Монета Бога Теней (СИ)
— Я снова сделал не то, что хотел великий Алистер?
— Можешь всегда называть меня так, мне это нравится. И да, сделал, в той таверне, я сказал тебе пробиться сквозь легионера и забрать свои доспехи. Ладно, с этим ты справился, но какие боги безумия, убедили тебе вернуться?
— Я пришел, чтобы не дать вам умереть, и это благодарность?
— Ты сам чуть не погиб. Хоть изредка, пытайся услышать меня, с твоим задором деревенского конюха-героя, дожить до старости невозможно. Не рви себе зад, пытаясь спасти нас, это мы тебя сопровождаем и сами можем о себе позаботиться. Так было всегда.
— Народ, там, в реке покойник! — Завопил Роланд, быстро возвращаясь из зарослей. Алистер поспешно схватил окровавленную тряпку и прислонил к лицу.
— Роланд! Хотел лицо протереть спросонья, но вымазался в твоей крови.
— Извини, друг, я не специально. — Испугался Роланд, начав копаться в сумке в поисках чистой тряпки.
— Поверить не могу. — Вздохнул Титус, сев перед костром. Мастерство лжеца во всей красе, а не замечающий очевидное Роланд, поверил во все это. — Даже знать не хочу.
— Все нормально. — Вздохнул Алистер, делая вид, что ему вовсе не пришлось лгать, словно сам верил: кровь на подбородке от тряпки друга. — Что за труп?
— Какой-то инквизитор, без головы, узнал его по одежде.
— Маги? — Поинтересовался рыцарь.
— Скорее, кто-то из города грехов, для тебя поясню, это лагерь, где живут наемники, разбойники и прочий сброд. Это место действует как черный рынок, соваться туда не стоит, вообще никогда.
— А себя вы, значит, такими не считаете?
— Язви дальше, мы берем столько сколько нужно, а они все. Есть у них привычка отрезать головы, их используют как украшение лагеря. Надевают на все: на частокол, на копья, на крыши домов забрасывают.
— Отвратительно.
— Знал бы ты, из чего тамошние жители делают тарелки, миски и кружки.
— Город грехов значит? Откуда в Темнолесье берутся такие названия?
— Элементарно. — Стал вытираться Алистер. — Еще давно фанатики и храмовники, якобы святые люди, совершили поход в Темнолесье. Считая это место обителью смертных грехов, собрали людей из Везерлеха и Гаардена, пока последние вовсе не отвергли религию. Умные ребята, кстати говоря. Возглавил весь этот парад некий святоша из Храма Падшей Звезды, кто-то там — не помню имени, ты тогда под стол пешком ходил.
— Очередной урок истории? — Вздохнул рыцарь, пытаясь скрыть обиду за напускным безразличием, хоть самому было очень интересно — ничего подобного в учебниках по истории не пишется, а легенды об этих местах, он слышал лишь краем уха, чего нельзя сказать про Храм Падшей Звезды — он попросту исчез десятки лет тому назад.
— Этот мужик, якобы лидер этого сброда, собрал свой люд у стен одного из безымянных городков в Темнолесье, став кричать "покайтесь", "обратитесь к богам" и тому подобное. Может быть, где-то это и сработало бы. Так вот, жители городка стояли на деревянных стенах, просто потеряв дар речи, слушали этот бред…
— И вырезали? Как тут не догадаться, это же Темнолесье.
— Не сразу, сначала фанатики на глазах у людей, устроили демонстрацию всех грехов, которые только знали, использовав совокупление вместо перерывов в выступлениях. Но, бойня была потом, в живых оставили только епископа, или как его там!? Он вроде отрекся богов и спился, как говорят. И да, ты определенно прав, Темнолесье — это не место где рассказывают сказки о героях и принцессах, спасенных из высоких башен. Тут рождаются страшилки, которыми пугают детей или вспоминают с друзьями у костра. Да какая религия вообще может задержаться в этих краях?
— У тебя дурной настрой? — Сделал замечание Роланд.
— Верно, мой друг. Я говорил обоим, что и как делать, с этим справился бы любой недоумок! Но что заставляет вас вытворять подобное, я даже не знаю. Роланд, Титус, за обоих я отвечаю головой. Иэто не только вы от меня зависите, я также лишусь жизни, если вы будете рисковать своей.
