Ордо Юниус

Это был Фонкордис. Здесь хранился Кристалл, благодаря которому их Физический мир все еще мог существовать, а не кануть во тьму Инферно. Это место было святыней, и статуи Богов здесь приравнивались к святым реликвиям. И поступать так с ними…
У Кейрана, который мнил себя человеком черствым и непробиваемым, пробежали мурашки по коже и встали дыбом волосы. Кристалл под просторной рубашкой завибрировал, отчего складки дорогого жабо приподнялись.
– Фукурокудзю премудрый, – с горечью сказал Йель, глядя в лицо Бога знаний и мудрости.
Кейран знал, что Цзунари стали божествами именно благодаря ему. Много лет назад Фукурокудзю принес Эрхе очень милого лисенка, которого приютил, странствуя по Физическому миру. Они оба были очарованы этим созданием, и впоследствии взрослый лис под влиянием божественности покровителя сам стал божеством. Поэтому все Цзунари ему поклонялись так же страстно, как Создателю или как Мастера – Джиану.
– Кто бы это ни сделал, он поплатится. Мало им Инкурсии, они и здесь начали творить бес разбери что! – возмутился Кейран.
– Разве можно так… – Йель резко замолчал.
Он крепче перехватил кинжал и развернулся, загораживая собой Кейрана. Он всегда так делал, хотя Монтгомери ворчал на него, что он не барышня в беде и его не надо так защищать.
Со стороны лифта послышались звонкие хлопки в ладоши, а затем показался мужчина с собранными в низкий хвост темными волосами. Даже с такого расстояния Кейран видел презрительный взгляд его глаз.
– Ну, надо же, как он оказался прав. Вы и правда пришли сюда, Мастер Монтгомери, – издевательски сказал мужчина.
– Только полный идиот не догадался бы, что я сюда приду. Я Мастер. Я имею полное право сюда приходить, когда захочу, – ответил Кейран, скрестив руки на груди. – В отличие от тебя, предательский кусок дерьма.
Кейран знал вошедшего. Много лет назад этот мужчина был лишен права считаться Мастером и изгнан из Ордена, но Дар все равно остался при нем, и он нашел себе место под крылом ублюдков Ордо Юниус. Его звали Натаниэль, и он всегда бесил Кейрана своим высокомерием, жестокостью к ученикам и непомерной жадностью до денег.
– Смотри-ка, и щенка своего притащил, – ухмыльнулся Натан.
– Побереги свой мерзкий язык для последнего слова.
– Слишком самоуверенно для старой подстилки, Монтгомери.
Йель рядом ощутимо напрягся, но Кейран положил руку ему на плечо и слегка сжал, успокаивая.
– Джейкоб разнылся тебе в рубашку, что ему надрали зад? – Он проигнорировал выпад в свою сторону, вышел чуть вперед и обнажил клинок, готовясь дать отпор.
– При чем тут он? Все знают, что место Старейшины ты получил только за свой сволочной характер и красивое лицо. Никаких способностей, а гонору выше крыши! Любой из моих ребят тебя по стенке размажет, и твоя рыжая шавка не спасет твою задницу.
Йель зарычал, когда вокруг стали появляться люди. Они выползали отовсюду, точно тараканы. Кейран нахмурился, встал в боевую стойку. Они реально устроили здесь засаду и ждали их: кто-то был слишком хорошо осведомлен о планах Кейрана и Михаэля.
«Но Алоизас и Мейбл ничего не знали».
– Я убью его и принесу вам его голову, – хриплым, не своим голосом сказал Йель.
– Принеси его живым. Мы отрубим ему голову вместе. Хочу поквитаться с этой сукой, – прорычал Кейран.
Их медленно окружали. Лязгали вытаскиваемые из ножен клинки, шуршали бумажные фулу.
Йель наклонился, словно хотел перекинуться в зверя, но Кейран положил руку ему на голову, почувствовав мягкие шерстяные уши, пробивающиеся сквозь волосы.
– Нет, Миэ. Не превращайся. Не хочу, чтобы они видели тебя.
– Они вас оскорбили! – прорычал Йель.
– Просто убьем их.
– Этого будет недостаточно, – продолжал рычать Йель.
– Надо выбираться отсюда. – Кейран едва успел договорить, как на них бросились в атаку.
Кто бы ни был у них осведомителем, он знал слишком много. Он не только доложил Ордо Юниус о том, что Кейран и Михаэль проникнут к Кристаллу именно сегодня, но и то, что Йель – Цзунари.
