Меченый. Том 3. Жребий брошен (СИ)

К 1996 году предстоит выполнить еще много важных задач. Необходимо закончить бетонирование всех магистральных каналов — еще 24 тысячи километров, чтобы довести экономию воды до 20 кубических километров в год. Планируется перевести 2 миллиона гектаров на интенсивные технологии орошения, включая лазерную планировку полей. В качестве альтернативы рассматривается проект строительства Кокаральской дамбы для сохранения Малого Арала.
  
Программа спасения Арала — это не только борьба за воду, но и борьба за будущее социализма. Как писал Владимир Ильич Ленин: «Капля воды — это частица народного богатства». Под руководством партии мы вернем морю жизнь, а земле — плодородие!
— Бум-бум, хлоп! Бум-бум, хлоп!
Советские люди в массе своей знали английский недостаточно хорошо, чтобы подпевать вживую иностранным исполнителям, но конкретно в этой песне данного и не требовалось.
Когда шестьдесят тысяч человек самозабвенно отбивают руками и ногами простенький ритм — это сильно. Забавно, но до приезда группы Queen в Союз часть оторванных от реальности партийных товарищей всерьёз предрекала этой затее провал. Мол, не пойдут советские люди на иностранщину, никому это не нужно, зачем целый стадион под концерт выделять — какого-нибудь ДК на пять тысяч человек хватит с головой. Ага, конечно!
Именно тут впервые начали применять способ продажи билетов по паспорту, что уберёгло организаторов от набега перекупщиков. Официальная цена билета на Queen составила от 15 до 35 рублей — немыслимые ещё недавно деньги. До этого самые дорогие билеты на подобные концерты никогда не стоили дороже 15–17 рублей. Поскольку часть заветных картонных прямоугольников всё же отдали для распространения «своим» в виде контрамарок без указания имени и номера паспорта, то потом несложно оказалось выяснить, как дорого они котировались на «чёрном рынке». Там немногочисленные контрамарки уходили по двойной и даже тройной цене. А ведь 100 рублей — это половина средней зарплаты, далеко не каждый мог себе позволить подобные траты.
 
 
— Бум-бум, хлоп! Бум-бум, хлоп!
 
— Buddy, you’re a boy, make a big noise
 
Playing in the street, gonna be a big man someday
 
You got mud on your face, you big disgrace
 
Kicking your can all over the place, singin'!
 
