Рокировка (СИ)

— Мне нет никакой… печали. Я могу в любой момент отправить записывающий свиток в Министерство и МКМ… но мне бы хотелось решить вопрос к обоюдному удовольствию, — Люциус многозначительно улыбнулся и закинул ногу за ногу. — В конце концов, мне не впервой решать сложные задачи. А вот вы… Хорошие дела, знаете ли, имеют тенденцию быстро забываться. Впрочем, как и герои с сомнительной репутацией.
  
— Во-первых, у вас денег не хватит, чтобы отмыться от грязи, в которой нежились последние годы. И, во-вторых, терпение, знаете ли, тоже имеет тенденцию быстро заканчиваться, особенно если незваные гости действуют на нервы без малого четверть часа… Очень рекомендую закончить выписывать вокруг меня круги словно павлин вокруг курицы во время гона и озвучить причину сомнительного удовольствия видеть вас у себя дома. Или вы желаете, чтобы я её озвучил? — Гарри откинулся на спинку кресла и, скользнув взглядом по Драко (кажется, мальчишка улыбнулся. К чему бы это?), посмотрел на Люциуса. Тот зло щурился и постукивал тростью по ноге. Терпение у гадёныша, видимо, на исходе. Впрочем, как и инструменты воздействия. — Хорошо. Вы сюда заявились по одной единственной причине: в Азкабан вам очень сильно не хочется. А чтобы «решить сложную задачу», у вас попросту недостаточно… золотых аргументов. И считая меня недалёким героем, решили на этой «недалекости» сыграть. Что же, я вас разочарую. Во-первых, я знаю, что такое Долг жизни и как он закрепляется. Я отдаю должное смелости Драко, его нежеланию становится соучастником убийства сокурсника и обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы он не стал вашим соседом по камере. Во-вторых, леди Малфой никаким боком к моей сохранённой жизни не имеет. Но я восхищаюсь её глупым поступком. Что же до всего остального… Даже при самом плохом раскладе мне грозит штраф и, возможно, пару месяцев ограничения в передвижениях. Кричер! Проводи гостей до камина. Аудиенция закончена, господа, — Гарри криво улыбнулся в ответ на злобный взгляд Люциуса. — Драко, вы с матерью всегда желанные гости. Только очень не советую недавним способом врываться ко мне в дом.
Проводив насмешливым взглядом Малфоев, Гарри потянулся, вскочил с кресла, и, выйдя из кабинета, направился в ритуальный зал. Пора было заняться домашними делами.
========== Глава 11 ==========
Глава отбечена. Бета: Фантомка
Купленные Кричером домовики оказались двумя самочками и одним самцом. Причем, последний явно происходил из клана «умников». Таких эльфов маги нередко делали домоуправами, потому как не очень любили иметь в своём доме слуг людей. А одиноким мужчинам, да к тому же весьма разочарованным работой местных гоблинов, существо, обладающее всесторонними навыками и умеющее вести хозяйство, не хуже человека, всегда пригодится. Да и Андромеде помощь не помешает. Кстати, о гоблинах… После быстро проведённого ритуала Гарри решил выполнить просьбу остроухого мошенника и встретится с ним. Поразмышляв и придя к выводу, что самое лучшее в ситуации абсолютного недоверия к банку и бодания с представителями нынешней власти — это полное закрытие счетов и сейфов, он черкнул пару строк директору Гринготтса и назначил встречу через пятнадцать минут. Конечно, было бы не лишним прихватить Маркаса, но пока они не обговорили условия и не обменялись клятвами, вмешивать его в свои дела не стоило. Одевшись и попеняв Кричеру за нерасторопность по поводу приобретения новой одежды, Гарри аппарировал прямо к банку. Вбежав по ступенькам, он широкими шагами преодолел холл.
— Добрый день, — произнёс Гарри, останавливаясь у стойки главного гоблина. И тоном, не терпящим возражения, добавил: — Доложите директору, что лорд Гарри Джеймс Поттер желает его видеть. Немедленно.
Остроухий недовольно прищурился, но не стал возражать клиенту, пожелавшему незамедлительно лицезреть их главу. Кивнув молоденькому клерку, гоблин демонстративно занялся изучением каких-то документов. Хмыкнув, Гарри последовал за более услужливой молодой порослью, уже виденной им в прошлый свой визит. Этот экземпляр несколько отличался от уродливых представителей клана Рагнока. Наверняка иная ветвь, возможно малочисленная, но имеющая не слабый шанс стать во главе банка.
