Новая Инквизиция III (СИ)
- Н-да уж, замечательный командир, судя по твоим словам, - иронично улыбнулась девица.
- Вообще-то, и в самом деле хороший, - встал я на защиту полковника. - Просто немного психованный. И не всегда уравновешенный. Постоянно орет сиреной и сквернословит похлеще пьяного матроса. Ворчливый, как Баба-яга, вредный, как ведро майонеза, и злобный, как оголодавший таежный комар. И донельзя придирчивый. А еще он…
- Остановись, Юра, я уже поняла, что он хороший, - хохотнула Марина. - Давай звонить.
Продиктовав по памяти номер головного офиса ФСБН и дополнительный код, я принялся ждать. Динамик у Маришкиного смартфона оказался таким громким, что мне было слышно, как размеренно звучат на том конце линии длинные гудки.
- Гиштап у аппарата! - привычное хрипловатое карканье комбата резануло по ушам даже мне, а незнакомая с привычками старого вояки девушка так и вовсе дернулась от неожиданности.
- Э-э-э… здравствуйте, извините за беспокойство…
- Кто это?! - тут же потребовал ответа офицер. - Откуда у вас этот номер?!
- П-простите, полковник… э-э-э… Гиштап…
- Анатолий Петрович, - шепотом подсказал я Марине, откровенно растерявшейся от напора собеседника.
- То есть, полковник Анатолий Петрович, - совсем неудачно попыталась исправить ситуацию девица. - Мне нужно с вами… эм-м… поговорить.
- Назовитесь для начала, - продолжал давить комбат, отчего бедная Маришка от напряжения аж испариной покрылась.
- А, да, конечно! Меня зовут Марина Казакова, я… кхм… девушка Юрия Жарского.
- О, Марина Владимировна, извините, не узнал! - голос Гиштапа внезапно преобразился, став просто воплощением любезности.
- Вы меня знаете? - опешила моя помощница.
- Естественно! С похорон запомнил. Так какой у вас ко мне вопрос, Марина Владимировна?
- Боюсь показаться вам странной, но это касается Юры, - начала издалека девушка.
- Так-так, - мигом посерьезнел полковник. - У вас что-то случилось? Это как-то связано с родом деятельности Факела? Простите, то есть Юрия.
- В некотором смысле, вы правы, - расплывчато ответила Маришка. - Я могу вас попросить о личной встрече?
- Безусловно! - поразительно легко согласился Анатолий Петрович. - Вы можете рассчитывать на мою помощь по любому поводу и в любое время. Когда и где?
Красавица перевела на меня вопросительный взгляд, и я одними губами проговорил: «Сейчас».
- Чем скорее, тем лучше, - передала она Гиштапу мою просьбу. - Вы сможете приехать ко мне домой?
- Без проблем, диктуйте адрес.
Договорившись с командиром, Марина сбросила вызов и протяжно выдохнула.
- Фу-у-ух, меня чуть удар не хватил, - пожаловалась она. - А я-то думала, что ты приукрасил про него.
- Смеешься? - развеселился я. - Да комбат с тобой был нежным, как плюшевый мишка! На моей памяти он ни с кем еще настолько ласково не разговаривал.
- Да, но сначала он так рычал, что у меня руки задрожали!
- Это его обычная манера вести диалог, - снисходительно хмыкнул я. - Если Гиштап начнет орать по-серьезному, ты сразу разницу заметишь.
- Ой, нет, хватит с меня стресса, - замахала руками девушка. - И когда он приедет?
- Откуда я знаю? Это же ты с ним разговаривала.
- Ладно, глупый вопрос, извини. Будешь чай?
- Не откажусь от чашечки кипятка. А то мне до сих пор кажется, будто могильный холод за кости кусает…
* * *- Товарищ полковник, разрешите?
Гиштап повернулся к двери и уставился на визитера своим фирменным тяжелым взглядом, долго выдерживать который не мог даже генерал Крюков.
- Сейчас не лучший момент, Салманов, - проскрипел старый офицер, - я уезжаю. Что там у тебя? Только быстро!
- Рапорт, - коротко ответил парень, вытянувшись по стойке «Смирно».
- Какой еще, в сраку, рапорт? - недобро сощурил глаза комбат.
- Вот… - Умар протянул аккуратно вложенный в прозрачный файл лист бумаги и не пошевелился, пока начальник знакомился с напечатанным текстом.