Иначе как объяснить то, что в их руках были не только клинки, но и фулу с пентаграммами на пергаментах? Против одних Мастеров вряд ли бы они так вооружились.
 
Кейран не мог точно сосчитать, сколько человек против них было. В какой-то момент он заметил среди них еще и низших демонов, и у половины Мастеров кристаллы светились алым. От этого Кристалл зиял раскуроченным боком еще сильнее, словно сигналил о том, как ему больно, и гудение становилось все ощутимее. Кейран чувствовал в руках мерзкую вибрацию, и от этого сражаться было гораздо сложнее.
Они с Йелем бились плечом к плечу, старались прикрывать друг друга по мере возможностей и никуда не отходить. Очень быстро стало понятно, что их хотели взять числом, и у них были все шансы это сделать.
Как бы ни хотелось сдаваться, нужно было уходить.
Кейран швырнул несколько фулу вперед, сложил пальцы в знак, и стремящихся к нему низших демонов встретили снопы обжигающих искр. Твари завизжали, взмывая под потолок, и густой дым от их подожженных тел на мгновение закрыл обзор. Монтгомери едва успел выставить клинок, когда на него вылетел Натан с бешено горящими глазами.
От звонкого столкновения мечей у Кейрана едва не подогнулись ноги, но он устоял и выдержал удар.
– Ха! А ты не слабак! – выдохнул ему в лицо Натаниэль, и Кейран брезгливо сморщился.
– Чего не скажешь о тебе.
Натан разъяренно зарычал, наваливаясь всем весом на меч, но Кейран ловко проскользнул под лезвием и ушел от его атаки. Ему пришлось сразу же отбить подоспевших помощников с демонами наперевес. Натаниэль гаркнул на них: «Этот мой! Не трогать», – и они отступили, продолжая держать Кейрана на мушке.
– Я лично вырежу твой гнусный язык и прибью его над своей постелью, Монтгомери! – угрожающе прорычал Натаниэль.
– Отвратительное хобби. Хотя ты никогда не отличался ни вкусом, ни поведением, – фыркнул Кейран, стараясь держать всех в поле зрения.
– Я хотя бы не приволок в Орден щенка Цзунари!
– Зато продался Им и осквернил Фонкордис.
– Ты не понимаешь! – Натаниэль кружил вокруг него, нанося удар за ударом.
Кейран пригнулся, и лезвие просвистело над ним, затем сделал подножку и, когда Натан пошатнулся, ударил того рукоятью в грудь. Натаниэль захрипел, схватил Кейрана за ворот рубашки и наотмашь врезал кулаком по скуле. Где-то за спиной Монтгомери почти по-звериному взревел Йель, раскидывая противников направо и налево.
– Крестейр уже не тот, Кейран. В нем новые законы. И твоя преданность Джиану ничего не даст, – усмехнулся Натан.
Из его расстегнутого ворота рубашки показался кристалл, и сиял он алым светом. Кейран отшатнулся от него, как от прокаженного. Он вытер тыльной стороной ладони кровь с разбитой губы и поправил очки. Натаниэль замахнулся мечом так, словно собирался рубить его по плечу, но в последний момент сменил траекторию и пнул Кейрана в живот. Тот согнулся, на мгновение позволяя себе пережить вспышку боли, а затем взмахнул мечом, едва не полоснув Натана по горлу. Их клинки несколько раз столкнулись, а затем Кейран понял, что его попросту загоняли в тупик, и он выругался.
– У тебя кишка тонка, Монтгомери. – Натаниэль жестом велел своим людям стоять, медленно наступая на Кейрана и заставляя того отступать назад, к ограде Кристалла.
– Мастер! – Михаэль попытался прорваться, но его окружили, и ему пришлось сражаться за самого себя.
– Миэ! – Кейран дернулся к нему, но в его грудь едва не вонзилось острие меча Натана.
– Стой здесь, Кейран. Я хочу, чтобы ты хорошенько посмотрел на то, как твои идеалы стирают в пыль, прежде чем сдохнешь.
– Очень в твоем духе: выдавать желаемое за действительное, – мрачно бросил Кейран, выставив меч. Позади вибрировал кристалл. Монтгомери казалось, что он буквально кричал, и его жужжание вызывало в руках и ногах противный тремор, а голова кружилась.
– Можешь язвить сколько хочешь. Но у тебя не хватит духу нарушить закон и убить Мастера.