— Директор вас ожидает. Прошу, — вежливо поклонившись, гоблин открыл перед Гарри массивную дверь, дождался, пока тот войдёт в кабинет, и бесшумно её прикрыл.
— Рад видеть вас, лорд Поттер. Присаживайтесь, — проскрипел директор Гринготтса, при этом выглядя подозрительно спокойно. По всей видимости, Дамблдора долго ждать не придётся.
— И вам здравствуйте. Наша радость взаимна, уважаемый, — отозвался Гарри, с удобством размещаясь в кресле. — На этом позвольте обмен любезностями закончить и перейти сразу к делу. Времени у меня мало. А вопросов решить нужно много. Из вашего письма я понял, что идти на мировую вы отказываетесь. Очень жаль. Но воля ваша. Я, в свою очередь, воспользуюсь своим правом и закрою все счета, выведу все денежные средства и имущество из банка. Извольте распорядиться о подготовке необходимых бумаг и ритуального зала, — тут Гарри криво улыбнулся, глядя на гоблина, враз растерявшего всякое спокойствие. — После недавних событий у меня возникли опасения, как бы стороны сотрудничества, чего доброго, не умыкнули друг у друга плохо лежащее или не глубоко схороненное. Так, ненароком. А я, к несчастью, еще не до конца ознакомился с имеющейся собственностью Поттеров. И мне бы не хотелось становиться «не чистым на руку» клиентом.
— Это ваше окончательное решение? — после пары минут напряженной тишины прокаркал Рагнок.
— Это ваше решение, уважаемый, — поправил Гарри. Вид посеревшей морды лица гоблина доставил ему эстетическое удовольствие.— Альтернативу претензионных слушаний я вам озвучил. И вы от неё отказались. А иного пути решения нашего конфликта я не вижу.
— Ты очень быстр на решения, мой дорогой мальчик. Юношеская скоропалительность — весьма и весьма нехорошее качество. Её нужно искоренять, иначе быть беде.
«А вот и Дамблдор, — по правде говоря, Гарри совсем не ожидал, что старикашка выскочит из скрытой комнаты, предназначенной для охраны. Но желание Дамблдора всюду совать свой длинный нос просто поражало. — И как он только там поместился, с таким-то пузом и ростом?»
— Искоренять нужно неуёмное любопытство и самонадеянность. Вот они всегда приводят к беде, — наставительно произнёс Гарри. — При нашей встрече в Министерстве я не успел выразить словами свою признательность за годы нелёгкого и плодотворного труда в качестве душеприказчика. Денежное вознаграждение вы уже получили. Причем в повышенном размере. Но такова была воля моего отца, и я не могу её оспорить. Во всяком случае, оспорить через Визенгамот. Однако людскому суду мешать не буду. Со временем он всегда всё расставлял по местам… Так вот, благодарю за вашу работу и прошу вас удалиться. После принятия мной наследства в ваших услугах я больше не нуждаюсь и не вижу причин, по которым вы бы могли здесь оставаться. Нарушение конфиденциальности — ещё один пункт моей претензии к банку, уважаемый, — жестко произнёс Гарри, теперь уже обращаясь к гоблину. Но, почувствовав нечто острое и холодное, словно лезвие, скребущее по коже, перевёл тяжелый взгляд на Дамблдора. По всей видимости, старикашка был категорически против ухода и обнаглел настолько, что наложил на него чары Распознания. Сильные чары, враз сбрасывающие лже-личину и снимающие любые маскирующие чары. Только вот чары дважды мастера и разрушителя заклятий никакому Дамблдору не по зубам. Да что там, их не под силу снять и гоблинским защитным щитам. — Очередное нападение? — любезно поинтересовался Гарри, несмотря на внутреннее напряжение и естественную реакции ответить. Но сейчас было не время.
  
— Это не нападение, а простая формальность. Можно сказать, обычная предосторожность…
«Э — нет, именно нападение. Причем второе. После третьего будем требовать сатисфакции. Сама магия мне в помощь… А Дамблдор весьма неосторожен».
— Как вам будет угодно. Только подобной «формальностью» вы наглядно продемонстрировали, насколько Гринготтс под руководством клана Рагнока ненадежный банк. И что моё решение прервать всякие контакты с ним было правильным, — Гарри поднялся. — Думаю, уважаемый, до девяти часов завтрашнего утра вы успеете всё подготовить, — кивнув гоблину и старикашке (в дань вежливости), он направился к двери. Уже выходя, Гарри услышал печальный голос Дамблдора: