Мисс Никто (СИ)
И к рогатым оркам лаборатории, лордов, полиморфов, мать, отца и их заигрывания с генетикой!
Анна чуть наклонила голову:
— Что ж, тогда я очень рада за вас обоих. И, Ник, я тебе не враг. Честное слово. И учти — я первая нянька, Лин, Миге, Мия и Лина — в конце очереди. Хорошо? — она расплылась в искренней улыбке.
Ник не смогла сдержать улыбку в ответ:
— Хорошо. — Миге в няньках как-то очень живо представился, выгуливая малыша в копии спорткара для поддержания статуса. Или сразу настоящий подарит? Для прогулок.
Они шли вдоль многочисленных кафе, забегаловок и ресторанчиков, но все они чем-то не устраивали Анну — она завернула на небольшую улочку, направляясь к ресторану с настоящим швейцаром у дверей. В ливрее, сверкающей золотом, в белоснежных перчатках и даже в шляпе. Ник судорожно вспоминала все уроки Тамиора, надеясь, что была все же прилежной ученицей.
Анна тем временем продолжала:
— Не бойся, я умею ухаживать за детьми. Потеря профессии тебе не грозит — мне вчера Мия рассказывала… Если только сама потом не передумаешь остаться на службе.
— Не передумаю, — спокойно сказала Ник. — Как-нибудь справимся.
— Замечательный настрой, — Анна кивнула швейцару у дверей ресторана, который радушно распахнул перед ними двери.
Ник огляделась, входя в ресторан — уютные столики за завесой из магии, цветы, позолота, живой оркестр, пафосные официанты… М-да, Лин просто чудо как демократичен на фоне Анны.
Та, непринужденно поздоровавшись с метрдотелем, который явно её знал, обернулась к Ник:
— Это все Миге. Бесполезно что-то объяснять. Статус превыше всего.
Ник тактично предложила, пристраиваясь в кильватере за Анной, направлявшейся к столику у окна:
— Осиновый кол не пробовали? Очень помогает снизить градус пафоса.
Анна рассмеялась, присаживаясь на стул, который ей аккуратно задвинул метрдотель. Ник удалось увернуться от аналогичной помощи официанта — она сама села напротив Анны.
— Я была чуть менее категорична — я его на солнце вытащила.
— И как? — заинтересовано уточнила Ник.
— И не помогло. — грустно улыбнулась Анна. — Не помогло, к сожалению.
Она раскрыла меню, которое ей подали, и спряталась за ним от любопытного взгляда Ник. Та тоже взяла меню, первым делом рассматривая цены, а вторым ища противных гренуй, чтобы не дай орки не заказать их случайно. Защитный знак на предплечье внезапно заныл, а потом взорвался дикой болью, заставляя Ник сжиматься и стонать, почти сползая по стулу.
Анна тут же вскочила с места и бросилась к Ник, присаживаясь на корточки и пытаясь поймать её взгляд:
— Девочка моя, что случилось⁈ Что с тобой? Вызвать парамедиков или потерпишь до больницы⁈
Ник еле процедила через зубы, отмахиваясь от помощи метрдотеля и официанта:
— Лед! Пожалуйста, лед!
— Маленькая моя, я сейчас… — заметалась, вскакивая, Анна. Все же до лощеного Мигеля ей еще далеко.
— Это не со мной! Это Лин в беде. Позвоните… — Ник зашипела ругательства, надеясь, что магическая завеса, пропускавшая звуки музыки, их скроет.
Обслуживание в ресторане было на высоте — Ник на предплечье, которое она зажала правой рукой, опустилась салфетка со льдом — соседний столик, вкушавший устриц, даже возразить не успел на действия метрдотеля. Официант унесся на кухню — наверное, тоже за льдом.
Анна вытащила из сумочки уже вопящий интерфон:
— Это Лин… — она приняла вызов, включив громкую связь: — Ребенок, что ты себе позволяешь⁈
Голос Лина был довольно бодр:
— Мааааа! Я жив!.. Со мной все… Хорошо! — правда, долгие паузы между словами, не совсем сочетались с его утверждениями. — Пожалуйста, найди Ник… Ей сейчас очень плохо! Прошу!
— Она рядом со мной, ребенок. — Анна уже взяла себя в руки и говорила тихо, но четко. — Если с ней что-то случится из-за тебя, то я сама приеду и доубью! Интер на громкой связи.
