Девственница
Понимаешь, мне хочется настоящей дипработы, а не чужие мысли записывать. Мне хочется самой... Может, я сумею... Ведь год быстро пройдет. - Сказала она просительно, - не успеешь повер-нуться, а я уже прибыла! А уж на второй год я не останусь ни за что, если тебя сюда снова не назначат.
Дело было решено, и о нем они больше не говорили. Но когда настало время и Наташа позвала его спать, он ласково отказался,
- сказал, что посидит еще, покурит и скоро придет.
Она пошла в спальню, долго, честно его ждала, чтобы как-то скрасить сегодняшний разговор, но он так и не пришел, и она зас - нула с неприятным осадком на сердце.
... Алек не пришел. Обиделся. Ничего. Пройдет. Послу она через некоторое время об Алеке напомнит. Когда у них сложатся более доверительные отношения. А она, ей сейчас казалось, может все!
Такое вот у неё начиналось настроение. Такой уверенный в себе период.
* * *
Наташа была напряжена до предела: ей казалось, вот отправит она Алека с Гарькой и тогда наступят тишина и покой.
А пока это был мини-сумасшедший дом. Гарик носился по кварти - ре, как бешеный, собирая все свои игрушки и "нужные вещи".
Алек бесцельно бродил по комнатам, то ли прощаясь, то ли раз - мышляя о чем-то не сильно веселом.
Одна Наташа была энергичной и даже скрывала свою несколько истеричную деловитость, чтобы не обидеть Алека. Даже собралась и позвонила маме, наплев что-то, но главное сообщив: она пока со - тается, а Алек с Гарькой скоро прибудут. Мама что-то заверещала, но Наташа быстро, с поцелуями, повесила трубку.
Наконец, отбыли Алек с Гарькой. Со слезами (вдруг неожиданно для неё самой, у Наташи из глаз полились слезы и защемило сердце каким-то тягостным предчувствием)и заверениями в любви.
Она осталась одна.
Сначала стала прибирать разбросанные вокруг вещи, книги, иг - рушки, собирать грязную посуду, но потом все бросила, села, вы - пила виски, закурила, и поняла вдруг с абсолютной холодной яс - ностью, что теперь, видимо, ей придется долго жить одной. Поче - му-то всплыл разговор с послом, и она поняла ещё одно: Алека здесь больше не будет, а она, если захочет и если у неё будет получаться (а получаться будет, - она уверена!), то жить ей здесь столько, сколько ей будет угодно.
А В РОССИИ - ДОЖДИ КОСЫЕ...
На даче собрались отставной козы барабанщики. Сидела в боль-шом доме Алиса, вязала что-то, смотрела телек, ничего не читала, не готовила, только приказывала Любане - то да это, да ещё вон то. Любаня забегалась, как будто на взвод готовила. А мадам пок-люет, скажет - невкусно, и ты - в дерьме. К соседям Алиса не хо-дила - с чем ходить? Вот если бы Игоря кем-то назначили, а то ведь он ездит в этот МИД чуть не каждый день и все какие-то отс-рочки. Алиса изнервничалась, он, видимо, тоже, на даче почти не появлялся, от случая к случаю.
Скорее бы уже все приезжали! Сядут они вечерком за стол, Али - са сделает плов с бараниной, виски у них есть, поедят, попьют и разберутся, наконец, что им всем делать.
Ну, что делать Александру Семеновичу, Алиса знала, - ничего не делать. Его никуда не возьмут - возраст, безразличие к рабо - те, пивко, сердечко не очень, в общем, все, как "надо".
Светлана тоже никуда не рвется, - может устроиться здесь в санаторий врачом, близко, и не хлопотно..
Надо было как-то помогать Игорю.
Жизнь началась просто зверская. Холодная, злая, безысходная.
Чем бы все это кончилось, - неизвестно. Наверное, побили бы друг друга, и не слабо, Алиса и Игорь, потому что степень раздражения того и другой зашкаливала. Если бы не приехали Александр Семено - вич со Светланой.
А где молодые? - первым вопросом началась встреча.
Светлана замельтешила и ничего не ответила, а посмотрела на
Александра Семеновича. Он коротко ответил:
Позже.
... Что - позже? Позже - прилетят, или он позже скажет?
Но переспрашивать Алиса не стала, узнается. Ей не очень-то хотелось, чтобы они поселялись в большом доме, но говорить об этом она не могла обидятся. И какова же была её радость, когда
Светлана сказала-попросила ключи от маленького домика, Алекова.
Светлана к этому присовокупила, что там им будет удобнее, да и
Гарик рано встает, будет всех будить, а она привыкла и вообще встает рано.
... Вот и замечательно. Подумала Алиса, отдавая ключи от домика и предупредив, что там все есть, но пыль, наверное, кошмарная, по - тому что там никто давно не жил.
Светлана улыбнулась.
Да я с радостью займусь уборкой. Я это люблю, - а сама думала о том, что не ответила на вопрос Алисы о молодых, да и Сашка пробормотал что-то невразумительное. Все оставлено на потом. Но это очень скоро придет. Светлана болела не за себя, не за Гари-ка, болела за дочь, - как же её возненавидит Алиса, женщина тем-пераментная и, в принципе, недобрая.
Вечером, за кофе с ликером (Светлана и Александр Семенович специально для Алисы привезли её любимый яичный ликер), Алиса сказала.
Вижу, молодые там остались? С послом беседовали?
Ответил Александр Семенович, чуткий он все-таки, зря Светлана его так часто ругает!
Были они у этого посла, несимпатичная личность... Наташку ос-тавил на время, сказал, что технический персонал ещё не укомп-лектован окончательно. Алек прибудет на днях, а Наташка, когда придет замена, но ведь они с техперсоналом не церемонятся... ... Ну и Сашка! Не зря все же дипломат! Она бы ни за что такого не придумала. А может, так оно и есть? Берем вариант на вооружение.
Алиса широко раскрыла глаза.
Так Алек возвращается? А Наташа там? - Она не уловила, видимо, нюансов, ей шибануло в голову одно: он - возвращается, а его же-на остается!
Алиса прищурилась.
А почему бы ей с мужем не уехать? Наплевать ей на этого посла теперь!
Александр Семенович пожал плечами.
Конечно, она могла бы уехать. Но зачем же им отношения с ним портить? Ничего с Наташкой не станется, если она от силы пару месяцев там прокантуется...
Такова была атмосфера перед прибытием Алека. Они прилетели утром. Игорь сам привез Алека и Гарьку на машине.
Началась суматоха с вещами, Гарик сразу помчался в сад. Алек был усталый, молчаливый. Наконец все разобралось, и Светлана заметила, что Алековы и Гарькины вещи отнесли в больш