Ордо Юниус

– По-моему, на вокзале был ресторанный дворик. Если сейчас работает, можем зайти, – с улыбкой предложил Грех.
– Нет, сначала надо сделать дела, а потом уже поесть с чистой совестью. Дома. – На последнем слове Грей сделал акцент. Он очень хотел домой.
– Хорошо, Мастер.
– Всё в порядке? – Грейден улучил момент, когда они остались одни.
У Кейрана что-то случилось с багажом, и все ждали, когда он разберется.
– Да, – удивленно посмотрел на него Фергус. – Почему вы спрашиваете?
– Ты немного… тише после Теневаля. – Грею было сложно подобрать слова. Он смотрел на снующих вокруг людей, потому что не хотел встречаться с глазами Фергуса.
– Простите, что доставил беспокойство. В Теневале слишком много негативной энергии: ненависти, злобы, зависти, отчаяния и горя. Я наглотался ее сполна, чтобы стать сильнее, но столько отрицательной энергии для Греха… Как бы сказать. Она трудноперевариваемая, – ответил Фергус.
– У тебя несварение, что ли? – хмуро посмотрел на него Грей.
– Можно назвать и так, – засмеялся Фергус. – Хотя я бы предпочел слово «интоксикация».
– О, Создатель, мог сразу сказать. – Мастер выдохнул и слегка шлепнул его тростью по голени. – Я уже надумал себе невесть что.
– Не переживайте, я в порядке. Просто пытаюсь это отфильтровать внутри себя, – улыбался Фергус. В зеленых глазах плясали хитрые бесы, и Грейден поспешно отвел взгляд, придавая себе самый недовольный вид.
– Я не переживаю.
– Весело вам? – К ним подошел недовольный Кейран, пыхтя со своим саквояжем.
– Было. Пока вы не подошли, – фыркнул Фергус.
– Вы закончили? Пойдемте уже. – Грей закатил глаза.
Пестрая компания направилась к выходу с вокзала, но в конце платформы к ним подошли трое не менее удивительных, чем они сами, личностей, преграждая дорогу. Первый был высокий темноволосый мужчина в сером хлопковом костюме с засаленными от многолетней носки рукавами. На его небритом лице играла приветливая улыбка, но колючий пристальный взгляд говорил о том, что настроен он серьезно. Второй – широкоплечий лысый здоровяк в рубашке, которая грозилась в любую секунду лопнуть по швам на тугих мышцах. Казалось, ее держат на нем невидимые силы подтяжек и какая-то магия. Третий мужчина ростом практически с Фергуса. Такой же худощавый и гротескный, как Грех, в висящем на нем льняном костюме оливкового цвета, брюки которого были неприлично коротки, открывали лодыжки и ярко-зеленые носки. Вытянутое худое лицо обрамляли темные волосы. Мужчина морщил крючковатый нос, будто все время принюхиваясь.
Внутри Грейдена сработало чутье, кристалл на груди слабо завибрировал, и Мастер внимательнее присмотрелся к незнакомцам. По крайней мере, последний точно не был человеком.
– Мастер Монтгомери, Мастер Грейден, господа, дамы. – Мужчина в сером костюме склонил голову в приветствии и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Мы ждали вашего прибытия. Добро пожаловать в столицу.
– Доброго дня, господа, – сухо прокаркал Кейран. – С кем имеем честь?
– Я Кевин Легг, этот здоровяк Роберт, а это Чад. Мы служим его высочеству.
– В Тэйлии неспокойная обстановочка, – встрял в разговор Роберт, и Кевину Леггу это явно не понравилось.
Мужчина в сером костюме нахмурил густые брови, но позволил громиле продолжить.
– Консиларио Вальтар приказал встретить вас, пока вы не выехали в город, и сопроводить в Севернолесье, резиденцию, где они сейчас проживают с его высочеством.
Чад не сказал ни слова, он все время принюхивался и озирался по сторонам, как будто находился где-то в своих мыслях.
– Откуда вы узнали, что мы прибудем именно этим поездом?
– У Консиларио Вальтара глаза и уши повсюду, где территория его высочества.
– Территория его высочества? Разве же владения Диспаров ограничены в Равталии и уж тем более в столице? – удивился Кейран.
– Вас слишком долго не было в Тэйлии. Ситуация тут не из простых. Пойдемте к машинам. Вам все расскажут на месте.
– Только мы не думали, что вас так много. Придется кому-то поехать в кэбе. – Роберт озадаченно потер лысину.
