Ордо Юниус

Шерил застыла посреди развалин некогда величественной залы, подсвеченная цветными лучами остатков витражей в стеклянном куполе потолка. Широко распахнутыми глазами она смотрела на ведущую темно-багровую линию к развалинам трона, и Дар внутри нее обжигал от количества боли и ужаса, творившегося здесь в те времена.
Этим можно было бы напитать десяток Грехов, но оно осталось запертым в троне, в пыльных картинах и покрытых трещинами изящных колоннах. Это место кричало от боли.
Шерил встретилась взглядом с Эденом и по его полному ужаса взгляду поняла, что он чувствовал то же самое. Веснушки на его бледном лице казались брызгами туши.
– Храни Эрха и Его братья нашего императора. Да пребудут души его семьи в благости. – Джек поставил фонарь у ног и сложил ладони с согнутыми указательными пальцами перед грудью.
– Это место похоже на склеп. Мы ничего не найдем здесь, зря мы сюда пришли. – Шерил покачала головой, и ее светлые волосы рассыпались по плечам.
«Вальтар говорил, что они зачистили здесь всё», – напомнил жестами Эден.
Джек посмотрел на них двоих нечитаемым взглядом, затем обогнул трон и приблизился к отвернутой к стене огромной картине. Он крепко вцепился в резную раму и потянул на себя.
«Джек». – Эден махнул пальцами и устало опустил плечи. Он оглянулся на Шерил, затем посмотрел, как Джек пытался оттащить тяжелую картину, и с еле слышным вздохом пошел ему на помощь. Шерил обернулась вокруг себя, поежилась от сквозняка из выбитой двери и поспешила за трон к мальчишкам, чтобы не оставаться одной.
– Помяните мое слово, тут не будет ничего, а мы еще и от Мастеров огребем за самодеятельность.
– Они занимали дворец все эти шесть лет. Инкурсия закончилась, но последствия продолжаются, и конца и края им не будет до тех пор, пока Ордо Юниус мутят воду. – Джек подождал, пока Шерил переведет его слова Эдену, и резко дернул раму. С грохотом к остаткам трона откинулся огромный портрет императорской семьи с полосами от когтей поперек полотна.
Шерил подскочила от громкого звука, закашлялась от пыли.
Они встали плечом к плечу, глядя на некогда живых членов императорской семьи. Шерил осторожно протянула руку, подняла болтавшийся клок полотна и собрала разрезанное пополам лицо императора. Мужчина с пронзительными серыми глазами смотрел мягко и властно, его ладони покоились на плечах супруги. Вокруг разместились дети, и принц Йохим держался обеими руками за спинку стула матери, смущенно улыбаясь.
«Когда-то вы умели улыбаться, ваше высочество», – подумала Шерил, не решаясь сказать это вслух. Она вспоминала бледное осунувшееся лицо принца, его кожух на отсутствующей руке и темную повязку на глазу. При своей подростковой угловатости и жесткости он, конечно же, отличался от себя десятилетнего, но, по ощущениям, это были два разных человека.
Шерил знала, что принц был в приюте, как и они, знала, через что, скорее всего, ему пришлось пройти, и ее начинало подташнивать от той свободы и жизнерадостности, что сквозила на картине.
Шерил проглотила жесткую горечь во рту и дрожащей рукой отпустила кусок полотна, скрывая под ним лицо императрицы и Йохима. Глаза императора следили за ними с потусторонним холодом.
– Ордо Юниус ни черта не сделали за эти шесть лет. Они убивали людей, чуть не прикончили Мейбл и занимают слишком жирное место в мире. Они не заслужили это, – прошипел Джек.
– Откуда тебе знать, что они не заслужили? – Шерил не могла отвести взгляда от полотна.
– Ты слышала, что говорилось на собраниях? Они рушат старые порядки мира, от которого и так ничего не осталось. – Джек поморщился, со злостью пнул доски под ногами. – Ни черта они не сделали за это время. Не верю им. Хочу найти хоть что-то, что помогло бы обвинить их во всем. Но сейчас мы должны попробовать найти книгу, чтобы помочь принцу.
Шерил почувствовала, как ее плечи опустились, как будто кто-то накинул на них очень тяжелую шаль. Она еще раз оглядела портрет, проводила взглядом грязный след на полу и удивленно распахнула глаза, заметив на стене, которую скрывала картина, грязное пятно. Она склонилась к нему, протянула руку и без страха и сомнений провела ладонью, стирая грязь.
