Клуб космонавтики (СИ)

А Геннадий Семенович молодец! Я пообещал себе, что не буду больше шутить над его несерьезной внешностью, но тут же отказался от обещания, потому что хорошие люди не против того, чтобы над ними шутили.
После сна, согласно расписания, которое Геннадий Семенович прикрепил изнутри на дверь домика, нам полагалось опять идти в столовую и пить чай, но сегодня это мероприятие отменили.
Наверное, из-за неразберихи дня всеобщего приезда самовар на пятьсот человек распсиховался и не закипел.
4
Распорядок жизни в пионерлагере оказался стандартным и не таким уж плохим, если бы не послеобеденный сон. Прикольно, что есть нам предложили пять раз в день — помимо обычных завтраков-обедов-ужинов был еще полдник и непонятный "прием пищи" в девять часов вечера.
Ха! Мне в голову пришла интересная страшилка. Про то, как в одном лагере пионеров тоже зачем-то усиленно кормили. Как-нибудь расскажу ее.
5
Пока Геннадий Семенович записывал на занятия девчонок, мы успели немного познакомиться с соседями, их предки к обеду наконец-то разъехались. Ребята хорошие, за несколько минут к ним привык даже Глеб, хотя поначалу стоял у стены и прятал подмышками сжатые кулаки.
Итак, комнату через стену вот уже полдня населяли: толстенький и невысокий Алексей, по виду — круглый отличник, хихи, круглый, как ни посмотри; Миша, не по возрасту высокий и нескладный, Дима, черноволосый и мрачный оттого, что в этом году сломал руку и теперь ему приходилось осторожничать, разрядник по плаванию Роман (маленький, вроде Артема, и почти такой же шустрый), Паша — немногословный, с браслетом-ниткой на руке, и Родион, тихий и спокойный, но мне очень захотелось узнать, кто у него родители и как они выбирали имя для сына.
А с жителями второй комнаты отношения не сложились. Нас предупредили, что там поселились футболисты и что они держатся особняком, поскольку тренируются в футбольной секции, мечтая после школы не работать, а только гонять мяч.
Футболист у нас в стране профессия престижная, хотя сборная СССР ничего никогда не выигрывала и не выиграет еще лет сто.
Вероятно, существуют параллельные миры, в которых у Земли два Солнца, четыре Луны, океан занимает всю ее поверхность, а люди обитают на островках из водорослей… но мир, в котором наша команда победила на футбольном чемпионате невозможен в принципе, как невозможно перемножить два на два и получить пять.
Футболисты старше нас на год. Коротко поздоровались мы с ними, они — с нами, и на том общение закончилось. Физиономии у них важные, как у непризнанных гениев в представлении обывателей, только не такие умные.
  
Глава 17 Такой футбол нам не нужен
 
1
Секций в лагере существовал миллион. Ну или не миллион, а тысяча. Или не тысяча, но десяток — точно. Среди них обнаружился даже кружок космонавтики! Конечно, не чета нашему городскому. Слесарная мастерская, а не клуб, хотя пара космических плакатов на стенах висела.
Ввели его, потому что положено. Станков, инструментов, секретных журналов "Юный техник" здесь отродясь не видели, а занятия проводил завхоз дядя Матвей, внешностью и характером напоминавший директора лагеря, только дядя Матвей не седой, непробиваемо флегматичный, с другими чертами лица и намного моложе. Он не ожидал, что кто-то сюда запишется и очень удивился нам. Мы объяснили, что увлекаемся космонавтикой и имеем опыт строительства низколетающих звездолетов. Он в ответ сказал "и чему вас мне учить", поэтому мы договорились так — приходим сюда сами, делаем, что хотим, а он будет забегать и приглядывать, чтоб мы не набедокурили.
В кружок, кроме нас, не записался никто. Вот и прекрасно. Для начала, думаю, сделаем парочку дирижаблей и самолетиков, а дальше посмотрим.
Собрались уходить, но тут дядя Матвей взял и выдал — оказывается, этот клубик космонавтики тоже поджигали! По весне, когда лагерь пустовал. Кто-то перекусил заборную железную сетку, прошел на территорию, подпалил здание и убег. Повезло, что детей в лагере не было, зато роботов — наоборот. Один из них заметил огонь и залил его водой (робот шел мимо по дорожке и очень кстати нес ведра).
 
