Клуб космонавтики (СИ)

— Боишься — уходи, — отрезал Артем.
Но кто уйдет после такой фразы?
Поэтому мы подошли к куче вплотную.
Однако ничего заслуживающего внимания не увидели.
Ржавые автомобильные цилиндры, аккумуляторы, шестеренки, железные бочки, пустые огнетушители, парочка пустых черепов древних роботов… ни о чем, короче. Немного заинтриговал маленький дирижаблик у потолка. Что он тут забыл, непонятно. Кто-то оставил его непривязанным, поэтому он взлетел и уткнулся в земляной свод. Впрочем, такие игрушки обычно делают радиоуправляемыми. Придавить кнопку на пульте, и они вернутся к руке хозяина.
Глеба дирижабль почему-то очень расстроил. Чуть ли не слезы появились.
— П-пожалуйста, идем отсюда!
— А что там, — Артем совершенно не обратил на его слова внимания, обошел мусорную кучу и присвистнул. Я подбежал к нему и понял, что свистел он правильно. Свистеть было от чего.
На обратной стороне я увидел стол, на нем слесарные тиски, а рядом соединенные проводами аккумуляторы и раскрытый чемодан с полевым набором инструментов. Кто-то сюда недавно заходил.
— Интересно, — сказал я.
И тут внутри мусорной кучи что-то заскрежетало, вниз посыпались шурупы, гайки, куски проволоки, и наружу выполз робот.
Я таких никогда не встречал.
Он был похож на человека. Или нет. Точно не знаю.
Огромная проржавевшая голова. Полный зубов рот — от уха до уха. Две худые длиннющие руки, а туловище… От него осталась только часть. Будто огромная рыбина откусила ноги и половину живота, из которого теперь торчали искрящиеся провода.
Робот, вращая глазами и разинув пасть, быстро полз к нам. Точно не затем, чтобы поздороваться.
— Назад! — закричал Артем, и мы кинулись в темноту.
Отбежали метров на пятьдесят и оглянулись. Робот замер у подножия мусорной кучи и смотрел нам вслед. Потом он взобрался на вершину, еще раз повернул голову и скрылся.
— Его кто-то собирал из отходов, — пробормотал я, поежившись. — Но зачем?
— П-пошли наверх! — Глеб уже почти умолял.
— Хм, — задумался Артем. — Мы-то уйдем, а если сюда еще кто-нибудь заглянет и попадется ему?
Не ждал я от него таких слов. Удивил меня Артем. Хулиган хулиганом, а сердце у него доброе и благородное. Какой необычный образ — благородный хулиган, ну почему его не используют в литературе.
— Можно заманить робота в ловушку, — предложил Артем.
Страх снова обнял меня своими холодными лапищами, но я вспомнил, что вообще-то как бы на полном серьезе собирался в космос, а трусов туда не берут. Не знаю, о чем вспоминали Глеб с Артемом, но, так или иначе, мы осторожно подкрались к подножию свалки, отыскали несколько прорезиненных веревок (их часто используют на заводах), и сделали две большие петли.
Мы положили их на землю, привязав другие концы к торчащим из земли колышкам.
Я и Глеб взялись за веревки, а Артем пошел звать робота. Долго кричать не пришлось — он выглянул из-за кучи и хищно бросился за Артемом.
Не посмотрел робот на пол, а зря. Угодил руками, как и задумывалось, сразу в обе петли, тут же нами затянутые. Мы обмотали веревки вокруг колышков, и повисло механическое страшилище, как муха в паутине — ни влево ему, ни вправо, ни вперед, ни назад. Порычал он, подергался, и затих, даже глаза закрыл.
И тут возник вопрос — что дальше? Прикончить с безопасного расстояния? Роботы, в принципе, неживые, особенно такие примитивные. Они ничего не чувствуют и ни о чем не переживают. Но вот так, хладнокровно…
Артем шагнул к роботу.
— Эй…
Он не двигался. Артем подошел еще, уже почти вплотную.
— Эй…
И тут работ рванулся вперед, насколько позволили веревки. Артем отшатнулся, упал, но откатился в сторону, и вовремя — страшные зубы клацнули там, где он только что был.
Робот понял, что ничего не вышло, и в бешенстве забился на привязи. Ревел, дергался, стучал зубами… ужас.
Артем, побледневший и посуровевший, встал с пола, демонстративно не спеша отряхнулся, поднял какой-то железный ломик и ткнул им робота в глаз. Мы с Глебом отвернулись и только услышали, как полетели искры и заскрежетали в агонии железные челюсти.
 