 
– Что это? – Над ее плечом навис Джек.
– Не знаю. Похоже на какие-то знаки, но все смазалось. Или я все стерла. – Шерил еще раз попыталась аккуратно стереть сажу, пачкая пальцы, но загадочные символы под ней только еще больше размазались.
– Не знаю даже такого знака. Может, все же не стоило трогать?
– Спасибо, я уже потрогала, – возмутилась Шерил, брезгливо отряхивая руки.
«Давайте пойдем дальше. Мне не нравится это место», – предложил Эден.
Ребята согласно кивнули и поспешили к высоким дверям с выдранными ручками, чтобы уйти еще глубже во дворец.
В хитросплетениях коридоров и комнат царил мрак. Несмотря на то что на улице властвовал горячий июль, в самом дворце было холодно, как в склепе. Они нашли комнату, доверху набитую сломанной мебелью, гостиную с разломанным камином, пробрались по лестнице за неприметной дверью на второй этаж и попали в коридор, в котором было несколько дверей подряд – спальные комнаты прислуги. Здесь было еще тише, а сами комнаты оказались брошенными со всеми вещами, покрытыми толстым слоем пыли. Словно по насмешке судьбы, они никак не могли отыскать библиотеку.
Позади раздался странный свистящий звук и грохот, поднявший тучи пыли. Джек и Шерил синхронно обернулись.
– О Создатель, Эден! – Девушка вскрикнула и бросилась к дыре в полу, где совсем недавно стоял ее брат. Оказалось, под толстым слоем ковра и деревянных досок скрывалась самая настоящая дыра, на которую парень так неосмотрительно наступил, чтобы подобраться к окну.
– Ты цел? – Джек упал на колени, разгоняя руками пыль и заглядывая вниз с фонарем.
Когда завеса рассеялась, их взору предстал кряхтящий Эден, выбирающийся из плена грязного ковра. К счастью, он упал на сдвинутые диваны, и они с ковром смягчили падение. Парень задрал голову, сухо кашляя, а затем показал поднятые вверх большие пальцы. В тусклом свете из мутных от грязи окон было видно, как он весь перепачкался.
– Никуда не уходи! Мы щас спустимся! – крикнул Джек.
На его слова Эден лишь нахмурился и постучал пальцами по собственным ушам, мол, я же не слышу тебя.
Шерил закатила глаза, уселась удобнее на корточки, подобрав юбку (она очень не хотела испачкать новую одежду!) и жестами перевела Эдену слова Джека.
Эден улыбнулся ей, и на его чумазых щеках появились ямочки.
«Хорошо». – Он так же улыбнулся Джеку, и Шерил успела заметить, как покраснели его уши. Она едва не рассмеялась.
Джек, видимо, заметил что-то в ее лице, потому что резко стал хмурым и недовольным:
– Что?
– Ничего, не обращай внимания, – махнула рукой Шерил.
Джек ей нравился, несмотря на свою грубость. Изначально она восприняла его в штыки, но потом оказалось, что он был неплохим парнем. Немного грубоватым, нахальным, но по-своему смешным.
– Сейчас я спущусь первым, а потом ты – я тебя поймаю. – Джек коснулся плеча Шерил, привлекая ее внимание, затем прицепил фонарь к ремню и сдернул шторы с карниза. С щелчком петли выдрали куски ткани, и парень туго намотал один конец на чугунную, некогда покрытую золотой краской, батарею под подоконником.
Джек на пробу подергал за ткань, скинул другой конец вниз и присвистнул:
– Ну, там невысоко. Этого хватит, тем более внизу диваны.
С этими словами Джек ухватился за ткань шторы и вдохнул воздуха. У Шерил пробежали мурашки по спине от страха высоты. Она посмотрела на Эдена, вставшего слишком близко. Он заметил ее взгляд и бросил пару жестов.
«Я его поймаю, если что».
Шерил сравнила его комплекцию с крепким подтянутым Джеком и покачала головой.
– Эден сказал, что поймает тебя. Не раздави его, пожалуйста.
– Пф. Меня не придется ловить! Пусть лучше отойдет на безопасное расстояние, – самодовольно фыркнул Салливан и тут же бесстрашно прыгнул вниз.