- Ты что, Сынок, совсем охерел? - на удивление спокойно воспринял выходку подчиненного полковник. - Хочешь уволиться? Сейчас?!
- Так точно! - непоколебимо бросил молодой инквизитор.
- Так точно, охерел… - проворчал себе под нос Гиштап. - Ну хоть объясни, в чем дело? Почему ты собрался оставить службу?
- Думаю, вы прекрасно все понимаете, - посмотрел командиру прямо в глаза Салманов, источая упрямство и решимость буквально на физическом уровне. - Изюм в бегах, а Факел мертв. Я остался последним из малого звена. Ни нормальной подготовки, ни опыта, ни наставника рядом. Я не готов к такой работе. Попросту не вывожу, товарищ полковник.
- Что ты мне тут очки втираешь, Сынок?! - прикрикнул офицер. - Ты отлично выступил на показательном смотре! Во многом ничуть не хуже ветеранов ГУБИ!
- Но в настоящем деле я облажался по полной… - понуро опустил голову боец, а затем вскинулся, будто его ужалили. - Это из-за меня Юра погиб! Я оставил его там одного!
Окончание фразы прогремело уже чуть ли не криком, а потому комбат нервно подскочил к своему подчиненному и порывисто схватил его за плечи.
- Ну-ка, заканчивай пороть херню, ефрейтор! Тебе до первой звездочки остались считанные месяцы! Аттестация на категорию, младшее офицерское звание, льготная выслуга, а ты хочешь все просрать?!
- Да какой мне толк от этих льгот и званий, если я не подхожу для службы?! - сквозь вставший поперек горла ком просипел Салманов. - Из-за меня погиб хороший человек, а я…
- Сынок, послушай, ты не продавец на рынке, - беспардонно прервал исповедь бойца Гиштап. - Ты инквизитор! А по этому пути невозможно идти в белом пальто. Обязательно где-нибудь замараешься, понимаешь?! Думаешь, никто из батальона не терял напарников? Да хрен там плавал, ефрейтор! У меня в одной только столице безвозвратные потери личного состава идут на увеличение каждый божий день! Я уже сбился со счета, сколько раз мне приходилось смотреть в глаза родне погибших бойцов! Тех, кто еще вчера стоял в строю, кто заваливался в мой кабинет так же, как сейчас приперся ты, кому я пожимал руку и желал удачи на очередном дежурстве! Ты потерял одного напарника, Умар. А я за годы службы потерял вас уже сотни!
После пламенной речи начальника парень пристыжено опустил глаза. Ему хотелось возразить, что их с полковником ситуации разные, что это все не одно и то же. Но подходящие слова никак не хотели идти на ум.
- Отдел внутренней безопасности проанализировал записи эфира, - продолжил Гиштап, заметно успокоившись, - вердикт вынесен однозначный. Ты выполнял приказ своего командира, который идеально оценил боевую обстановку и сохранил жизнь подчиненного. К тебе претензий нет никаких.
- У совести моей есть…
- И что, твоя совесть сразу заткнется, если ты уйдешь из инквизиции? А сильно ли твое увольнение поможет остальным сослуживцам?
- Я… я не знаю… - в отчаянии ухватился за лицо парень.
- Зато я знаю! Эти пацаны изо дня в день идут на дежурство, рискуя с него не вернуться. И вот что я тебе скажу, практически каждый из них хоронил напарников, понятно, ефрейтор?! Поскольку иначе, сука, ни у кого не получается! Что случится с нашим городом, если они тоже все разом решат, что служба слишком тяжела для них, а?!
Комбат порывисто схватил стакан с остывшим чаем, вполне возможно стоящим на столе еще с прошлого вечера, и залпом опрокинул в себя.
- Доля такая у инквизитора - играть со смертью в прятки, Умар. - сказал Гиштап, вперив невыносимо пронзительный взгляд в подчиненного. - И покуда есть на земле полоумные инфестаты, упивающиеся своей властью над людьми, так и будет продолжаться. Короче, нет у меня времени тебе сопли подтирать, Салманов. Если решил, то клади рапорт на стол. Обсудим еще раз, когда вернусь.
- Есть…
- Кста-а-ати, - протянул полковник, словно его голову посетила интересная мысль, - ну-ка, не торопись. Не желаешь со мной съездить кое-куда?