Элка и Повелитель Тьмы. Подстава для темного (СИ)

Любимый сынуля мысленно подарил мамочке новый тур на Землю и пару молодящих артефактов. Все же, как хорошо иметь такую понимающую маму.
Старшей супруге, хвала источникам, хватило ума не перечить. Она только злобно глянула на Геру и удалилась со словами:
— Пойду собираться.
Средняя жена метнула растерянный взгляд на свою мать и, уловив едва заметный кивок, поспешила за Золаной.
  
Герочка же, еще лелея надежду разжалобить Повелителя, снова зарыдала:
— Дамиан, за что ты так со мной?! Я же умру в разлуке.
«Угу, особенно без своих розовых бриллиантов» — едко подумал Повелитель.
Кулаки его сжались, а черные глаз полыхнули алым пламенем. Младшая супруга отшатнулась в испуге и, понуро опустив голову, поплелась за старшими собираться в дорогу.
Когда они с леди Викторией, наконец, остались в комнате одни, Дамиан устало откинулся на спинку своего повелительского кресла и вздохнул.
— Да-а-а, сын, — протянула леди Виктория, недовольно поглядывая на Повелителя, — Распустил ты их. Разбаловал. Знаешь, что бы твой отец с нами сделал, устрой мы такие слезливые концерты?
— Даже слушать не хочу, — буркнул в ответ Дамиан и рывком поднялся со своего места.
— Отрезал косы и с позором выгнал из дворца. А ты носишься с этими змеюками. Тьфу! Смотреть противно.
— А ты не смотри. Это мои жены и только мне решать как с ними себя вести. И, между прочим, это ты их выбирала, — напомнил он, складывая на груди сильные руки.
Леди Виктория на мгновение задумалась.
— И правда! Наверное, была зла и с похмелья, — и, поймав уничтожающий взгляд отпрыска, добавила, — Да шучу я, шучу! Я не на их характер глядела, а на ауры.
— Именно поэтому у меня до сих пор ни одного наследника, — резонно замел Повелитель.
— Плохо стараешься, — не осталась в долгу мама, отчего Его Темнейшество зло фыркнул.
— Эти твои человеческие шуточки! Какая вульгарщина.
Леди Виктория удивленно посмотрела на сына и покачала головой.
— Знаешь, тебе нужно отдохнуть. Смотался бы на Землю на годок, другой. Давай Витюше напишу сообщение. Он быстро тебе организует сауну с земными нимфами.
С этими словами она материализовала в руке самый настоящий человеческий айфон и ловко начала строчить сообщение.
— Мама! Что это?!
— Телефон, — радостно ответила мамочка.
— Я же запретил ввоз земных технологий на нашу территорию.
Мамуля проигнорировала его слова, и Дамиан решил напомнить:
— Наказание смертная казнь.
— Тебе лишь бы казнить кого-то, — отмахнулась она, — Не мешай. Я пишу.
Дамиан выхватил из материных рук телефон и припечатал.
— Никуда я не поеду! Терпеть не могу людишек! И ты об этом прекрасно знаешь.
— Ладно-ладно. Чего разорался-то, — ничуть не обиделась демоница, — Пойду, к балу готовиться, раз больше некому. Ты телефончик-то верни, мамочке?
Дамиан скрипнул зубами, но железку вернул.
— Хороший мальчик, — потрепала мамочка своего двухметрового сыночка и упорхнула по своим делам.
Его Темнейшество только тяжко вздохнул и подумал, что отвык за столько лет от маминой эксцентричности.
В том, что она со всей ответственностью подойдет к организации бала он даже не сомневался.
Остается надеяться, что стены дворца выдержат ее энтузиазм.
  
