Мисс Никто (СИ)
— Боишься оказаться закутанной в мою футболку или джинсы?
— Ну да, как-то так… — призналась Ник. — И тебя бы арестовали за непристойное поведение в общественном месте.
Лин опустил на неё взгляд:
— Ник, я бы просто перешел на бег, быстро доставляя тебя в тепло. Только и всего.
Она вздохнула:
— Я тебя обидела?
— Нет. Честно, нет.
— То есть ты начинаешь привыкать…
— Я давно привык к твоей манере общения. Ничего страшного. Хотя, думаю, и впрямь стоит ускориться — не хочешь в больницу, так тебя Ульв посмотрит.
— Ты меня сдашь Габриэлю? — сейчас проговаривать двойную фамилию Ульва было сложно. Авила-Ортега, не больше и не меньше.
— Он не больница и не врач. Он всего лишь медтехник, зато замечательный. И он же твой друг, Ник. Он не допустит бестактностей.
Ник пробурчала:
— Хорошо. Надеюсь, он умеет брить.
— Брить? — Лин перешел на плавный бег.
— Угу. Брить. Не ходить же мне неровно стриженной.
— Будешь ровно стриженной?
— Да, буду всех пугать лысиной и повязкой.
— В этом что-то есть, — признался Линдро.
— Это добавит мне необходимой брутальности? Чтобы меня наконец-то принимали всерьез.
Лин тихо рассмеялся:
— Это сделает тебя еще более хрупкой. Парни в очередь выстроятся, чтобы тебя защитить от всех, даже мнимых, угроз.
Ник прикусила губу — только Лина в этой очереди не будет. Потому что «не в таком состоянии и вообще…».
Глава 25. Домой
Перед общежитием в который раз все изменилось. Грузовики с ультрами стояли полностью закрытыми, ящики и инструментарий, щедро валявшиеся последние дни на тротуаре, исчезли. Хоть сейчас отправляйся в путь.
У крыльца толпой стояли парни из отряда, Брендон с Пересом и несколько техников, в том числе и Энни. Недовольные поди. Так бы уже были на половине дороги домой, а она своей выходкой все испортила.
Лин поставил Ник перед ними, и она хотела уже выдавить из себя, что просит прощения за задержку, как самый непосредственный сейчас Жердь тут же обнял её:
— Напугала до бабочек в животе!
Ник только и выдохнула ему куда-то в живот — здоровый же до ужаса:
— Эм, Себастьян, бабочки — это немного к другому!
Он отпрянул в сторону, давая место Брендону:
— Скажешь тоже! Насекомые, копошащиеся в животе, это страшно, Ник!
Осень обнимать не стал, лишь поправил её челку, наползшую на лицо:
— Ник, ты и оружие — страшное сочетание.
Она в который раз повторила:
— Я случайно. И вообще… Там стражи были неправы.
К ней подошел собранный, какой-то очень серьезный Мигель. Его не остановил даже Лин словами:
— Мигель, все хорошо…
Перес сухо, что у него означало крайнюю степень возмущения, сказал:
— Кто бы это ни был, кто бы не поднял на тебя руку — я разберусь и засажу в тюрьму до скончания веков.
Ник кашлянула:
— Мигель, это была перепуганная девочка-оборотень. Она испугалась, что я ловец. Давай, ты не будешь воевать с детьми.
Перес нахмурился и неожиданно признался:
— Буду. Буду, Ник, воевать с детьми. Боятся ловцов? Боятся пришедших на помощь людей? Значит, надо запускать образовательные детские программы, ломающие недоверие между видами. Так что… Буду воевать, Ник. И… Тебе надо отдохнуть. Сейчас тебя Габриэль осмотрит и баиньки… Выезд завтра утром, как только ты окажешься в состоянии выдержать дорогу.
— Я и сейчас в состоянии, правда. Давайте так — я сейчас быстренько сдамся Ульву, заберу свои вещи и… Домой, Мигель.
Брендон толкнул Мигеля в бок. Кто бы мог подумать — элитный Джонс так непочтительно обращался с не менее элитным Пересом:
— Она из самой элитной палаты твоей самой элитной больницы сбежала домой лечиться, а ты хочешь её уговорить остаться в общежитии. Да она впереди машин сопровождения рванет домой… Короче, парни… За вещами — выезд через полчаса. — Он снова поправил волосы у Ник — теперь на затылке, в попытке спрятать повязку. — Выздоравливай, Ник. И ради небес, не поворачивайся спиной даже к детям. До чего ты хрупкая — тебя обижают даже дети!