 
Я одними губами подпевал вслед за Фредди.
Забавно: рубль за сто в прошлой жизни текст песни я бы наизусть не воспроизвёл даже под страхом смертной казни. А тут — идеальная память о прошлом-будущем и прочитанный когда-то текст сделали меня чуть ли не главным специалистом по иностранной музыке.
— О чём поют-то, Михаил Сергеевич? — Сидящий рядом со мной в VIP-ложе Лигачёв явно не получал от происходящего особого удовольствия. Как ответственный за идеологию в стране, его такой ажиотаж вокруг приезда западного исполнителя немало напрягал. Егор Кузьмич совершенно точно предпочёл бы, чтобы концерт провалился из-за отсутствия спроса. Можно было бы сказать, что советским гражданам загнивающее капиталистическое искусство неинтересно. Но нет — оказалось, интересно.
— Да хрен поймёшь, — общий смысл текста действительно поймать было не так уж просто, даже имея перед глазами перевод. — О том, что рок подходит всем. И молодым, и зрелым, и старикам.
— Ну-ну, — Лигачёв недовольно нахмурился и посмотрел на мой «прикид», в котором я явился на концерт. Под костюм я надел вместо привычной рубашки с галстуком футболку с надписью «Queen», демонстрируя таким образом невиданную ранее свободу самовыражения. Ну, как для главного партийца, конечно — всяких фриков, одевающихся странно, в СССР и так хватало.
— Не бухти, Егор Кузьмич. Получи удовольствие от процесса, порадуйся за молодёжь. Ничего крамольного в текстах у англичан нет, да даже если бы и было — всё равно никто не поймёт. Опять же, дело выгодное насквозь, лишний миллион-другой рублей соберём в бюджет.
Выручка с одного концерта Queen при таких ценах получалась примерно на уровне полутора миллионов рублей. Всего было запланировано три концерта — в Москве, Ленинграде и Киеве. Я честно пытался уговорить представителей группы расширить географию выступлений, но они отказались. Мол, даже в Англии у них всего четыре выступления запланировано — не поймут их, если музыканты в Союзе будут выступать больше, чем на родине.
Так вот, три концерта потенциально обещали дать нам порядка пяти миллионов рублей при всех общих тратах на данный праздник музыки в 800 тысяч долларов и 200 тысяч рублей. Если брать официальный курс рубля, выходило максимально выгодное дело. Если брать неофициальный — радости становилось меньше, однако именно в этом году из-за сложившейся мировой конъюнктуры в валюте СССР как раз и не нуждался особо. Наверное, впервые в истории у нас был валютный профицит — скажи кому, не поверят.
Держащиеся — ну, как держащиеся — тренд всё равно был нисходящим, но когда именно рынок выйдет в равновесное состояние, никто не знал — на ещё недавно невообразимых уровнях цены на нефть позволили экономике СССР здесь и сейчас вздохнуть полной грудью. Плюс заключённое прошлой осенью в рамках СЭВ соглашение о перераспределении прибыли от торговли нефтепродуктами тоже начало работать, показывая всю потенциальную глубину советской экономики. Только за первую половину 1986 года мы заработали на экспорте нефти больше тридцати миллиардов долларов, при том что за весь 1985 год этот показатель лишь немного перевалил за отметку в 20 ярдов.
Разбрасываться, однако, этими деньгами мы не торопились — повторять ошибки времён Брежнева никто не хотел. По этому поводу даже было специальное заседание Политбюро, где решили пускать на импорт ТНП не более 10% от валютных поступлений. В годы нефтяного изобилия 1970-х, когда казалось, что подобное положение теперь будет вечным, на закупку ширпотреба уходило в среднем около 50% нефтяных денег, а в некоторые годы этот показатель и вовсе опасно подбирался к 90%.
Заработанные «сверхплановые» десятки миллиардов долларов было решено вложить в первую очередь в собственное развитие. Возможно, именно этого толчка не хватило процессу Перестройки в моём мире. Например, по настоянию Никонова — и с моего полного благословения — у нас вообще в плане сельского хозяйства сложилось полное взаимопонимание — приняли большую программу обновления поголовья крупного рогатого скота. СССР имел просто огромное поголовье КРС в эти годы, для содержания которого и закупалось, кстати, то самое американское зерно. Вот только производительность отечественных бурёнок оставляла желать лучшего — причём как по молоку, так и по мясу. И даже при этом по потреблению молока в эти годы СССР показывал такие числа, которые впоследствии РФ и не снились.
Все действо — с учетом выступавших перед Квинами отечественных исполнителей, среди которых за данное право развернулась нешуточная борьба — продлилось больше трех часов. Наконец последняя «Богемская рапсодия» была спета на бис и музыканты удалились со сцены в подтрибунное помещение. Я естественно не мог не воспользоваться ситуаций и не пойти пообщаться с англичанами лично.
Появление советского Генсека вызвало у членов группы сдержанный интерес но без особого ажиотажа.
— Добрый день! Отличный концерт, я получил огромное удовольствие. Жаль, что не удалось уговорить вас сыграть в большем количестве городов нашей страны, — я с улыбкой протянул руку британским музыкантам, поздоровался по очереди с каждым. Вблизи они выглядели точно так же, как на плакатах из моей молодости. Забавно — уж сколько исторических персонажей я встречал в этом времени, а чувство иррациональности накатывает в таких случаях каждый раз как в первый.
  
В ответ музыканты — конкретно Брайан Мэй, который, видимо, у Queen в большей степени отвечал за администрирование — рассыпался в комплиментах по поводу радости от посещения СССР, похвалил условия, предоставленные музыкантам, сказал, что не ожидал от советской публики столь тёплого приёма. Ну и мою футболку тоже отметил с заметным удовольствием. Приставленный к музыкантам переводчик принялся было переводить всю тираду, но я только махнул рукой. Классический «бритиш инглиш» Мея мне было разбирать, конечно, гораздо сложнее более привычного американского варианта, но в целом я улавливал всё, что говорил собеседник.