Стань моей, если осмелишься (СИ)

— А-а-а-а!!! Господи помилуй! — закрываю глаза руками, потому что каждый маневр выглядит как последний в моей жизни.
Сестра подрезает машины, обгоняет через сплошные, проезжает перед носом у автомобилей на встречной полосе.
Остановившись у любимой кафешки, мы смеемся во все горло.
— Мы чуть не сдохли!
— У тебя отстойный водитель, мы бы с ним не пересекались, охраняй он меня.
Если бы не она, решилась бы я на такое? Да ни за что, это не в моем стиле, но мне было безумно весело.
София ставит на сигнализацию автомобиль, мы заходим в кафе.
Мой взгляд падает на машину, приехавшую следом за нами, почему-то мне кажется, что это та машина, которую я видела утром. Снова чувствую холодок, но я не успеваю развить эту мысль, сестра тащит меня внутрь.
  
Глава 3. Кафе
 
С голодухи я выбрала кучу блюд, которые ни в жизнь за раз в меня бы не влезли. София заказала вместо чая красное вино и десерты.
— Ну, а что ты так смотришь? Если твой салага не найдет нас, возьмем такси, я пьяная не езжу за рулем, — невинно улыбается сестра. Её улыбка так и говорит, что как-то раз подобное всё таки было.
— Ты не хочешь спросить про моего брата близнеца?
Переживаю за них, на все это было больно смотреть. Проверяю её реакцию. Злой конечно справился, он сильный, да и его жена Ангелина своим теплом давно залечила раны.
Я никогда не была влюблена настолько сильно, как это было у моего брата, но поскольку мы с ним так сказать из одного яйца, всю его боль я чувствую очень остро.
— А чего мне спрашивать? Он даже на свадьбу не позвал меня. Что было, то было, я пережила эти детские чувства, — она абсолютно спокойна, это не напускное, раны Софии тоже затянулись.
— Знаешь, троюродные — так себе родство, никто бы не осудил вас, — делаю последнюю попытку, чтобы прощупать эмоции сестры.
— Знаешь, если бы не Злой, я бы не решилась на Англию и не встретила бы Ника, — София посмотрела на два своих кольца на безымянном пальце: помолвочное и обручальное.
— До сих пор не верю, что ты уступила ему. Ты же такая принципиальная!
— Ох, ну я же продержалась два года. Потом, ну ты знаешь, что он нашел слабое место, стал отца моего облизывать, да так искусно, что папа сдался первее меня. Сам стал меня уговаривать простить Ника.
— Игнат наверняка извлек из этого свою выгоду!
— Об этом ничего не знаю, — хохотнула София.
— Надо тебе с Гелей познакомиться, она замечательная девушка. Нужно вместе пройтись по магазинам!
София старается выглядеть равнодушной, но я знаю, что она в диком восторге от совместного шоппинга.
Поглаживаю её по руке, чтобы наконец-то увидеть её истинную реакцию на предстоящий поход по магазинам. Она мило пищит и сжимает мою руку.
— Так хочу простой воды, от этого вина дико сушит, — говорю я.
— Надо позвать официанта, — София оглядывается.
— Я сама подойду, заодно в туалет схожу.
Заказываю две бутылочки воды и иду в туалет, сделав свои дела иду к столу мимо выхода, внезапно дверь ресторана распахивается, и я вижу его. Злющего как черта.
Егор очень высокий, он за два шага преодолевает расстояние до меня и хватает мои запястья.
Я охреневаю с такой наглости, он никогда не касался меня, разве что подавал руку.
— Василиса Александровна! Зачем? Вы? Сбежали? — он буквально подавляет желание заорать на меня благим матом, я это чувствую по раздувающимся от злости ноздрям.
— Руки убрал от меня, — не знаю откуда во мне этот грубый тон, наверное все таки школа делает меня жестокой.
Егор как будто пришел в себя и даже немного испугался своих действий, одернув руки и отступив на шаг, он схватился за переносицу и прикрыл глаза.
— Зачем вы обманули меня? Я же не мешаю проводить время с сестрой. Позвольте мне делать свою работу, вы даже не заметите мое присутствие.
Он убирает руки от лица, встречается со мной глазами, а потом резко переводит взгляд в сторону.
Чего он так испугался?
Может моих ледяных папиных глаз?
Отец умеет закатать в лёд одним только взглядом. Заморозит, даже если ты не встретишься с ним глазами.
 
