Рокировка (СИ)

— Уважаемые дамы и господа! — Гарри с ловкостью фокусника выпутался из жарких объятий рыжей девчонки, запрыгнул на возвышение и, усилив голос Сонусом, произнёс: — Я приношу свои искренние извинения за опоздание. По всему видно, что ждёте вы не меньше тридцати минут, но у меня есть оправдание. Даже два.
— Почему не три? — поинтересовался кто-то сидевший на трибуне. И Гарри мог побиться об заклад, что это Снейп. Очень уж язвительный голос сочетался с желчной ухмылкой. Но поворачиваться не стал. Пусть себе развлекается, пока есть такая возможность.
  
— Во-первых, по какой-то трагической случайности мне не прислали приглашение. Видимо, министерская сова сбилась с курса, — Гарри прискорбно покачал головой в ответ на гул толпы и поднял руку, останавливая поток вопросов, полившийся из уст журналистов. Прыткопишущие перья быстро замелькали над развёрнутыми пергаментами. — Да-да, уважаемые дамы и господа, нынешний и.о. Министра на пару с мистером Дамблдором — воскресшим народным достоянием — решили, что пресс-конференция по случаю упокоения Волдеморта… Ну-ну, хватит уже пугаться обычного прозвища. Том Марвало Реддл, родившийся от связи Меропы Гонт и одурманенного маггла, полукровка, вздумавший обмануть Смерть, и тем самым совершить еще больший грех, чем его дед, который посмел кричать на каждом углу, что является потомком Певереллов, упокоился ранним утром второго мая. Упокоился раз и навсегда. Так вот, пресс-конференция по поводу завершения бесчинств и наступления мира, обойдётся без меня. Но нашлись маги, для которых слова: честь, совесть, благодарность не пустой звук. И вот я здесь, — под аккомпанемент громогласных аплодисментов Гарри несколько секунд с апломбом раскланивался, потом поднял руку и серьёзно продолжил: — Во-вторых, кто-то не особо умный, — тут он сделал многозначительную паузу и улыбнулся мадам Рожер, — или просто наглый, решил подстраховаться и установил на запасном входе кровную преграду. Как вы понимаете, настроенную на меня. Приди я один, вполне возможно, и не попал бы в Министерство, поскольку навыков снимать подобные щиты я не имею. Увы и ах, весь седьмой курс мне пришлось носиться по горам и долам, разгадывая ребусы, подкинутые на тот момент псевдо почившим народным достоянием и его компанией, — Гарри криво ухмыльнулся, услышав нелестные слова в свой адрес, и довольно прищурился. Да-да, помимо всего прочего, он ещё хотел разгадать закладки, зацепки из якобы воспоминаний. А то, что они есть, Гарри даже не сомневался. Вот только к чему они побуждали? Не может быть, чтобы только к геройскому самоубийству. Кстати… Он мысленно встряхнулся, попросил повторить вопрос итальянского журналиста, потёр переносицу и, пройдясь туда-сюда по постаменту, произнёс: — Наверно, столь… тонкие материи, вам лучше меня объяснит мой поверенный, Маркас О´Донован.
— Хм… ну, что же, — старичок трансфигурировал себе небольшой постаментик, ловко на него забрался, заложил руки за спину и без малого минут пятнадцать вещал об обычаях чистокровных, о силе и слабости магглорождённых, о ритуалах, а дальше плавно перешел к рассказу о крестражах. Поведал о жизни и смерти осколков души… Словом, хорошо так развлёк скучающего зрителя. Кого-то заинтриговал и побудил потрясти семейную библиотеку, ну а кого-то заставил снисходительно улыбаться, ибо ничего нового и сверхсекретного для них он не озвучил. — Подводя итог нашей маленькой лекции, хотел бы заметить, что крестраж из лорда Поттера, истинного потомка великих Певереллов, можно было извлечь абсолютно безболезненно и не подвергать опасности наследника древнего чистокровного рода.
— Но ведь это было бы очень скучно, да и пришлось бы сказочнику самому пыхтеть и отдуваться за полученные авансы и звания, — насмешливо протянула Рита, — и опять же, что такое жизнь одного мага, если на кону развлеченье сильных мира сего… Не так ли, мистер Дамблдор?
