Мисс Никто (СИ)
Утро привычно началось с Арано — он притащил ей корзину с фруктами. Вторым навестившим оказался Ульв — Габриэль Авила-Ортега, и как она все же запомнила это с вечеринки в «Алой кошке»? Ульв принес шоколад в утешение. Ужас, который метался в его глазах — пахла она после недомогания очень даже, заставил Ник стиснуть зубы и направиться в ванную комнату. Принять душ, накрасить волосы снова тем «Вдохновением», после которого Маки прозвал её Огоньком, и одеться в свежее, яркое теплое платье с принтом из осенних кленовых листьев. Пусть ей плохо, но на настроении это не должно отражаться — она будет улыбаться, ведь ночь прошла, страхи спрятались, новый день обещал солнце и тепло. Это значит, что причин кукситься у неё нет. Потом её навестили все остальные из штурм-отряда, принеся в угощение свежую выпечку, сласти и цветы. Букет роз, принесенный «Кедром» Васко Эстебаном, Линдро, пришедшего последним, особенно впечатлил. Лигр принес свежие блинчики, бумажные стаканчики с кофе из кафе и скромный букет осенних, еще в капельках легкого дождя астр.
Ник, спрятав лицо в цветах, чтобы не видеть прищуривавшегося и явно недовольного Линдро, прошептала:
— Они прекрасны, Лин.
— Смотрю, тут уже целое паломничество было…
— Ревнуешь? — она все же посмотрела на Лина поверх букета.
— Нет, с чего бы. Просто я их как людей просил дать тебе время выспаться. Просил не тревожить тебя, но не понимают.
Ник достала с полки на кухне вазу и набрала в неё воду:
— Они же не люди, Лин. Они оборотни. — И сама замерла, понимая, что сказала. Она разом перечеркнула парой фраз права парней на человечность. На нормальное отношение. На понимание. На равенство.
Ник поставила букет с астрами на обеденный стол под настороженным взглядом Лина, стоявшего в проходе кухни.
— Я… — Ник присела, признаваясь: — Я хотела пошутить… Кажется, я сказала что-то не то.
Лин без разрешения сел за стол, поправляя на тарелке преломленные со всеми по порядку стражами хлебцы и стаканчики с кофе.
— Оборотни не люди. Тут ты права. Но делает ли нас это бесчеловечными? Или мы имеем право на человечность? На милосердие? Или гуманность только для людей, Ник? Для настоящих людей. У кого и папа, и мама человеки. А если один из родителей нелюдь? Потомок тоже нелюдь?.. Вот из-за такого отношения я и пошел на войну. Я хотел это остановить. Но это продолжается и продолжается все равно. Даже выход из гетто не решил эту проблему.
Ник призналась:
— Это потому, что я ловец. Перекос воспитания… И я не считаю тебя негуманным и плохим. И парней такими не считаю — я совершенно дико, неудачно пошутила.
— Но я не человек. Значит, человечность мне не присуща.
Ник набрала в легкие воздух и призналась:
— Мне капали кровь фейри. Я тоже нечеловек.
— Ты леди Холма, Ник. Признай уже это.
— И, значит, я бесчеловечна. Или я что-то не понимаю в человечности, человеках и происходящем. Но я… Я по-прежнему считаю себя человеком!
— Способность к обороту…
Ник решительно оборвала Лина:
— Она не лишает человечности.
— А способность пить кровь и регенерировать?
— А вот тут мне нужно хорошенько подумать.
Лин напомнил:
— Фейри ты уже причислила к людям.
— Нет. Я лишь сказала, что я человек. И ты человек.
— И Джонс?
Ник призналась:
— Ты бьешь по больному. Тут я не знаю ответа. Но я постараюсь его найти, Лин. Я очень буду стараться его найти.
Их прервал стук в дверь. Ник нахмурилась — она никого не ждала. Лин, вставая, пояснил:
— Наверное, это пришел Форд вместе с руководителем восстановления порта и больничного городка. Я открою или ты?
Ник заставила себя встать:
— Я.
— Не бойся, я не допущу бестактности по отношению к Форду.
— Я этого не боюсь, Лин.
— Лучше обращаться ко мне по фамилии, Ник.
Она резко заметила:
— Я не скрываю своих друзей.
— Спасибо, — склонил голову оборотень.
В дверь снова, напоминая о себе, постучали.