Я думала, что не умею так смотреть, хотя мама периодически мне говорила: «морозишь взглядом как папа».
— Василиса… — Можно просто Вася.
— Простите за это. Я так долго искал вас… Если бы Варан узнал, что я так опростоволосился…
— Это не ты плох, Егор, это мы слишком хороши. Нас учили экстремальному вождению. Могу потренировать тебя как нибудь.
Говорю это спьяну, потому что в здравом уме с этим деревянным я бы не стала общаться. Попытки завести веселую беседу могут вогнать меня в депрессию, а он вдруг отвечает:
— Давай…те.
  
Глава 4. Погонять
 
Возвращаюсь за стол к Софии и рассказываю, что собираюсь с Егором кататься по ночному Питеру.
Сестра смеется.
— Он что, запал на тебя?
— Не знаю даже, он симпотный, но дуб-дубом. Не так я себе представляю своего принца, — озвучиваю то, о чем думала недавно.
— Может он пытается так выглядеть: холодный неприступный равнодушный таинственный, — от томной интонации Софии на последнем слове нас разрывает от смеха.
— У тебя и правда никого не было в этом смысле? — вдруг серьезно спросила сестра.
— Я бы рассказала тебе.
— Не хочешь подарить ему свой цветочек? — глаза Софии смеются, но мне становится не до смеха. Человек, с которым я это сделаю должен быть особенным для меня.
— Вась, прости, не хотела тебя обидеть.
— Не обидела, ладно. Поеду потолкую с ним. Не возвращайся домой сразу, иначе папа пошлет следить за мной. Тебе он доверяет, — поднявшись из-за стола, убедительно отвечаю.
— Хорошо, моя конфетка, — София поднимается следом и нежно обнимает меня. От нее всё также приятно пахнет карамелью, что же за духи такие? Она больше пахнет конфеткой чем я.
Беру в руки плащ, хочу накинуть его на плечи, но откуда ни возьмись, подходит Егор и по-джентльменски помогает мне. Он умеет так? Это так странно с его стороны.
Мы выходим из ресторана, я не замечаю ступеньку и падаю, почти встретившись с асфальтом лицом, в последнюю секунду меня хватают сильные руки. И прижимают к крепкому телу.
Встречаюсь глазами с незнакомцем. Злой взгляд, я бы даже сказала ядовитый. Он отравляет меня своей внутренней разрушительной силой. Кажется, что я уменьшаюсь в этот момент до размера одноклеточной, потому что он подавляет моё существо.
Мне страшно до чертиков, но при этом я не могу опустить взгляд, адреналин херачит по венам, как будто я еду с сумасшедшей скоростью на убийственном аттракционе вниз головой.
Его брови прямо как на рисунках злобных смайликов, густые, застывшие в нахмуренном положении. Глаза карие только у самого зрачка, радужка переходит в янтарно-зеленый оттенок.
Его скулы четкие, острые, покрыты двухдневной щетиной, он тяжело дышит, как будто после пробежки.
— Будьте осторожнее, — опаляя мятным горячим дыханием, что вообще странно сочетается, приятным бархатным баритоном, вкрадчиво говорит незнакомец.
— А…да…с-спасибо… — выдавливаю с трудом, потому что меня начинает колотить от какого-то животного страха, я просто хлопаю глазами и не могу пошевелиться.
— Вынужден попросить вас отпустить девушку, — говорит Егор, я про него вообще уже забыла, он тупо смотрел как я падаю? Где он был? Что за охранник такой?
Красивые губы мужчины расплываются в улыбке ровно на полсекунды, а потом он снова становится серьезным, как будто с роду не слышал о том, что люди умеют радоваться.
Он медленно ослабляет захват, от его клешней у меня даже занемели конечности и как только я оказываюсь посвободнее, мне тут же становится холодно и меня начинает качать.
Он снова ловит меня, я непонимающе хлопаю глазами, пытаюсь выставить ладони, чтобы между нами было хоть что-то, но уперевшись руками в каменные мышцы, всё на что хватает мозгов или наоборот из-за их отсутствия я произношу: