Стань моей, если осмелишься (СИ)

Он закрывает дверь на ключ, слежу, куда он его прячет, ага, в задний карман джинс.
— Если нужно, прими душ, — указывает на белую дверь сразу у входа, но я боюсь мыться, для чего это он хочет, чтобы я помылась? А вдруг он на меня набросится?
— Не волнуйся, сегодня ебать тебя не буду, устал.
— Ну спасибо, — бубню себе под нос, благодарю за одолжение, уебан.
Иду внутрь номера, чтобы осмотреться. Он следует за мной и внимательно наблюдает за каждым моим телодвижением.
Стены молочного оттенка с коричневой каёмкой у потолка и пола, люстра похожа на полную луну, всунутую в потолок.
Кровать, застеленная песочным вафельным покрывалом, стоит одна, ну конечно! Кто бы мог сомневаться?
— Что бы ты хотела поесть? — он стоит в дверном проёме и смотрит на меня с голодом в глазах, как будто он со своим рационом на этот вечер уже точно определился.
— Ничего.
Он подходит ближе, ограничивая моё пространство.
— Давай ты не будешь делать глупости? Тебе нужно поесть.
— Мне нужно домой, а тебе к доктору! — говорю, а потом мысленно ругаю себя, потому что не надо злить его, он сильнее и намного больше меня! Ну, Вась, будь ты хитрее!
— Я пойду к доктору, если ты поешь, — говорит с нежностью, с одной стороны заправляя мои лохматые волнушки за ухо, отшатываюсь как от огня, выдергиваю пряди обратно, плевать, что напоминаю лохматую ведьму, нечего трогать меня.
— Мне нужна свежая одежда, — скрещивая руки на груди, говорю я.
— Что нибудь еще нужно?
— Ты знаешь, что мне нужно.
  
Глава 14. В отеле
 
— Мой ответ не изменится, — говорит он, напрягаясь всем телом.
— Ты знаешь, о чем я спрошу? Может у меня есть желания, — делаю шаг к нему, убирая невидимую соринку с груди.
Он тут же хватает меня, прижимая к себе. Делаю выводы, что крутить им у меня не получится, он как бульдозер, прёт напролом! Не так посмотрю, он тут же меня отжахает, а мне вот это не нужно.
Упираюсь кулаками в его грудную клетку.
— Так, руки держи при себе, господин! Ты большой, страшный, убивал, рушил, теперь вот похищаешь, но если тебе интересно моё расположение, то соблюдай рамки приличия!
— Училку выключи, — сказал Нарвал и отпустил меня, — я в душ, после меня ты пойдешь. Свежую одежду принесут. Не вздумай выкинуть что нибудь.
Как только он скрывается за дверью, я подбегаю к окну, открываю его. Можно было бы спуститься по простыням, но их маловато и времени у меня не так много.
Вижу на балконе курит мужчина, одет он в одних семейниках.
— Молодой человек, вы можете дать мне позвонить? Мой парень случайно забрал мои ключи от номера. Надо сообщить ему, — натянуто улыбаюсь, мужчина тушит сигарету. Ну давай быстрее, ну!!
— У меня сел телефон, но я могу сходить за дополнительным ключом.
Если его сейчас поймают, помогающего мне, он не жилец.
— Парень, никуда не ходи. Хочешь денег заработать?
— Ты ищешь рабочих?
— Я скажу тебе номер, позвони туда и скажи что я жива, тебе заплат сколько попросишь.
— Слушай, если хочешь познакомиться, могла бы и прямо к двери номера подойти, я бы открыл такой очаровашке.
В следующий миг я слышу, как за моей спиной перезаряжают пистолет. Быстро закрываю окно и прижимаюсь к нему спиной.
— Нет.
— Что нет?
— Не делай этого.
— А что если он что-то узнал? И сейчас все мои люди под угрозой?
На его бёдрах полотенце, по крепкому рельефному торсу стекают капельки воды. Он такой офигенный, что я вдруг думаю, а может зря думаю о побеге?
Так всё, собралась.
— Я скажу правду, мне действительно хотелось позвонить, но у него сел телефон, я ничего не сделала, пожалуйста, не стреляй в него.
В дверь стучат, а потом кто-то открывает её ключами. Перебегаю к Нарвалу.
— Всё, можешь теперь выходить, — говорит тот мужчина с балкона. Он сходил на ресепшен и взял запасные ключи. Вот черт!
— Привет, щегол, — раздаётся над моим затылком.
— О, твой парень вернулся. А что на счёт того звонка? Ты говорила мне заплатят.
Стою так, чтобы было не видно пушку, удерживаю запястье Нарвала в руке за спиной.
 
— Хотела пошутить над подругой, но мой парень опередил тебя, он любит такие приколы, спасибо за помощь.
Силой выставляю его за дверь, господи, только бы он выжил сегодня.
— Он видел нас вместе, его всё равно придется убрать.
— Пожалуйста, — складываю руки в молитве.
— Я же просил не делать глупостей. Зачем ты подвергаешь людей опасности?
— Обещай, что не тронешь его.
— Обещаю.
— И твои люди.
— За них не могу обещать, откуда мне знать, что творится у них в голове?
— За поцелуй, сделаешь?
— Ты сама видимо дико хочешь меня, раз всё время себя предлагаешь, — он хватает меня за лопатки, притягивая к влажному телу, — но в этот раз, обмен равноценный, давай, целуй меня, принцесса.
Он так близко, что я тупею. Даже влага на его теле не остужает меня. Мурашки доводят меня до онемения. Мозги текут из ушей, оставляя меня пустоголовую на растерзание этому животному.
Нарвал очень горяч и как бы он не касался это будоражит, но мне нельзя сейчас показать, что я перед ним слабая, но и жертвовать невинными людьми я не собираюсь!
— Нет, не хочу. Просто дело есть дело.
— А если бы я за такое секс попросил?
— Не попросил бы.
— Почему так уверена?
— Ну ты же не какое-то животное, — лицемерю, сама только что думала иначе, ну а как мне еще им крутить? Он видно горд собой и «моим» о нем мнением, еле сдерживаюсь, чтобы не заржать в голос.
— Ошибаешься, — я меняюсь в лице, потому что думала, что обманула его и уделала, но он оказался сложнее чем я предполагала.
Нарвал закидывает мои ноги на свою талию, мы падаем на кровать, он сверху наваливается и в глаза смотрит.
— Кишка тонка так мной крутить, поняла? Иди мойся. Козла этого не трону, если только опять не припрется. Одежду для сна мои люди уже привезли.
Он встаёт и идет к двери, за ней кто-то передаёт ему два пакета, чувствую запах, от которого у меня слюна до пола свисает. Нарвал позаботился о еде!
Иду в душ, моюсь и бреюсь, только вот зачем?
Я что, готовлюсь к тому, что он будет меня… Ну нет… это же просто дело привычки. Хватит.
Наматываю полотенце на волосы и надеваю пижаму с лисичками, это он так намекает, что я много хитрю? Это вообще не про меня! Я слишком глупая, чтобы правильно обмануть кого бы то ни было.
Выхожу из душа, Нарвал раскладывает еду из крафтового пакета на стол, я включаю телевизор, попадаю на новости.
Женщина с экрана бесстрастно говорит:
— Молодая учительница русского языка из школы Василе-островского района Василиса Александровна Державина погибла из-за аварии. Машина слетела с дороги, когда её подвозили после работы, авто сгорело из-за неисправности бензобака.
В кадре мелькают фотографии леса, где я пыталась выкинуть Нарвала из машины и видеозапись дымящейся иномарки. На заднем плане виднеется Инфинити папы и пару джипов его людей. Следующим кадром вижу истерику моей мамы и отца, пытающегося её успокоить.
Нарвал щелкает пультом, выключая телевизор.
— Зачем ты смотришь это? — говорит он.
Слезы сами катятся по щекам. Меня и правда признали мёртвой.
— Какое имя хочешь в новом паспорте?
Даю ему звонкую пощечину, а потом снимаю с волос полотенце и начинаю лупить его им с остервенением, не замечаю, как начинаю рыдать в голос и трястись как от холода.
Он вырывает полотенце и набрасывает на меня одеяло, закутывая как младенца, а потом прижимает к матрасу. Я сопротивляюсь еще минуту, а потом меня вырубает.
  
Глава 15. В путь
 
Просыпаюсь от того, что кто-то гладит меня по волосам, уже забыла, что нахожусь не дома, так крепок и сладок был мой сон рядом с этим чудовищем.
На душе мгновенно становится гадко от собственного комфорта. Я спокойно сплю, а мои родители возможно планируют похороны чужого тела.