Оглушающая тишина пульсировала и звенела. Гарри склонил голову и прищурился. Появление и.о. Министра и Дамблдора он заприметил ещё минут десять назад, как только они вошли в Атриуме со стороны телефонной будки. А предтечей их прихода было стремительное перемещение через камин нескольких магов. Именно с этого момента Гарри ожидал кавалерию и настраивался на повышенный градус предстоящего общения.
— Приносим извинения гостям и гражданам Британии за наше непростительное опоздание. Но чрезвычайной важности дела не позволили нам прибыть вовремя, — Бруствер одним взмахом волшебной палочки уничтожил трансфигурированный постаментик, бросил на Маркаса угрожающий взгляд, кивком подозвал к себе двух авроров в форме, отиравшихся позади фонтана, и что-то им сказал. Нарастающий гул не позволил Гарри (к тому моменту подошедшему к поверенному) и слова услышать, но через несколько секунд стал понятен приказ. Атриум наводнили служители порядка. Они оттеснили обывателей от прессы, а впереди самих журналистов выстроился аврорский кордон под предводительством плешивого командира.
— Такие бы меры безопасности да во время бесчинств Пожирателей, — громко заметила какая-то леди, своим «авторитетом» сшибая с дороги хлипкого аврора. Тот было рыпнулся наказать наглую тётку, однако был остановлен командиром. Подойдя к Брустверу, она помахала перед его носом свёрнутым пергаментом: — Это, список претензий на действия членов какого-то ордена Феникса, в состав которого входят наглые старикашки, и ваших подчинённых. Воровство…
— Мы обсудим ваши претензии в частном порядке, — отрезал и.о. Министра и кивнул аврорам. Те, невзирая на бурные протесты как самой дамы, так и собравшегося народа, оттеснили её вглубь толпы.
Под шумок за спинами журналистов неожиданно оказался и он вместе с Маркасом. Справедливо рассудив, что передислокация просто необходима, Гарри особо не сопротивлялся. Особенно когда столкнулся с беспокойным взглядом плешивого командира. Кажется, методы работы Бруствера и компании ему не нравились и вызывали тревогу. Что же, посмотрим-посмотрим, что будет дальше. Интуиция повякивала о надвигающейся угрозе. Собственно, обстановка действительно накалилась, и сложно было представить, чем закончится эта пресс-конференции. Но то, что она закончится конфликтом, становилось понятно уже сейчас.
— Минуту внимания! — гаркнул и.о. Министра, предварительно дождавшись, пока Дамблдор разместится за трибуной, усевшись на трансфигурированный трон. — Всё, что здесь успели вы услышать — обычный саботаж! Мистер Поттер, пользуясь вашей любовью и воображая, что имеет ещё какие-то заслуги перед государством, помимо громкого прозвища и сомнительной победы над Неназываемым, самым наглым образом вам лжет!
Начавшийся людской ор заглушил даже усиленный Сонусом голос Бруствера. Народ всколыхнулся. И.о. Министра шарахнулся назад. Дамблдор и компания на трибуне окружили себя переливающимся щитом. Журналисты защелкали колдокамерами. Авроры вытащили волшебные палочки и приготовились к защите. Или нападению. Тут как посмотреть. Гарри потёр кончики пальцев, проверил наличие в кармане мешочка из ишачьей кожи, в котором помимо сломанной палочки, взятой на всякий случай, лже Воскрешающего камня, ещё перекатывались бутыльки с восстанавливающим зельем, и расправил плечи. Подобное он терпеть был не намерен. Подумать только, какая прелестная прелесть эта британская чинуша. Переглянувшись с Маркасом, который, надо сказать, был очень встревожен, он оттеснил плечом журналиста, аврора (которого тут же затёрло в толпу рыжее семейство), и поднял руку. В Атриуме тотчас наступила тишина.
— За саботаж даже во времена безвластия полагалось наказание, — задумчиво произнёс Гарри и, вздёрнув бровь, обвёл веселую компанию холодным взглядом. Взглядом, совершенно не свойственным подростку. Но это уже не важно. Играм и недосказанности пришел конец. — Не желаете ли предъявить мне официальные претензии, уважаемый и.о. Министра? Только заметьте, — быстро добавил он, когда Бруствер радостно вскинулся, — мои ответные меры за клевету будут быстры и суровы. И это отнюдь не угроза, а предупреждение от главы древнего чистокровного рода, господа.