Рокировка (СИ)

Получив согласие, Гарри привычно переместил кресло с седоком поближе к себе. И начисто проигнорировав недовольное сопение Малфоя, закрепил Непреложный обет. Со своей же стороны пообещал никоим образом не вредить Драко, чем несказанно его удивил.
— Я собираюсь сделать артефакт, который поможет тебе незаметно противостоять легилименции и сопротивляться сыворотке Правды. Так сказать, естественно сопротивляться. Очень чисто подделывать воспоминания. Например, ты можешь показать, как Волдеморт насильно ставит тебе метку. И она, предположим, исчезает после его смерти. Почему так случилось, пускай ломают головы умники из Министерства. Конечно, он не поможет, если мастер вздумает подделать информацию. Тут всё в твоих руках. А для изготовления подобной вещицы нужна добровольно отданная кровь, — пояснил Гарри в ответ на молчаливый вопрос, прямо-таки светившийся в глазах мальчишки.
  
— Подожди, что значит «сделать артефакт»? — ошарашено выдохнул Драко. Он резко одёрнул руку, которую Гарри потянул было на себя, и на манер маленького ребёнка спрятал за спину. — Чтобы такое сделать, нужно много лет учиться у мастера! В конце концов, нужно самому быть мастером! Ты же тупица, якшавшийся семь лет с грязнокровкой и предателем крови! Сила силой, но тут…
— Ты, помнится, говорил, что и метку удалить нельзя, — спокойно отреагировал Гарри на экспрессивную речь. — Но я её убрал. И сила здесь дело третье. Что же касается всего остального, то разве ты меня настолько хорошо знаешь, чтобы судить о наличии или отсутствии знаний и умений? Грохнуть твоего хозяина, кстати, тоже было далеко непросто. Или воображаешь, что раз я дитя пророчества, то и напрягаться особо не стоило? Завалить его можно было и щелчком по лбу? И чего же мы молчим? — Гарри склонил голову, насмешливо наблюдая за Драко, и придумывал, чем бы себя наградить за терпение, а негодника за раздражающие слова. Мальчишка несколько секунд буравил его напряженным взглядом, в котором проскальзывал страх, громко сопел и щурился.
— Извини, — наконец выдавил Драко и протянул руку, — просто ты ведёшь себя очень непривычно…
— Непривычно я вёл себя в Хогвартсе, — хмыкнул Гарри, решив, что раз пошла такая пьянка, то главное в мистификации — меньше слов, больше многозначительных намёков, и собеседник, если он не глупый маг, сам до всего дойдёт. — Впрочем, это неважно. Мы уже вышли из детского возраста и пора переходить к сотрудничеству по-взрослому, — сказав это, Гарри вызвал Кричера. Приказал принести несколько восстанавливающих зелий и купить сыворотку Правды, потом уселся поудобней и перевернул руку Драко ладонью кверху. — Сейчас ни слова.
И наступило время таинства. Сколько бы лет Гарри не создавал артефакты, он не устанет удивляться тому, насколько они получались разными внешне, будучи одинаковыми внутренне. Мастер говорил, что всё дело в крови и магии самих волшебников. Вот и сейчас капельки крови Драко, сначала немного испуганного, а потом замершего от восторга, медленно превращались в тонюсенькую паутинку. Дрожащие ниточки, парившие над ладонью мальчишки, постепенно светлели, и под воздействием магических потоков, исходящих от Гарри, скручивались, образуя замысловатые спирали. Они впитывали в себя формулы защитных чар. Пару мгновений — и артефакт, сотканный из чистой магии мастера и крови носителя «просочился» сквозь кожу. Ранка медленно затянулась. Гарри погладил белёсый рубец в центре ладони, который через пару дней должен исчезнуть, и поднял глаза на Малфоя. Тот закусил губу и смотрел на свою руку, а по подбородку тонкой струйкой текла кровь.
— Ну что за манера кусаться, — пробормотал Гарри. Приподняв Драко голову, он вытер большим пальцем красный ручеёк, а, взглянув прямо в широко распахнутые глаза, выдохнул: — Легилименс! — Калейдоскоп картинок, в том числе и с его участием, через несколько секунд резко оборвался. В виски ввинтилась боль. Стало трудно дышать. — «Спокойно! Не стоит давить меня своим щитом! — отправив мысленный посыл, Гарри встряхнулся. А мальчишка силён. И как быстро сориентировался. — И не стоит так явно демонстрировать свои умения в окклюменции. Чтобы ввести нападающего в заблуждение, нужно действовать тоньше. Активируй полученный артефакт».
