего дня начинаю подлизываться к ГопСо. Хочу каждый день, такой! И песню, как у ИнЧжон!
— Второй чек, на нужды агенств-участниц…это я озвучивать не буду, — он быстро переглянулся с СуМаном и ХёнСоком.
— Ага! Третий чек на триста миллионов вон, разделён на три части. По сто миллионов вон, АйЮ, ИнЧжон и Лео Рохасу.
Бедный айтишник покраснел как маков цвет. А сидящие рядом сослуживцы стали его подбадривать:
— Говорила же ГопСо, что заставит тебя стать богатым и знаменитым! А ты не верил!
— Онни ИнЧжон, — сделала эгё, БоРам. — ты же угостишь своих онни, говядиной?
— Отстань от неё Рамбо, — посоветовала СоЁн. — Не видишь она плачет?
— Плачет? — переспросила ДжиЁн. — Вот дура, радоваться надо!
— Сама дура, — вступилась за подругу ХёМин. — Она от радости плачет. За один рабочий день. И отдохнуть и поесть как следует и сольную партию спеть и ещё в придачу сто тысяч баксов заработать!
КюРи молча смотрела на сцену. Ничего, зато у неё орден!
Внезапно ИнСон стоящий на краю сцены поднял глаза и чуть сощурившись посмотрел куда-то в конец зала, а потом сделал лёгкий кивок. Я проследил за его взглядом и на последнем ряду заметил какую-то молодую женщину, совершенно европейской наружности. Рыжую с треугольным личиком и большущими желтоватыми глазами. Настоящая кумихо!
Исполнительный директор UMG. Викки Ренуа.
Она кивнула ИнСону в ответ, а после посмотрела на меня и улыбнулась. А потом тоже кивнула. мне ничего не оставалось делать, как ответить тем же.
— И наконец четвёртый чек, — объявил сабоним. — Он предназначен для организатора съёмок, композитора произведений и руководителя проекта «Тяжёлая поступь цивилизации» со стороны агенства, госпоже Чхве ЧжунГи.
Все в зале захлопали. Заулыбались. Даже СуНа, потрепала меня по плечу.
— А на какую сумму? — раздался вопрос из зала.
ИнСон посмотрел на ГопСо. Та только плечами пожала.
— Четыреста миллионов вон, — сказал он в замолчавший зал. Только тихое о-о-о, переходящее в столь же тихое, у-у-у. Впрочем невольное замешательство скоро прошло.
— Только она получит из них триста семьдесят, -добавил ИнСон. — Тридцать я вычел как штраф за срыв выступления Trade In.