Легкое отклонение от канона. Или гоп со смыком по-корейски (СИ)
— Да, странно, — сказал бас-гитарист. — Зачем бы ИнСону давать визитку своей трейни?
— А может это и не визитка была? — предположил ШинСо. — Может просто записка. Например для её родителей, чтобы следили за ней на выходные. И не выпускали одну гулять по скверам. Она ведь ещё школьница.
— Может быть, — согласилась клавишница. — Тогда стоит предположить, что и охранника вызвал он, чтобы увести её от внимания зрителей. Мол рано ещё выставляться. Я видела как ачжоси-охранник быстро за руку волок её по ступенькам наверх. Скорее всего потом повёл ГопСо в подземный гараж и тайно вывез в агенство или домой! Но музыка точно её, до сегодняшнего выступления, я такой точно нигде не слышала.
— Вот я и говорю, — сказал ШинСо. — Президент Ким ИнСон быстро привёл её в чувство. Отругал за то, что раньше времени выставила песню. Наверное и штраф большой наложит на девчонку. И правильно сделает. Может он эту песню для одной из своих групп готовил, а она взяла и раскрыла все карты. У Red Velvet, как раз камбэк намечается. Может она их подставила!
— Чего сейчас гадать, — махнула рукой клавишница. — Ясно одно, — она кивнула в сторону полного денег чехла от гитары. — Такого заработка у нас вряд ли когда ещё случится.
— Чего это? — спросил ШинСо. — Мы играем не хуже других. Даже лучше многих.
— Вот и я говорю. Не хуже и даже лучше. Только таких песен нам никто больше не принесёт. А сами мы сочинить такого не сможем.
— Интересно, как такая малолетка смогла сочинить такую песню? — задумалась вслух барабанщица. — Я в её возрасте смогла бы срифмовать, только: «мама мыла раму». И то, это под большим вопросом.
— Президент Ким ИнСон, просто так в трейни никого не возьмёт, — напомнила всем клавишница. — Ладно, хватит трепаться. Давайте уже начнём играть, а то народ расходится.
Когда мы выезжали из подземной парковки, мама всунула мне в руки свой телефон:
— На, смотри.
— Что это? — удивился я глядя на бегущие строки.
— Корпоративный чат сотрудников Лотте и компаний арендующих офисы в башне.
— И чего они тут обсуждают?
— Как видишь, сегодня ты у них звезда сезона, — пошутила омма.
А-а, нет. Не пошутила. Действительно все обсуждают некую ГопСо. Сиречь — меня. Ну-ка, ну-ка:
* — Прошла мимо меня с госпожой ХёЧжин, вся такая го-ордая! А сама у-у, страшненькая. Но музыка зачётная.
* — И ничего не страшненькая. Нормальная девчонка. И песня класс!
* — Она у меня сегодня серёжки купила. Серебряные, за два миллиона вон.
* — А у меня пуховик. Норвежский. Сумму даже называть не буду. Она родственница нашего президента. Ещё уволят…
* — Как она умудрилась песню сочинить? Ведь совсем ещё ребёнок?
* — Талант. Вы видели сколько просмотров?
* — Я в шоке!
* — Песня как песня, чему тут удивляться? Не пойму. Только, что новая.
* — Вот именно! Новая! Такие песни поп-группы должны исполнять. На стадионах, а не какая-то малолетка в парке под старый синтезатор!
* — А чем тебе не понравилось исполнение? Сыгранно грамотно и профессионально. Отличная аранжировка, я таких раньше не слышал.
* — Вот и я говорю. Профессионально! Как она так научилась играть в её возрасте? Почему она не в музыкальной школе за роялем сидит, а в сквере на морозе публику веселит? Да ещё её вторая песня. Почему на неё никто не обращает внимания? Где она родилась? Кто её родители? Почему на рынке арбузы воровала? Она, что? Бездомная? Куда смотрят органы опеки?
* — Ну-ну. Разошлась моралистка. Сказано же было, что она родственница президента одной из компаний, арендующих у нас офис. А песня на самом деле, я думаю шуточная. Просто девчонка прикалывается.
* — Прикалывается? Перед взрослыми людьми? Как её воспитывали? Кто её родители?
* — Ну вот сама иди и узнавай! Чего ко мне-то пристала?
* — А просмотры-то растут!
* — Её на лестнице у входа видели с президентом FM Entertainment. Может она их трейни? Вот ссылка.