«Как?» — злой, но в тоже время растерянный голос раздался спустя несколько десятков секунд. Было видно, что такое общение Драко в новинку.
«Почувствуй его, — Гарри мягко толкнул стену перед собой, давая понять: стоило бы щиты ослабить. Что Драко и сделал. С опаской и неохотно (находясь в чужом сознании, чувства и ощущения обострялись), но тёмная громада постепенно светлела, пока полностью не исчезла. — Посмотри как бы внутрь себя…»
Спустя довольно продолжительное время, в течение которого Драко забавно бурчал и даже ругался, он радостно вскрикнул:
«Есть! — и тут же нетерпеливо спросил: — Что теперь?»
«Теперь попробуй создать обманку. Ложные воспоминания, и начни их мне подбрасывать».
Гарри сомневался, что за один раз мальчишке удастся справиться с этим не особо сложным, но и нелёгким делом. Но он ошибся, Драко оказался очень талантливым учеником и всё схватывал на лету. Научился невидимо и ненавязчиво сопротивляться внешней агрессии. Решив, что пришло время для работы в стрессовой ситуации, Гарри, немного поразмышлял и, мысленно улыбнувшись, решился. Так он ещё никого не проверял. Тем интереснее будет узнать результат. Всё ещё находясь в чужом сознании, он сжал подбородок Драко одной рукой, другую положил ему на плечо и поцеловал.
«Вот тебе и награда за терпение», — мелькнула мысль, едва он ощутил на своих губах вкус крови и нерешительный отклик. Поцелуй оказался самым необыкновенным в его жизни. Собственные, по-зрелому сдержанные эмоции, едва не затопило юношеской горячностью. Но через несколько секунд ответная жаркая волна негодования, злости и возбуждения вымела его из чужого сознания и заставила морщиться не только от боли в висках, но и в челюсти.
— Хороший удар, — проворчал Гарри, потирая подбородок и глядя на Драко. Его покрасневшее лицо и хук справа свидетельствовали о смущении и праведном гневе, что хорошо, поскольку ненароком оскорбить молодую поросль британской аристократии в его планы не входило. Чувствуя приятное волнение в крови и не спуская пристального взгляда с мальчишки, Гарри вздохнул. М-да. Результат проверки оказался более чем неожиданным. Как-то раньше он не замечал за собой сексуального интереса к ровесникам сына. Драко, в ответ на его изучающий взгляд, что-то прошипел и вскочил с кресла. Но, во-первых, оно находилось слишком близко к другому посадочному месту, а, во-вторых, непривычно долгое нахождение «внутри себя» сыграло плохую шутку: Драко повалился на того, от которого собрался драпать. Однако мгновенно был усажен обратно. — Виноват, — выставив руки ладонями вперёд, Гарри состряпал кривую улыбку и отлевитировал кресло с седоком на его законное место. — Чтобы ты попробовал защищаться в стрессовой ситуации, нужно было что-то придумать. Оскорблять или насиловать легилименцией, уже находясь внутри сознания, я не захотел. Это больно и очень обидно, поскольку чувства обострены до предела. Оставалось приятное. Поцелуй. Простенько, но капитально вышибает из привычной колеи. Ну что, сыворотку Правды будем опробовать? — Гарри выпил принесённые эльфом зелья и кивнул на бутылёк с мерцающей жидкостью. — Или завтра утром?
— Завтра, — потирая костяшки, поспешно произнёс Драко.
— А завтра утром нас ждёт пресс-конференция, — раздался жизнерадостный голос Риты. Женщина лукаво улыбнулась, оттолкнулась от дверного косяка, прошла в кабинет и, усевшись на диван, прищурилась. Но комментировать увиденное и услышанное не стала. — Феерическое действие, должна сказать, нас ожидает, джентльмены. Добрая половина гостей не то что не одобрена высоким начальством, но даже незнакома и.о. Министру. А вот Дамблдор имел неудовольствие кое с кем общаться. И насколько я знаю, расстались они очень и очень недовольными друг другом. Во внутреннюю политику гости вмешиваться, конечно, не станут, не того полёта маги. А вот своим присутствием потрепать старые нервишки вполне смогут. Кстати, тебе пришло приглашение?