…Оказавшись на поверхности, мы закрыли люк и засыпали его песком, решив, что пока сохраним находку в тайне. Затем молча вернулись во двор, раз за разом прокручивая в голове случившееся под землей, а потом увидели, что на пустырь проехала строительная техника — огромный бульдозер, огромный дорожный каток, и несколько огромных самосвалов со щебенкой. Мы кинулись за ними, потому что опять стало жутко интересно. Площадка заброшена уже несколько лет, и вдруг такое.
Строители, суетливые дяди в разноцветных касках, обошли площадку, потом залезли в свои машины, и до наступления темноты несколько раз проехались по пустырю бульдозером, засыпали его щебенкой и утрамбовали катком. Подвал стал замурован, как погребальная камера древнего египетского царя.
Да, вовремя мы вылезли.
Потрясенные тем, что могло нас ожидать, мы распрощались и отправились по домам.
11
…Если задуматься, все не так уж и странно. Ну да, огромный подвал. Но ведь и здание тут должно было стоять огромное! А здания растут не только вверх, у них, как у деревьев, есть корневая система, и эти корни — подвалы. Делаются подвалы раньше стен, потому что так копать удобнее. Зачем свалка? Хранить запчасти на всякий случай, и чтоб не мокли снаружи. Робот? Над землей их полно, поэтому один мог и под ней оказаться. Дядя Боря — Кулибин, если надо, в гараже за два часа и две бутылки водки тебе его спаяет. Роботы обычно добрые, но поменять местами парочку проводов в голове, и вся доброта в прошлое улетучится. Для охраны самое оно. Иногда смотришь на кондукторов, и полное впечатление, что у них тоже черепные проводочки набекрень.
Получается, кто-то знавший о подземной свалке решил организовать подпольную мастерскую. Причем, не нарушая закон, ведь поблизости никаких заборов, шлагбаумов и табличек "проход воспрещен".
Вот и объяснение, опускающее таинственный подвал с небес на землю. Так что даже секретное метро под нашими домами гораздо удивительнее, хотя и оно не удивительно вовсе.
С этими мыслями я уснул.
  
ЧАСТЬ 2 Пионерский лагерь Глава 15 "Все лучшее — детям"
 
1
Утром в девять возле школы стояли пять автобусов с надписями "Осторожно, дети", хотя чего нас бояться, похожий на цыпленка желтый милицейский автомобиль и толпа из школьников, учителей, пап, мам и двух гаишников. Все бегали, кричали и резвились. То есть школьники резвились, а родители нет, они сверяли список. Даже гаишники не резвились, а молча ждали около своей смешной машины сигнала отправления. Нас троих, как мы и решили в ходе долгих дипломатических переговоров, провожала только мама Глеба. Чемоданы мы принесли самостоятельно.
Исходя из своего жизненного опыта я могу твердо сказать, что список — такая вещь, которая никогда не сходится. Вот и сейчас не сходилась. Ехать нельзя, потому что кто-то опаздывал, кто-то пошел не к тому автобусу, а кто-то ждал поодаль, не понимая, что надо подойти и отметиться.
Погода была замечательная. Ни облачка, одно лишь солнце, теплое и приветливое, еще не жаркое, а если присмотреться, можно было заметить и луну, ненадолго задержавшуюся на утреннем небе.
А на земле в это время мальчишки швырялись камнями в фонарный столб, девчонки скакали через натянутые резиночки, кто-то с кем-то едва не подрался, четверо с нашего класса обсуждали погоны гаишников… и еще много чего происходило. Шумело, кричало, подпрыгивало.
Я, Глеб и Артем стояли в стороне. Это получилось само собой, и, признаюсь, получается часто. Можно, конечно, пойти сыграть в "выбивалу" — поуворачиваться от брошенного мяча и покидаться им в своих одноклассников… но игра началась без нас и без нас продолжалась. Частенько выходило так, что между нами и остальными будто нарисована мелом черта — перешагнуть ее нетрудно, но что-то останавливает. Ладно, подождем здесь, в тени деревьев.