Преступника не нашли. Допрашивал участковый этого робота-свидетеля, но тот ему ничего не сказал. По двум причинам — и не видел он ничего, и был из роботов простейших, говорить не обученных.
Надо будет подумать, что делать с этим. Два поджога — уже тенденция. Кому-то космос стоит поперек дороги, но кому? Поглядеть бы на этого человека и понять его странную логику.
А может, это серьезный заговор. В него вовлечены тысячи людей и огромные силы. Настоящее противостояние. Кто-то непонятный борется с кем-то совсем непонятным, а полем битвы неожиданно стала комнатка с игрушечными космическими кораблями.
М-да, счастье, что меня сейчас никто не слышит.
…Расследовать начнем потом. Через пару дней, хорошо? Отдохнем, наплаваемся, а потом приступим к детективным поискам.
2
Глеб еще решил позаниматься в шахматной секции. В шахматы во всем районе ему играть не с кем, может, достойный соперник объявится хотя бы здесь. Но пока что не нашлось даже преподавателя. Одинокий листок с фамилиями желающих посещать занятия приколот к запертой двери, и все. Желающих фамилий там — только Глебова. Ну и мы еще свои написали, чтоб не бросать товарища наедине с несуществующим тренером.
А потом решили, что иногда будет весело поиграть в футбол. Ошиблись. Никаким это оказалось не весельем.
Около маленького футбольного поля на квадратном камне сидел широкоплечий словоохотливый дядя лет пятидесяти пяти, назвавшийся Михаилом Станиславовичем. Два зуба у него были золотыми, а два уха по бокам лысины лопоухими и поломанными. Он записал нас к себе в журнал, сказав, что будет выдавать нам мяч и на этом все, потому что он целыми днями на пляже следит, чтоб утонувших было как можно меньше, в идеале ни одного, вот как сейчас, и тренировать нас ему некогда, тем более что он футболом никогда не занимался, а занимался греко-римской борьбой, однажды став чемпионом Москвы в тяжелой весовой категории, а потом занятия бросил из-за того, что на международные соревнования его не выпустили, дескать, много родственников за границей, и ему стало обидно.
Но тут раздался голос:
— Не беда, мы их научим.
Футболисты. Вшестером. Вышли из-за кустов. В футбольной форме и в импортных кедах. Смотрели на нас, как средневековая аристократия на трубочистов. Один у них, по имени Виктор, похоже, предводитель. Это он пообещал научить нас играть. Высокий, немного рябой, волосы ежиком. В руках он держал мяч — новенький, бело-черный, каким взрослые команды играют. Потом бросил его на землю, подцепил носком кеда и начал жонглировать — подбрасывать мяч ногой, не давая упасть на землю. Долго он так делал. Легко и запросто. Носком, пяткой, коленкой. Мяч летал, как намагниченный. Я так не умею. И Глеб с Артемом не умеют. А затем Виктор мягко поймал его подъемом стопы, и мяч улегся на ноге, как котенок на диване. Раньше я такое по телевизору видел, когда разминку сборной Бразилии показывали.
Мы молча стояли и смотрели, и тут на дорожке появились Паша, Рома и Миша из соседней комнаты.
— Ха, и эти пришли, — обрадовался Виктор. — Записываться на футбол?
— Да, — нехотя ответил Рома.
Михаил Станиславович снова раскрыл тетрадь на первой странице.
— Тогда говорите свои имена и номер отряда.
Итого — двенадцать человек, подытожил он, как раз две команды. Потом добавил, что играть разрешается здесь или на другом поле, а он с нами сидеть не может, да и мы уже большие, его в вашем возрасте раз в неделю милиция за что-нибудь обязательно забирала, вдруг не дай бог чего — он на пляже около вышки спасателей, если быстро не найдем — надо подождать, значит, он кого-то нахлебавшегося воды из этой самой воды вытаскивает, а ежели будут драки и выяснения отношений, как у него в молодости, то он нас как записал, так и выпишет, в кружок любителей уборки территории, хехе, мяч после игры надо принести в администрацию, зайти с бокового входа и разыскать кабинет физкультуры, двери его всегда открыты, мяч положите в угол, там в углу много всякого лежит, но вы не пугайтесь, а быстро и не оглядываясь уходите, он тоже пошел, если придет еще кто, скажете, где его искать.