 
На этом все они отправились к выходу из Центрального вокзала. Мастер Грейден слышал, как за спиной Мейбл велела ребятам не отходить от них ни на шаг. Обычное шутливое настроение Фергуса куда-то улетучилось. Он молча шел рядом с Мастером, поглядывая на Чада. Грею очень хотелось спросить, знает ли он, кем являлся их новый знакомый, но сдержался. Кейран шел впереди всех, взяв на себя негласное лидерство в их компании, Алоизас и Йель пристроились немного позади.
Они прошли через огромные, распахнутые настежь двери, оставляя за спинами прибывающие и отбывающие поезда, снующую толпу и шум. В здании вокзала было прохладно, несмотря на летнюю жару, их шаги гулким эхом отскакивали от отделанных мрамором стен. Под потолком тяжело покачивались золоченые канделябры, посередине место пустовало – во времена Инкурсии одна из старинных люстр рухнула вниз прямо на толпу. Грейден помнил ее изуродованные обломки и пробитый тяжестью пол. Трещины и пробоину заделали, но Мастер все равно мог найти то самое место.
Неожиданно Фергус изящно обогнал Мастера, вырывая из потока мыслей, и распахнул перед ним тяжелую деревянную дверь с позолоченной отделкой. На его поясе тихо звякнули друг о друга портновские ножницы, с улицы потянуло запахом раскаленной пыли и камня.
Куранты на часовой башне пробили полдень, распугивая с крыши голубей. Грей невольно проводил их взглядом, внутренне изумляясь: еще год назад городские птицы напоминали болезненные комки перьев, коротавшие свои последние дни в грязи подворотен.
Сейчас же Тэйлия практически вернулась к своему былому состоянию. Здание вокзала очистили к лету от копоти, восстановленные цветные стекла витражей отражали яркое июньское солнце, между фонарными столбами хлопали на ветру натянутые флажки с гербом императора: на щите красно-зеленого цвета был изображен золотой дракон, символ защитника Равталии с мечом позади него.
Главные дороги Тэйлии, пролегающие от нескольких значимых районов города, соединялись в большую круглую привокзальную площадь. На выложенной стертой временем брусчатке останавливались двух– и четырехместные кэбы, извозчики открывали дверцы и помогали пассажирам выбираться и сгружать багаж, получая за это несколько купримов сверху.
Напротив вокзала тянулась новенькая трамвайная остановка со стеклянной навесной крышей и лавочками на чугунных ножках. Словно только что отполированные, рельсы утопали в брусчатке, ослепляя отраженным солнцем. С мелодичным звоночком трамвай притиснулся красно-бурым боком, впуская в себя людей, и отправился вниз по дороге, огибая по кругу просторную стоянку кэбов.
– Ого, у них там Рижник ходит! – вполголоса удивилась Мейбл, привлекая внимание Грейдена.
На секунду ему показалось, что девушка сейчас задерет вуаль на шляпке, чтобы внимательней все осмотреть, но Мейбл, разумеется, этого не сделала.
Мастер пригляделся к отдыхающим лошадям, перекусывающим овсом из подвесных мешков, и увидел нечто косматое, с огромными лапами и торчащими мягкими ушами, причесывающее конские хвосты. Прибожек не вызывал никакого изумления у извозчиков – мир восстанавливался до того состояния, что было до всех технологий, когда существа и люди жили бок о бок. Рижники всегда помогали в уходе за лошадьми, угощали их свежими яблоками, чистили колеса кэбов и провожали путников. В Крестейре существовала примета, что если твой кэб провожает Рижник, то путешествие будет удачным, но технологии пугали маленьких существ, и их становилось меньше с каждым годом.
– Интересно, вернулись ли Хранители Очага? Давно их не видел, – с улыбкой проговорил Фергус.
Грей едва заметно кивнул в ответ, заметив, как напрягся идущий впереди них Чад. Он не мог слышать с такого расстояния, будь он человеком. Грейден нахмурился, посмотрел на Фергуса и встретился с его понимающим оскалом.
Этот взгляд говорил о понимании и о том, что вопросы снова остались открытыми для Греха. Грею не нравилось, когда его читали, словно распахнутую книгу, но в случае Фергуса это ощущалось нормальным. Как и то, что сам Грей мог различать его улыбки и плотоядные оскалы по полутону, мог угадывать состояние Греха с поразительной точностью.