От автора: Агенство естественно, вымышленное. Наряду с ним будут присутствовать и настоящие. А также к-поп группы и исполнители взятые рандомно из разных временных промежутков, для антуража и сюжета. Будут и придуманные группы и исполнители из других стран. К сожалению, читателям интересующимся достоверной информацией о современных раскладах в к-поп индустрии, этот роман точно не зайдёт.
* — И в самом деле! Президент Ким ИнСон! Его агенство существует всего десять лет, но его айдолы уже занимают самые топовые места в корейских чартах. Какой красавчик! Люблю-люблю-люблю!
* — Красавчик! Ага! А рядом с ним чудовище! Кх-кх-кх. Никогда не поверю, что он взял в трейни такую страшилу.
* — Глупости. Нормальная девочка. Таких миллионы. Что ты прицепилась? Вот увидишь, она ещё какой красоткой станет, когда президент Ким её на сцену выпустит!
* — Ну да, ну да. Когда президент Ким её на сцену выпустит, я уже состарюсь и внуков в школу отправлю! Кх-кх-кх.
* — Да с чего вы взяли, что она его трейни? У ней это на спине написано?
* — А для чего тогда он её остановил и разговаривает? У него других дел, что ли нет? Точно, говорю. Трейни.
* — Внимание! Внимание! Появилась новая информация!На официальном сайте FM Entertainment! Песни «Танцуй Корея» и «ГопСо» принадлежат перу школьницы Ли ГопСо. Агенсво официально зарегистрировало эти песни в комиссии по авторским правам. Сбрасываю ссылку.
* — Ну вот и вся тайна! Она действительно трейни FM Entertainment.
— А почему я не знаю, что ты, ни с того ни с сего, стала трейни одного из топовых музыкальных агенств? И когда вдруг это случилось, если ты только неделю как дома? — спросила мама весело поглядывая на ошарашенного такой оперативностью сабонима ИнСона, меня.
— Да…не знаю я, — жалобно проблеяла ЧжунГи. — Я к тебе бежала, когда этот ачжосси остановил меня и вопросы начал задавать, — я кивнул на телефон.
— Какие? — насторожилась омма. — Какие вопросы?
— Разные. Про жизнь, про мои мечты…
— Ах, мечты. Мечты это хорошо.
— Вот, — я протянул маме визитку сабонима.
— Хм,- мама рассматривала белую, расписанную золотыми позументами картонку. — Телефон. Адрес…кстати тут совсем рядышком. Президент Ким ИнСон. Угу. И что ты думаешь?
— Я думаю, что ещё в школу не поступила, а меня уже в айдолы зазывают. Не рановато ли?
— Ну, об айдольстве пока даже не думай, — остудила меня омма. — Знаю я тамошние порядки. Сама когда-то в ранней юности, вместе с твоей мамой, кстати, в агество пыталась поступить. Да не вышло у нас, хотя физические данные и вижуал, — на этом слове я невольно хмыкнул, но ХёЧжин внимания не обратила, — всё у нас было на высоте. Только с музыкальным талантом не повезло. Нас обозвали глухими и безголосыми. А также с полным отутствием чувства ритма. Поняла? — она щёлкнула меня по носу.
— Ой!
— Вот тебе и, ой! А у тебя, все эти чувства имеются. Песни-то в школе писала? Втихаря небось?
— Ну, нетрудно догадаться, — уклончиво ответил я.
— А записи? С собой привезла? Надо указание дать, госпоже ДаСом, чтобы не выбросила случайно, когда будет твой чулан прибирать.
— Записи были в телефоне. Старом, — быстро нашёлся я.
— Который ты по словам твоих учителей из пансионата, утопила в унитазе?
— Угу. Но я всё помню!
— Перепиши на свой комп или в телефон. Чтоб не забыть, — не стала усугублять омма.
— Мам, а в какое агенство вы пытались потупить?
— В «SM Entertainment». Тогда им руководил сам президент Ли СуМан. Теперь-то он отошёл от дел. Всем заправляет его зять, по-моему.
— Это которое «Соши»? Girls Generation?
— Оно самое. Ты что? Забыла где выступают твои любимицы?
— Нет…просто последнее время…
— Понимаю, — усмехнулась омма. — Кстати сейчас они в Штатах. Покоряют американского зрителя. Файтинг! — она приподняла вверх сжатый кулачок.