Монета Бога Теней (СИ)

— Ты сам этого хотел! — Взревел офицер, срывая с пояса что-то похожее на металлический шарик, и сжав его, подкинул в воздух.
Раздался хлопок, снаряд, словно рассыпался — над магом появилось серебристое облако, медленно оседающее на траву. Было красиво, многочисленные пылинки собирали и отражали свет. Маг ослаб, энергия которой он мог контролировать природу, впитывалась в серебряную пыль, оседая на его руках и плечах. Прорвавшись через серебряный занавес, офицер инквизиции нанес удар коленом, снося старика с ног. Он был достаточно силен для своего возраста, но, не устоял. Маг попытался подняться, но его отбросил удар ноги. Офицер наскочил на него, успев обнажить клинок и вонзить лезвие в грудь старого человека. Серебряное лезвие впитало энергию волшебника, расстававшегося с жизнью. Батарея на спине издала протяжное гудение.
Офицер глянул на его рыдающую жену, опустившуюся на колени. Где-то глубоко в душе прозвучал голос родителей, которых он убил в шестнадцать лет по приказу инквизиции. До боли знакомая картина. Галлюцинация, ничем иным не было то, что он видел: лицо женщины сменилось лицом его матери, которое как он думал, было позабыто. Словно реальность смешалась со сном. Только он хотел подойти к ней, раздался непонятный звук, словно кто-то хлопнул ладонью по подушке. Рядом с плечом офицера пронесся тонкий светло-синий луч, который прошел насквозь через грудь женщины. Плач утих, и она рухнула на спину. Из пробитой лучом груди не текла кровь, как стало понятно, луч инквизиторской винтовки прижигает раны сразу же, как только их наносит.
— Мама. — Шепнул офицер, приходя в себя. Напарник не был уверен в том, что слышал, и подумал, что ему послышалось. — Она могла бы жить, убивать женщину было необязательно. Мы и так подавили ее волю, лишать ее жизни было крайностью.
— Пленных не брать. — Куратор сам так сказал. — Эти ружья просто шедевр, а ведь я ее только за плечо взял, а столько энергии получил взамен — красота! Эмоции выказывают мага, и он становится, словно фрукт, истекающий соком.
— Рад, что эти игрушки тебе по нраву.
— Теперь мы знаем, на что способны винтовки с таким зарядом. Кажется, я должен перед тобой извиниться, за то, что сомневался. — Пожал плечами шкуродер. Офицер стряхнул серебряную пыль с черного снаряжения и развернулся назад. Одна лошадь лежала в неестественной позе со сломанным хребтом, другая давно убежала, испугавшись схватки. — Ты неплохо показал магу всю суть инквизиции и собственные способности. На мгновенье мне показалось, что источник магии ты сам.
— Не лижи мне зад, это не поможет. Просто впредь не оспаривай мои приказы, иначе тебя ждет такая же участь, как эту лошадь. — Офицер догадался, что серебряная пыль, покрывавшая его одежду, поглощает часть исходящей от него энергии, и поэтому не собирался стряхивать ее полностью. — Лучше подумай о настоящей проблеме, шкуродер.
— Это о какой еще проблеме?
— Нам придется идти пешком, если ты не придумаешь, как воскресить вон ту клячу. — Офицер указал рукой на мертвое животное. — Хотел бы напомнить тебе, что в сумках остались наши пайки и вода. И постарайся без некромантии, не давай мне лишнего повода для убийства.
— Очень смешно, что ты предлагаешь?
— Придется идти пешком без сна и еды, другого выхода нет. Нужно ликвидировать всех, кто движется к границе. Если маги пройдут через нее, они окажутся вне досягаемости наших законов, вне юрисдикции инквизиции — каждый из них прекрасно знает это. А от закона уйти нельзя…
— Поэтому поспешат переправиться туда?
— Разумеется. — Согласился офицер. — Много времени терять нельзя, нам следует быть на горе раньше прочих магов, которые будут, спасаясь, лезть через нее, как крысы, бегущие с тонущего корабля. Мы не успеем попасть на вершину сегодня, придется остаться на ночлег в поселке — на карте нет его названия, а находится он сразу у дороги, ведущей на гору.
— Кажется, куратор говорил что-то о том, что задерживаться в городе нельзя, дабы не спугнуть беженцев. — Задумался напарник. — Что нужно обогнуть поселение по скалам, не выказывая свое присутствие магам, тогда они не сразу побегут в горы. Нам следует ждать их уже наверху, тихо и незаметно, заняв более выгодную позицию.
 
— Выбора нет, придется идти через селение.
— Мы не успеем. — Вздохнул шкуродер сняв шлем, чтобы подышать свежим воздухом. В нем ощущался аромат сырой земли и свежей крови. — Ты предлагаешь сделать все быстро и тихо, а это не сочетается с нашим планом.
— Именно. Придется делать все тихо, быстро пополнить запасы и подняться в гору к основным силам инквизиции. Когда приличное количество магов и дезертиров Легиона хлынет в лес, он будет оцеплен королевской армией. Разведка короля обещала нам помочь с этим и следить за гостями леса. Капкан на людей, и он будет захлопнут, быстро превратившись в гроб для всех наших врагов.
— Что будем делать с пленными?
— К сожалению, куратор приказал пленных не брать, поэтому делай с ними все, что заблагорассудится. Это настоящая бойня, в которой у беженцев нет ни малейшего шанса. Можешь противно улыбнуться, как ты умеешь.
*****
Алистер закашлялся, поэтому сильно отстал от Роланда и Титуса. Бронзовый рыцарь сначала не обратил внимания, но когда заметил озадаченное лицо воина, решил поинтересоваться касательно кашля его спутника. Роланд лишь тяжело вздохнул, отведя взгляд в сторону, будто выискивая что-то в потемках леса.
— Это большая тайна?
— Думаю, что нет. — Пожал плечами воин. До этого они говорили о рыцарских титулах и привилегиях, что было ему особенно по душе, отчего он пребывал в хорошем расположении духа. Но тут желание продолжать диалог с седовласым рыцарем резко отпало.
— На привале он тоже отходил кашлять, будто это что-то неприличное.
— И что?
— Алистер кашлял кровью, он болен?
— Задаешь много вопросов, мой друг. Он в норме, незачем меня расспрашивать. — Озлобленно ответил Роланд, после чего оглянувшись на Алистера, продолжил шепотом. — Я не лекарь, не знаю что с ним, а он все скрывает. Я уже и спрашивать перестал, будь это что-то важное, друг бы сказал мне.
— Он бы сходил к лекарю.
— Какой дельный совет, без тебя мы бы ни за что не догадались. Это первое, что я ему предложил, Алистер отказался, сначала говорил о том, что во время трапезы поцарапал горло костью, это некоторое время меня успокаивало. Но кашель длится уже год, и с каждым месяцем приступы все чаще. Мы вне закона, все двери лекарей и целителей перед нами закрыты. Те скорее продадут беглых легионеров за один мешочек монет, чем вылечат за гораздо большую плату.
— За границей много лекарей, которые не лояльны к законам севера. Им плевать на инквизицию, и они смогут вылечить его, даже если болезнь очень запущена.
— Осталось туда только дойти. Давай сменим тему, поговорим о чем-то приятном?
— К примеру, о том, что этой ночью мы убили молодую девушку.
— Титус, да ты оптимист!
Роланд хотел уже хлопнуть рыцаря по плечу, как услышал едва различимые шаги напарника. Оба посмотрели на Алистера, который вытирал губы тряпкой, и заметили, что его лицо было бледнее обычного. Рыцарь видел похожую болезнь, но не стал делать никаких замечаний и поспешных выводов, ведь их ночная беседа была не самой удачной. Алистер прошел между спутниками, перейдя на более быстрый шаг, вскоре ставший вовсе бесшумным. Вырвавшись на пару метров вперед, он выбросил тряпку и еще больше ускорился — разведка всегда идет впереди.
— Что ты делаешь? — Шепотом спросил Роланд, глядя на Титуса, который, проходя мимо тряпки, подобрал ее и стал рассматривать, словно это был что-то ценное. — Выбрось эту гадость.
— Взгляни, в крови нет слизи и слюны. — Рыцарь продемонстрировал это, макнув палец в кровавый след.
— И что с того?
— Она темная, и скорее всего, ее источник находится куда глубже горла.
— Омерзительно. Ты похож на него куда больше, чем думаете вы оба. — Выхватив тряпку из рук рыцаря, воин отшвырнул ее подальше в кусты, после чего укоризненно взглянул на идущего впереди друга, который был уже в метрах двадцати от них. — Перестань дурачиться.