Девственница
Они расстались ранним утром, и Алек смотрел вслед такси, ко - торое увозило найденную так нежданно, необходимую ему женщину, именно такую, какая ему всегда была нужна: веселая, бесхитрост - ная, свободная, даже то, что она маленькая, нравилось ему, было так уютно с ней в постели.
До назначенного им себе самому срока оставались ещё дни, но он улетел в Москву. Переночевал в московской квартире.
Утром отправился на дачу. Подходя к даче, Алек ещё не знал, как будет себя вести с Наташей. До встречи с Инкой это были бы безумные поцелуи, столь же безумные слова и желание утащить её тут же наверх. Но сейчас он не сможет вести себя так, потому что встреча с маленькой стюардессой была жива в нем, хотя он отдавал себе отчет в том, что не влюбился в нее, как в Наташу в свое время. Просто он был ей благодарен и понимал, что Инка была бы неизмеримо лучшей женой, чем Наташа.
Он плелся к даче нога за ногу, не придя ни к какому решению.
Наташа первой увидела Алека. У неё забилось сердце. На даче без Алека было в этот раз очень тоскливо. Сашек не было, так что она общалась только с сыном и Любаней. Наташа вскочила, и Алек прочел на её лице радость. Эта радость отозвалась в нем болью. ... Какой он гаденыш, все-таки! Впервые отъехал от жены и сразу поимел первую попавшуюся девку! Наташа не заметила его состоя-ния и повисла у него на шее. Она уже ругала себя, что не поехала с Алеком на юг, хотя ей в голову не могло прийти, что Алек, принадлежащий ей душой, сердцем и телом, может спутаться с кем-нибудь так быстро.
Если бы кто-нибудь сказал ей это, она бы рассмеялась. Алек чувствовал себя отвратительно. Ему вдруг стала противна трехдневная секс-пирушка и сам себе он был противен. Сможет ли он дотронуться до Наташи, такой чистой, такой необыкновенной!?
А она, наконец оторвавшись от него, предложила.
Давай выпьем по случаю приезда, немного. И улыбнулась как-то по-новому, обещающе. Если бы она раньше его так встречала! Он не наделал бы глупостей, не переспал бы с Инкой, и не сидело бы это в нем, как заноза, которую не вытащить.
Он тут же согласился.
Давай, замечательно! Только я ничего не купил, быстро собрал-ся, нечего мне было там делать (действительно, нечего делать! Инка уехала, вот и собрался! Начинается вранье и будет продол-жаться и продолжаться. Он вспомнил, как рассказывал Инке про их жизнь с Наташей. Зачем? Кто его тянул за язык? Инка... Ну и что? В общем, все было гадко). Я сейчас сбегаю в магазин! Подхватился в момент. Убежал. А Наташа, оставшись одна, бро-силась на кухню, благо запасы всегда были, стала готовить мясо по-китайски (быстрее!), вытаскивать закуски, варить кофе, потом она побежала наверх и там переоделась в красивый полупрозрачный пеньюар, заколола волосы, надела серьги, подкрасилась. В общем, вела себя, как нормальная женщина по приезде мужа. И была так рада этому!
Пришел Алек с бутылкой шампанского для неё и коньяком для се - бя. Ему необходимо было выпить. По дороге из магазина он поду - мал: а не рассказать ли все Наташе и враз освободиться? Как при - мет, так и примет, но с ложью, с камнем на сердце, он не сможет с женой общаться. Надо сказать, решил он.
Но сейчас, увидев накрытый стол, радость в глазах Наташи, он засомневался, - наверное, надо сказать, но не сегодня. Сегодня нужно быть нежным, - таким, как она любит.
Они сели за стол вдвоем, прибежал Гарик, Наташа оторвалась от стола, пошла, уложила сына спать, вернулась. Алек уже поднабрался и был теперь в некотором тумане, чего и хотел.
Наташа расстроилась.
Ну вот, не успела я отойти, как ты напился, - сказала она с упреком.
Он откликнулся заплетающимся языком, (пока она укладывала Га - рика, он хватанул стакан коньяка, вот и результат). - Да я впол - не... Ты что. Натуль, я - вполне...
Я хотела с тобой посидеть, поговорить, а сейчас что? - Раздра-женно сказала Наташа, не слушая его бессмысленных оправданий. - Знаешь, иди-ка спать, Алек...
И Алек вдруг почувствовал, как он устал. Устал, конечно, за те три дня и сейчас, выпив, понял, что зря это сделал - выпил: все сразу сказалось. Ну что ж, может, и к лучшему! Не будет раз - говора, не будет у него желания все разляпать! Надо и вправду поспать, набраться сил и уж тогда решать. Не по пьяной голове.
Ладно, Натуль, я действительно мало спал, - рейс-то ранний.
Наташа осталась одна и задумалась. Алек был каким-то другим.
Конечно, виновата она, она так плохо относилась к нему последнее время там!
Алек до вечера и не проснулся. Уже стемнело, Наташа посмотре - ла телевизор, отпустила Любаню и не пошла наверх, в спальню, а легла в гостевой, - так ей вдруг захотелось. Ночью Алек к ней не пришел. Проспал, как убитый, почти до утра, а утром похмелился слегка и тогда стал искать Наташу. Он увидел её в гостевой, она спала. Он долго смотрел на нее, решая: разбудить или нет... Ре - шил не будить. Снова поднялся наверх, курил, думал о двух этих женщинах и не мог прийти ни к какому выводу. То ему казалось, что ему нужна такая, как Инка, то он понимал, что лучшей жены для него, чем Наташа, быть не может, и кроме всего - у них сын.
Так он лежал, не в силах спуститься вниз и встретиться с ней.
Он слышал, что Наташа встала, ходит внизу, льется вода в ванной, что-то шипит на плите, болтает Гарик... Его семья. Больше никого у него нет. Родители давно отдалились от него, да и видел он их мало. Мать любила его, но как-то легко, без тревог.
Отец вообще сухарь. Значит, его семья - Наташа и сын. Все. А в связи с этим - стоит ли говорить о каких-то днях с девчушкой - стюардессой? Инка так уже отдалилась, что он даже захотел выр - вать из записной книжки листок с её телефоном, адресом, расписа - нием, но книжка осталась внизу, в сумке.
Не придя ни к чему толковому, он решил: как получится, так, значит, и надо.
Оделся тщательно, причесался, помылся в верхнем душе и такой вот, посвежевший, трезвый, спустился вниз.
Наташа была на террасе, встретила его взглядом, в котором сквозил легкий упрек. - Привет, привет, засоня! Ну и спал ты! Я уж не стала тебя будить.
И я не стал тебя будить, ты так сладко спала внизу, в госте-вой, тоже легко, как мог, ответил он. Подошел, поцеловал её в волосы, сел напротив. - Есть хочу неимоверно!