Лин тут же вкрадчиво принялся уговаривать, словно Ник ребенок:
— Ники, малыш, со мной все в порядке… Я несусь как можно скорее в больницу… Скоро мне поставят обезболивающее… Потерпи, прошу… Найди лед… — голос иногда срывался и звучал напряженно, на заднем фоне были слышны рокот двигателя, визг тормозов, дикие сигналы клаксонов.
— Уже, — пробормотала Ник, собравшись наконец с силами и пытаясь создать легкое обезболивающее заклинание — пальцы тряслись, и оно все никак не ложилось. — Что случилось?
— Небольшой ожог, Ники. Просто сунул руку куда не следует. Все хорошо.
— Не убейся, прошу! Будь осторожнее на дороге…
— Уже, Ники, уже… — раздался дикий визг, хлопок двери, а потом… Блаженное ощущение анестезии. — Малыш? Все в порядке?
Интер выскользнул из руки Ник — его поймала Анна, сурово выговаривая:
— Еще одна подобная выходка, и я серьезно с тобой поговорю, ребенок! В какой ты больнице? Я сейчас отвезу Ники домой, а потом поеду к тебе.
— Я с вами… — Ник, с трудом прогоняя дурноту и позволяя метрдотелю поддержать её за локоть, встала. — Я с вами…
У входа в ресторан уже ждало такси, вызванное метрдотелем. Анна спешно назвала адрес больницы святой Лалии. Ник кусала губы — она не могла понять, почему знак так сильно среагировал, словно Лин… Словно Лин сгорал заживо. Даже когда он ободрал из-за Заката ноги, так сильно не болело. Она не слышала, как губы повторяли снова и снова:
— Только бы все было хорошо. Только бы все было хорошо…
Она даже новообращенного Линдро поймет и примет, благо, что его уламывать снимать привязку не нужно будет. Знак периодически вспыхивал болью, но уже слабой, приглушенной, далекой.
Анна обняла её за плечи и прижала к себе, шепча утешающие слова, что Лин сильный, что бывало и хуже, но он всегда выкарабкивался, что с большими мальчиками всегда так, проси — не проси рисковать, они все равно полезут ломать голову…
Потом больница. Холл. Лифт. Коридор. Палата. Врач. Встревоженный Мигель у окна. Смущенный Линдро на кровати — он пытался встать, но врач был непреклонен.
Вся правая рука Лина вплоть до локтя была в асептической повязке. Капельница, подключенная к левой руке, исправно капала что-то вену.
По еле заметному знаку Анны — всего лишь выгнутая бровь, — врач моментально отвлекся от приборов и представился:
— Миссис Росси… Я доктор Уошберн, дежурный врач комбустиологического отделения.
Он был молодой, не больше тридцати пяти лет, возбужденный, уже лысоватый и плотный. Хотя Ник понимала его — сама бы нервничала, если бы проверять её работу заявился бы сам директор школы ловцов в компании с Пересом…
Уошберн принялся быстро докладывать:
— У мистера Росси химический ожог четвертой степени ладони и предплечья, вызванный алхимическим топливом, ожог ВДП и интоксикация легкой степени. Прогноз благоприятный в плане восстановления функции кисти, но процесс будет длительный, не меньше месяца, а то и больше… Сейчас проводится антишоковая терапия и регидротация… Это минимум дня три займет…
Ник прикрыла глаза — это была не анестезия, а она еще удивилась, почему так быстро… Это у Лина сгорели все ткани с болевыми рецепторами… Мигель оказался тут же рядом, подставил плечо и попытался усадить на стул для посетителей, но Ник отказалась. Она еле слышно прошептала:
— Я в порядке… Куда ты Лина запихнул, что его так обожгло?
Ответил ей Лин — хриплым из-за ожога голосовых складок голосом:
— Я на службе… Протечка в доспехе.
Анна шикнула на него:
— Молчи… — и снова о чем-то принялась расспрашивать врача. Ник только и оставалось, что кусать губы — у Анны больше прав быть с Лином рядом…
Мигель сурово пояснил Ник:
— Да… Иногда бывает. И, Ник… Мне Лин говорил о твоей полной безалаберности в отношении приборов на алхимическом топливе, так что я направил к тебе домой трех отрядных техников — они проверят всю твою бытовую технику. И кинжал, будь так добра, им сдай. Все ясно?
Ник нахмурилась, наблюдая, как Анна, закончив разговор с врачом, присела возле Лина и начала ему что-то мягко выговаривать.