— Мы, значит, зависим от тебя? — Ошарашено попятился назад рыцарь. — Я и забыл, что ты лидер нашей экспедиции, все знаешь, весь такой молодец. Чем же мы зависим от тебя?
— Ты живешь до того момента, пока не перестанешь приносить мне пользу. Я единственный человек, который способен провести тебя через Темнолесье, это не Империя, тут не так приятно находиться в одиночестве, тебе этого попросту не понять.
— Странное у тебя понятие о дружбе, Алистер.
— Ты мне не друг, баран ты бронзовый, а наниматель.
— Эй, перестаньте! — Встрял Роланд, который не мог просто смотреть на перепалку. — Никто никого не будет злить, это не нужно нам, ведь мы — команда. Работаем слаженно — либо гибнем, верно?
— Верно. — Согласился Алистер, встав из-за костра и отправившись вглубь зарослей.
— Куда ты?
— Мне просто нужно проветриться. — Заявил разведчик и скрылся в листве.
Глава 4. Запрещенная торговля
Осень 1670 года, Темнолесье, где-то глубоко в лесу
“Острый меч в руках идиота — безобидная игрушка для врага и смертельная опасность для обладателя, в то время, когда тряпичное полотенце в руках профессионала — смертоносное оружие.” — Неизвестный.
Повздорившая несколькими днями ранее троица, угрюмо следовала через лес. Титус вот уже несколько раз хотел спросить, не заблудились ли они, но лишний раз выводить из себя Алистера ему не хотелось.
— Мы заблудились? — Спросил Роланд, тем самым порадовав рыцаря.
— Черт тебя дери! — Выругался Алистер, припадочно вздрогнув, после чего сплюнул на землю и раздраженно посмотрел на идущего позади воина. — Ты спрашиваешь это у человека, который тут вырос, лучшего разведчика северных земель за все времена. Поглоти тебя бездна! Какого черта, ты во мне сомневаешься?
— Во имя всего святого, тут все одинаковое! — Поддержал его рыцарь. — Пейзаж не меняется целыми днями, я почти уверен, что этот камень мы проходим уже десятый раз. У меня уже ноги в сапогах стерты до кровавых мозолей, и я тоже задаюсь этим вопросом.
— Нет, мы не заблудились. — Отрезал Алистер. — Мы идем правильно, а то, что здесь полно всяких камней — не моя вина! Это природа, мой твердолобый приятель, камни — как и рыцари, все на одно лицо. Даже мозгов у них столько же.
— Ну и где мы?
— Где-то глубоко в лесу. — Вздохнул Алистер. — Мы не в Везерлехе, где даже холмам дают имя, здешние жители просто знают каждый куст, не нуждаясь в том, чтобы присваивать названия всему, что видят!
— Но, этот камень…
— Титус! — Не выдержал Алистер. — Можешь назвать его в свою честь, что ты до меня докопался-то?
— Через сколько дней мы дойдем хоть до одного нового ориентира?
— Через пару дней, после того, как ты закроешь рот.
Спутники еще недолго сохраняли полное молчание, как только у Алистера перестал идти пар из ушей, Роланд окликнул друга по имени. Разведчик даже не знал, на каком языке выругаться, но развернулся — молча, взглядом пытаясь прожечь воина-северянина насквозь. В голове всплывала яркая смесь типичной ругани королевства Гаарден и? Везерлеха, с элементами оскорблений Фаурена, с типичными словами-паразитами из Темнолесья и Острогорья, по типу: "…за ногу", "…в душу", и тому подобных высказываний. Роланд указывал пальцем на землю, в сумраке можно было рассмотреть тусклый блеск, знакомого медальона, который он где-то видел, но не мог припомнить, где именно.
— Серебро и сапфир. — Заметил Алистер, подошел и взял в руку, но не спешил класть находку в карман, что-то стало настораживать его. — Где я мог встречать этот медальон?
— Узнал? — Спросил воин, в то время как рыцарь попросту смотрел на происходящее.
— Этот кулон — первое, что я увидел после того, как пробудился от того самого сна после ранения, длившегося не один месяц, семь лет назад. — Вздохнул разведчик, встав с колена и осмотревшись, продолжая вспоминать. — Элизабет, так ее звали.