Ник подняла глаза вверх, ища звезды, но небеса были затянуты облаками:
— Завидуй молча…
Арано легонько ударил её кулаком в плечо:
— Кроха… Ой, этот, ловец же! Будь осторожней, все же. Нервы у нас нежелезные.
— Можно подумать, у меня были железные, когда вы в зоне по иве дружно топтались… — буркнула Ник.
В бронеавтомобиль она грузилась одной из последних — пока Ульв побрил её, пока провел быстрое сканирование, пока выговорил, что ставить самой себе диагноз — последнее дело.
— Ники… При сотрясе, я тебе как медтехник говорю, теряют память на события до травмы, а не после. Нет у тебя сотряса…
Она понятливо кивнула:
— По причине отсутствия мозгов!
— Это я всегда Арано и Диезу говорю. Это совсем не про тебя… — серьезно сказал Ульв. — Давай свои сумки — пойдем грузиться… Домой пора…
После неё в салон зашел только Линдро.
Арано даже со своего места вскочил, удивленный видом Ник, впрочем, ей тоже было непривычно видеть себя лысой. Сразу первые дни в больнице вспоминались… А это не то, что хочется помнить.
Утес погладил Ник по голове, умильно говоря:
— И точно нагайна. Лысенькая, маленькая и клыкастенькая.
Ник предпочла уйти из-под его руки, садясь в кресло. Точнее, быстро разуваясь и укладываясь спать.
Жердь, устроившись в кресле рядом с Энн, не удержался:
— О! Новый претендент на солнечный цикл! Уже сюсюкает — скоро рванет!
Арано возмутился:
— Поговори мне еще, я, как Росси, спокоен даже в солнечном цикле.
Лин, закидывая свои вещи и вещи Ник на верхнюю полку, не удержался:
— Парни, прекратите. Хватит. — Он сел рядом с Ник, укрывая её пледом, — спи. Ульв сказал, что тебе можно.
Она, выглядывая из-под пледа, зевнула:
— Хорошо-то как! Утром будем дома.
Лин, доставая свой рабочий планшет, согласился с ней:
— Хорошо. Брендон на утро кофе сварил и блинчики пожарил — запаковал в термопакет. Просил передать прожорливому чудовищу. Не знаешь, кому?
Ник улыбнулась:
— Нам с тобой. Ты же проводишь меня до дома?
— Провожу, конечно. — согласился Лин, что-то уже просматривая в планшете. — Хотя меня чудовищем еще не называли… Спи давай, я тебя покараулю…
Водитель броневика был столь любезен, что в ранних зимних сумерках выгрузил Ник, Арано и Линдро у ворот Центрального парка. Лин забросил на плечо свой вещмешок и сумку Ник.
Арано, рассматривая кемп, нахмурился:
— Де… Блин, Ловец… Ник… Это обычное дело, что ты забываешь выключать электричество, уходя из дома? Сгорит же на хрен рано или поздно.
Лин качнул головой:
— Когда я забирал Ник в поездку, свет был точно выключен.
Арано хищно улыбнулся:
— Ну надо же! Пойдем-ка, удивим идиота, пытавшегося обворовать одного из Седьмого отряда!
Удивить идиота не удалось. Когда Лин и Рик подходили к дому, дверь открылась сама — на пороге… На пороге стоял… Ник даже отчиталась привычно — её только в поднятии нежити еще не обвиняли:
— Это точно не я!
…на пороге дома стоял отчаянно молодой, все так же лет двадцати от роду, несмотря на десять лет смерти, Ден Стюард. В её одежде! В её джинсах, натянутой на плечах майке и, не позволь рогатые орки, чтобы и в её белье…
Арано даже в затылке почесал:
— Ник, что за мальчишка? Кажется знакомым, но где видел — не припомню.
Лин перевел взгляд на Ник:
— Это… Тот, о ком я думаю?
Ник отчаянно кивнула головой, доставая кинжал:
— Вы его знаете, парни. Он вас чуть не раскатал в зоне… Лин, какой там номер был в зоне, которой мы познакомились?
— Сто три.
Арано, проигнорировав приветствие Дена, вновь повторился:
— Люди — сволочи! Вот не переубедите! Детей в бой пускать!
Ден обиженно выпрямился:
— Я не ребенок!
— Тебе восемнадцать-то хоть есть? — хохотнул Арано. — И не хорохорься, в плане магии и боя — ты вполне себе воин. Впятером тебя упокоить не могли. Ник, ты когда у нас в некроманты записалась?