Глава 5 «Адское агентство, или посторонним вход воспрещен»
 
Нет, я не устроила скандал, не подняла крик и даже не закатывала истерик, когда узнала, чем на самом деле занимается это чудное агентство.
А хотелось.
Но еще больше мне хотелось туго выпить водки и уснуть, а после проснуться и понять, что все это плод моего больного воображения.
«Не прокатит» — покачала головой Язва, и я поморщилась.
- Лучше бы молчала, убогая, — едва слышно шикнула на нахалку.
- Вы что-то сказали, дорогая Элла Аркадьевна? — всполошился маленький толстенький мужичок, который был тут за главного бухгалтера.
- Нет-нет, Иван Иванович, вам показалось, — поспешила ответить я, исподтишка разглядывая моего нового, язык не поворачивается сказать, коллегу.
Иван Иванович, вопреки исконно русскому имени, оказался евреем. Длинноносым мужчиной лет пятидесяти в идеально отглаженном черном костюме, при бабочке, которая смешно выглядывала из-под густой курчавой бороды. Его маленькие хитрые глазки с явным интересом смотрели на меня и временами мужчина издевательски усмехался себе в бороду, словно знал что-то такое от чего я точно грохнусь в обморок.
В агентстве «Светлая память» он числился главным бухгалтером и первым делом после краткого знакомства предложил сразу ознакомиться с финансовыми документами. Я бы ознакомилась, если хоть что-то соображала в них. А так, куда мне с десятью классами образования.
Поэтому, изобразив умный вид, я отказалась и попросила поподробнее рассказать о самой деятельности агентства.
- Да, что тут рассказывать, — бесцеремонно вмешалась в разговор Дусечка, присаживаясь на диван рядом со мной, — Жмуриков приходуем, могилки копаем да раскапываем и кладбище стережем, что бы чего дельного не поворовали.
Звучало как-то не очень…и мне разом поплохело.
- Что же вы побледнели, Элла Аркадьевна. Покойничков испугались?
Нет. Эта стерва надо мной явно насмехается. Специально задирает, чтобы я тут в обморок грохнулась от страха.
Язва, где ты?
Пора брать себя в руки и не посрамить свою честь!
А то ишь, она меня запугать решила…бегемотиха.
Обычно я никогда не обижаю женщин с лишним весом, так как сама не идеальна и знаю, как нам таким нестандартным тяжело жить с современном мире глянца, где с обложек модных журналов смотрят рафинированные красавицы.
Но Евдокия Прокофьева прямо выбесила меня своим откровенным хамством.
Я открыла было рот, чтобы сказать ей это все в лицо, но меня опередил негромких голос Ивана Ивановича:
- А еще есть Врата, присмотр за которыми одна из наших обязанностей.
- Что еще за Врата? — оживилась я, подтягивая к себе поближе корзинку с домашним печеньем, под немигающим взглядом разъяренной Дусечки, — Мне Виктор говорил, что вы охраняете какое-то культурное наследие. Ценные экспонаты. Это и есть Врата?
— Можно и так сказать, — согласился мужчина, — Давайте осмотрим наш магазин ритуальных товаров, офис и сходим к Вратам. Заодно проведем церемонию передачи ключей. А вы милочка, — поворачивается к Дусе, — Подготовьтесь пожалуйста, а то Виктор Вольдемарович будет опять недоволен. Оштрафует на три литра за несоблюдение протокола.
Литра?
Они тут что пьют на рабочем месте?
Покосилась на Дусечку — вроде на алкашку не похожа. А там кто их знает.
Странные они тут все.
А где же третий сотрудник?
Спросить не успела. Иван Иванович бодренько подскочил с дивана и, одернув чуть коротковатый пиджак, галантно предложил мне руку, видимо, собираясь спуститься на первый этаж.
Я чуть улыбнулась мужчине. Мелочь, а приятно, особенно после смертоубийственных взглядов Евдокии Прокофьевны.
Магазин ритуальных товаров, вопреки моим страхам, ничем особенным не отличался.
Гробики, веночки, оградки.
Некоторые скромненькие и со вкусом, другие же наоборот роскошные, но ничего собственно неприятного я не ощутила, разглядывая большой зал, наполненный погребальными атрибутами.
— А здесь у нас цирюльня, — с какой-то особой гордостью говорит Иван Иванович и открывает передо мной дверь смежного зала.
Вот тут-то у меня и затряслись от страха поджилки.
Небольшое помещение без окон, служило для бальзамирования покойников. Большую часть помещения занимал стол для тела. Вокруг стояли стеллажи со всякими банками, склянками, контейнерами и прочим медицинским барахлом.
  
А еще тут было жутко холодно. Пробирало прямо до костей.
И запах неприятный.
— В-впечетляюще, — с трудом выдавила я и поскорее побежала прочь из этой обители некроманта.
— Рад, что вам понравилось, — обрадовался Иваныч, — Уверен, вы подружитесь с нашим Константином.