Ник открыла дверь, замирая — у крыльца стояли Маки и Джонс. Вот последнего она увидеть не ожидала.
Джонс, снова красный, как рак, из-за утреннего еще ласкового солнца, чуть склонил голову в приветствии:
— Доброе утро, мисс Доу. Я привел, как и обещал, помощника. Вы его прекрасно знаете — Маки Форд, третий принц ирбисов.
Ник доставил странное удовольствие заливший лицо Маки румянец.
— Ник… Я потом все объясню… — еле выдавил парень.
— Хорошо. Я буду ждать, Маки. И…
Джонс развел руками:
— Прошу прощения, мисс Доу, но, кажется, мне все же придется попросить вас преломить со мной хлеб. Мистер Перес назначил меня главным по восстановлению территории города.
— А то вы вчера этого не знали, Джонс.
— Знал. Но не хотел портить вам настроение. Вы преломите со мной хлеб?
Ник сложила руки на груди:
— Заходите так — я не садистка, я знаю, что после человеческой еды вам будет плохо.
Джонс пожал плечами:
— Как скажете.
Ник повернулась к Маки:
— Проводи Джонса на кухню. А я пойду разбужу Эвана.
Маки на миг задержался возле Ник, еле слышно шепча ей в ухо:
— Скучал… Боялся… Ник…
— Иди уже, — она легонько провела ладонью по плечу Маки. — Я сильнее, чем кажусь.
Тот буркнул:
— Ага… Сильнее… Я до сих пор под впечатлением от рассказа Ульва…
— Иди…
Джонс ей улыбнулся:
— Подтолкнуть его?
Маки дернулся прочь:
— Я сам…
— Жаль, — не удержался Джонс, направляясь на ним, причем он при этом сильно крутил головой во все стороны, рассматривая дом. Еще бы охотничью стойку принял — так он при этом принюхивался. Хуже оборотней, рогатые орки!
Эван уже проснулся. Он замер на пороге ванной, где спешно приводил себя в порядок:
— Ник… Мне с тобой или лучше не мешать вам?
— Ты имеешь полное право находить вместе со мной. Ты же вроде мой помощник. Так что пошли. — Она направилась на кухню.
Оборотни сидели за столом, друг напротив друга. Лин был спокоен, а вот третий принц даже губу прикусил. Что-то Маки откровенно не нравилось. Ник нахмурилась — она везде старательно распыляла освежитель воздуха с ароматом апельсинов, чтобы Лином не сильно пахло.
Джонс задумчиво ходил по кухне, словно что-то ища. Ник он нервировал — она не знала, как к нему относиться после вчерашнего.
Он замер перед мешком с кофе.
— Проверяете, останется ли вам что-то в наследство? — настороженно уточнила Ник, стоя возле холодильника и прикидывая — все ли преломили хлеб друг с другом, исключая вампира, конечно?
Джонс обернулся на неё:
— Я подумал, раз вы все равно решили включить меня в число наследников, так завещайте кровь. Так будет полезнее.
— Я подумаю — у вас есть все шансы её заполучить. Ловцы не столь везучи, как вампиры.
Маки разъяренно фыркнул. Лин промолчал. Эван стоически подошел к плите и принялся варить кофе.
Алые глаза замерли на списке требований к принцу, и Джонс совершенно серьезно сказал, почему-то под понятливые улыбки парней — вот их улыбки были совершено некстати:
— А вы говорили, что не жестоки, мисс Доу. Однако ваши требования к принцу потрясают своей коварной жестокостью. Может, поэтому вы до сих пор не нашли своего принца?
Ник даже возмущенно подошла к Джонсу:
— Что тут жестокого?
Палец вампира четко указывал на первую строчку требований под заголовком «Принц должен уметь»:
— Первое требование: «Иметь коня». Заметьте, мисс Доу, не лошадь. Хотя и лошадь бы шокировала ваших оборотней — они не склонны к столь ярким перверсиям.
— Что?
— Извращениям. Конем владеют, мисс Джонс. Иметь — это нечто иное. Довольно оскорбительное.
— Рогатые орки, мне было лет семь, когда я это писала. Мне тогда ваша извращенная фантазия даже в голову не приходила!
Она решительно взяла карандаш и зачеркнула написанную детским, еще немного корявым почерком строчку про коня. Написала сверху: «владеть конем». Палец Джонса продолжал указывать на заголовок «Принц должен уметь». Конкретно на слово «уметь».