Злодейка для принца (СИ)

— Почему? — наконец промолвил герцог.
Правду, что если буду мешаться героине, то мне несдобровать, сказать не могу. Что принц немного подтупливает и много за меня додумывает тоже озвучивать не хочется. Тем более, вдруг я поторопилась с выводами? Вон, братец Вольф не такой идиот, как я думала.
— Не похоже, что принц рад нашей помолвке, — скромно опустила я глазки. — Да и я тоже. Лучше разорвать этот союз, пока не поздно.
— Ха! — вклинился Вольф, которого не спрашивали, — Видимо, ты правда забыла всё за исключением своих дурацких романов. Брак — это политический союз. И тебя несколько лет готовили быть королевой.
Я растерянно смотрела то на «брата», то на герцога, ища подтверждения или опровержения этого заявления. Но «отец» молчал.
— Вот как? Но если моя память так и не вернётся, я же не смогу... я ничего не помню...
— Тебя волнует именно это? Что ты теперь не подготовлена к роли королевы? — наконец, заговорил герцог.
— Да, но не только, — подстраховалась я. Чем больше причин, тем лучше.
— Что ещё? Скажи, — он вроде не злится, но тон голоса даёт понять, что отвечать надо быстро и честно. Это допрос?
— Что мой жених теперь для меня совершенно незнакомый человек.
— Говорил я, нельзя так много читать это непотребство...
— Вольф! — герцог недовольно глянул на «брата», и снова повернулся ко мне. — Летиция, это всё?
Что ж, рискну. Добавим последнюю, очень важную для меня причину…
— Возможно, это неправильное впечатление, но мне показалось, что принц немного э... несообразительный.
— Хахаха! — Вольф резко засмеялся, согнувшись почти пополам (для этого ему даже пришлось отодвинуть стул).
Герцог сделал последнее предупреждение, и бедный Вольф зажал рот ладонью, пытаясь остановиться. Получалось не очень хорошо: то и дело наружу вырывались странные звуки. Тогда Вольф опустил голову и мелко затрясся.
Да уж, судя по реакции «братца», насчёт принца я не ошиблась.
— Кхм, — серьёзно посмотрел на меня «отец», — Я тебя понял, Летиция. Меня огорчает, что ты не веришь в свои силы и, похоже, считаешь себя недостойной. Мы просто подготовим тебя заново. Второй раз ты справишься быстрее: думаю, месяца будет достаточно.
— Но!...
Я не знала, что сказать. Это катастрофа: не только не вышло разорвать помолвку, но и придётся теперь учиться! Думай, думай...
— Да, ты этого не помнишь, но я верю, что в глубоко душе ты сохранила то же отношение к близким людям. Ты была рада помолвке. Если ты будешь общаться с Юстафом, то твоё сердце вспомнит всё, и он перестанет быть незнакомцем.
Нет, не надо! Я должна его избегать, чтобы не мешать главной героине. Все препятствия к их любви будут устраняться! Я нервно теребила край скатерти, думая, как его переубедить.
— Но... а если нет?
— Если нет, тогда и поговорим. Я организую несколько ваших встреч, когда ты будешь готова. Помни, ты не должна нас опозорить.
На последних словах медовые глаза сверкнули, а вокруг снова заклубился красный дымок. И пропал. Но предупреждение я поняла.
— Да, папа.
Есть лазейка. Скажу, что чувства к принцу не вернулись. Если не сработает, придётся тоже бежать в монастырь.
— Думаю, недели тебе будет достаточно, чтобы вспомнить этикет, основы философии и истории? Потом добавим танцевальные занятия, как раз твоё здоровье придёт в норму. А затем...
— Что-то мне не хорошо, пожалуй, пойду к себе, —я отодвинула тарелку и поднялась.
— Ох. Да, иди. Береги себя.
— Спасибо за заботу, — я изобразила улыбку, пытаясь скрыть страдальческое выражение лица.
Ненавижу учиться! Я очень плохо запоминаю то, что мне не надо. В тишине, даже не посмотрев на реакцию герцога и Вольфа, я вышла из столовой.
За дверьми уже привычно слегка вздрогнула, столкнувшись с Роланом.
— Как прошёл ужин? — с подозрением оглядев меня, спросил он.
— Как обычный семейный ужин, — погружённая в свои мысли, ответила я, — то есть, ужасно.
Рыцарь на миг поднял брови и задумчиво посмотрел на меня. Я сразу же поняла, что сболтнула лишнего, рыцарь наверняка счёл эти слова странными. Обычно семейные ужины проходят нормально. Но что поделать, если я невольно вспомнила свою семью? Ничего, сделаем хорошую мину при плохой игре. С каменным выражением лица я направилась к себе. Пусть думает, что хочет, в конце концов, какое мне дело?
 
***
Я лежала в кровати и лениво размышляла, как мне предстоит действовать. Для начала, неплохо было бы понять, что за человек была Летиция Оман. Это мне поможет изменить её, а теперь уже мою, репутацию. А если репутация будет хорошая, меня сразу не убьют. Надеюсь.
Но пока вопросов было больше, чем ответов. Я только знала, что Летиция любила романы (кстати, где они, ни одного не видела), недолюбливала «брата» и, видимо, любила принца. Я так и не поняла, важна она для отца или нет.
С такими мыслями закончился мой первый день в этом мире, а на следующий день уже было не до размышлений.
Энн разбудила меня рано и озвучила расписание. Занятия начинались сегодня. «Отец» не обманул: философия, история общая, история рода и история императорской семьи, этикет. Три разных человека, имена которых я сразу же забыла, представлялись моими детскими учителями и вбивали в голову очень много информации. И она была нужна: что если на каком-нибудь балу я дам понять, что ничего не знаю об этом мире? Отговорка в виде амнезии может прозвучать неправдоподобно и не убережёт меня от насмешек или клейма невежды. Мне ещё репутацию исправлять.
Ролана я не видела с самого утра. Видимо, особое распоряжение герцога на второй день уже не действовало. Это странно, но теперь мне не хватало его пристального взгляда за спиной. Вскоре я поняла, почему. Я же теперь не знаю, когда и из-за какого угла он появиться. А так гораздо тревожнее.
Но уже после обеда мне хотелось сбежать. Нет, уроки были нужны, если я хотела выжить в этом мире. Но как запихнуть это всё в голову одновременно? В мыслях, как у меня бывает, бесконечно крутились случайные обрывки знаний, что предстояло усвоить и уложить по полочкам. «Граф Бернард Оман получил титул герцога после трёхлетней войны», «В войне с демонами магия Юстафа первого дала преимущество империи Руд», «Доблесть есть долг плюс отвага — сказал лорд Абрикус перед тем, как отправиться к дракону Римуру. И не вернулся».
Вдобавок, обед был совмещён с уроком этикета и прошёл под мерзкое хихиканье Вольфа. Я путалась в вилках, не так сидела, не так дышала, а ножом в людей вообще, оказывается, тыкать нельзя. Даже если нож для масла, а человек, издевательски комментирующий мои действия, — «брат».
Вот я и устроила себе перерыв. То есть, попросту сбежала.
Когда мы шли с Эшли по коридору в комнату для занятий, я потихоньку отстала, а потом резко свернула в приоткрытую дверь. Оказалась в комнате, где хранилось белье и полотенца. И вылезла через окно. Благо, опыт уже был: я часто во время учебы возвращалась в общежитие после отбоя через окно второго этажа, заботливо открытого соседкой. Там очень удачно росло дерево. А сейчас и дерева не понадобилось: первый этаж.
Вокруг дома было пусто. Солнце в зените, жара. Я прошлась по небольшому садику и уселась на нагретый солнцем камень фонтана. Запрокинула голову и наслаждалась мелкими капельками-брызгами, сыплющимися на кожу при малейшем ветре. Если вот так долго сидеть, то можно и совсем забыть, что я в другом мире…
Краем глаза я заметила какое-то движение. Насколько я поняла, отсюда, был виден край тренировочной площадки. Утоптанная земля, какой-то деревянный манекен торчит. И видно, как тренируется Ролан. Рыцарь отрабатывал один и тот же удар, идеально повтряя его раз за разом. Я залюбовалась плавным и грациозным движением его тела. А вот так, издали, мне всё очень даже нравится…
От очередного удара манекен разломился на две половинки, отлетели щепки. Мамочки. Монстр. И этот монстр посмотрел прямо на меня. По телу прошлись мурашки. Нет, он же не мог почувствовать мой взгляд…