Очарованный, околдованный, или Темная Фея для дракона (СИ)

‒ Я уже пообещала твоим кузенам танец, ‒ вырвалось из меня.
‒ Ты поступила опрометчиво, ‒ снисходительно хмыкнул он мне и, подхватив меня под руку, потащил на выход, ‒ нужно идти.
Очень хотелось сказать какую-нибудь колкость, но я сжала зубы и молчала. Мало ли что я жена, ко всему прочему я еще и трофей, который вообще не обладает никакими правами. Фея рвется на волю показать характер, а я ее трамбую назад, не время и не место, хотя очень хочется. Увидев, что я покладиста и спокойна, Валентайн расслабился и когда мы вошли в зал, где нас приветствовали прибывшие гости, стал рассказывать мне о тех, кто к нам подходил и дарил подарки. Дядюшки, тетушки и многоюродные кузены, род Нардейлов был сильным, этого у них не отнять.
Многообразие запахом забивало обоняние, а разноцветье платьев дракониц било по глазам не хуже фейерверков. Фея внутри меня притихла и вычисляла, как сбегать, если станет все плохо. Выбить окно, плевое дело, даже ажурные решетки мне не помеха, а дальше крылышками машем и быстро улетаем.
Тьфу, ты! Что только в голову не лезет при таком многообразии хищников в одной зале. Здесь были только драконы и их ауры давили на сознание феи. Инстинкт… никуда не денешься, мое тело принадлежит фее, даже не светлой было у них такое деление.
Светлые феи — это лечение, бодрость, хорошее настроение, они дарили радость всем, кто был рядом с ними и совсем другое темная фея. Это не значит, что у темных была темная сила, как, например у моего муженька, нет, сила у фей была одна, радужная безранговая, без стихийная, первосила, как ее еще называли феи.
Темная фея — это такой склад ума, бороться за жизнь, бороться за свои убеждения, не переступать через свои принципы. Эх, как бы легко было будь я светлой феечкой, улыбнулась, пропела, покрутилась, и все тают от одного моего вида. Светлых уничтожали одними из первых, потому что их было всем жаль, а их голос завораживал.
Валентайн перестал поддерживать меня под руку и уцепил с подноса бокал с прозрачным напитком. Мне предлагать не стал, а я подумала, что алкоголь в моем положении лишнее.
Мы стояли на небольшом возвышении, вокруг болтающие обо всем кузены и их жены, если имеются. На ступеньках подарки горой, ближе к стене длинный стол, который ломится от еды, оттуда тянется тонкий запах трав. На балконе сидят музыканты, играют что-то похожее на классику, даже удивительно, как красиво, посередине зала кружатся пары, завораживающее зрелище. Никогда не думала, что я Тамара Тарасова попаду на настоящий бал, да еще в роли новоиспеченной жены дракона. Я чуть не стукнула себя по лбу, танец пообещала, а как танцевать интересно. Присмотрелась к парочкам, кружат как в вальсе, это я смогу. Покопалась в памяти Ассамар, девушка знала все танцы, положенные аристократке, но никогда не танцевала, на балах. Почему-то ее считали некрасивой. Да они все слепые, как не заметить ее красоту.
В какой-то момент в зале наступила тишина и в открытую настежь дверь вошел в окружении трех женщин мужчина. Был он высок, красив, как все драконы, но стар. Старость не тела, а души, она была у него сера и огромна. Аура дракона наползла на весь зал, притушила эмоции всех, кто тут находился. Даже меня озноб пробрал, хотя моя душа не давала коснуться этой серости. Мое тело действовал на инстинктах, чуть согнулось в поклоне, все же враг старый и могущественный, нужно проявить уважение, фея лезла из меня показать клыки и когти, как несмышлёный младенец, а я ее сдерживала и увещевала. Файрасат Нардейл оглядел свою семью холодным взором, и остановился на мне. Валентайн взял меня под руку и повел к своему деду. Правду говорят, что мой муж был любимчиком Файрасата, глаза старого дракона просветлели и скривившиеся в презрительную ухмылку губы, разгладились в улыбку.
‒ Мальчик мой, благословляю тебя, ‒ Файрасат перевёл взгляд на меня, ‒ Ассамар, ‒ пронзительный взгляд словно пытался увидеть, что у меня внутри, и он что-то увидел, так как изменился в лице, отчего напряглись все в вокруг.
Потом произошло удивительное, глава рода протянул мне руку:
 
‒ Танец с молодой женой. ‒ Дракон давно не танцует и все это знали.
Я видела, с какой неохотой Валентайн передает деду мою руку, как блеснул на меня его предупреждающий взгляд, словно я тут главная угроза всему живому, а не этот давящий даже своих родственников дракон.
Музыка поплыла по залу, спокойная, тихая, я отдала телу бразды правления, понимая, что это лучше, чем следить за драконом. Вбитые с рождения в Ассамар движения получались у меня легко и непринуждённо. Рука дракона на талии прожигала силой, он был хороший танцор, уверенно вел меня все дальше от Валентайна в середину зала.
‒ Все же я не ошибся, ‒ Файрасат смотрел на меня как на букашку, ‒ твоя кровь сильна и призвала фею.
Я чуть не вякнула ему, что не только фею и прикусила язык, это какое-то драконовское умение вызывать на откровение. Дракон вдруг наклонился ко мне ближе принюхиваясь:
‒ А вот мальчишку привязала к себе зря, ‒ сказал он холодно, ‒ думаешь, я не смогу убить своего внука, чтобы добраться до тебя.
Я не поверила его рыку, не знаю как, но я почувствовала, что дракон блефует. Он злится на меня за Валентайна, но не покажет сейчас всем, что недоволен мной. Вся семейка смотрит на нас затаив дыхание и ожидают, что решит старейшина. Фей не было на Шароте уже давно, отголоски в крови, как в случае с Наулием не в счет.
‒ Зачем я вам нужна? ‒ вдруг вырвался из меня вопрос.
‒ Ты спасение этого мира, ‒ сказал он жестко, ‒ пока это все, что тебе нужно знать. Твоя участь рожать фей, так что можешь успокоиться и пока просто жить в неге.
‒ Фей? ‒ Я удивлённо посмотрела на Нардейла, ‒ вы не ошиблись?
‒ Феи всегда рождают фей, ‒ хмыкнул дракон, ‒ ваши мужчины могли зачать другие расы, а вы…
Что-то поменялось в драконе, лицо словно закаменело, но неприятные воспоминания, не задержались надолго, волевым усилием дракон вымел из своего сознания.
‒ Я вижу, что ты понравилась моему внуку фея, не делай так, чтобы я пожалел, что отдал тебе самого лучшего.
Сказать, что я ничего не поняла, ничего не сказать. Что вообще происходит? Какое спасение мира, и почему оно наступит, когда я нарожаю фей? Я поняла одно, старый дракон ведет свою игру, в которую его родственники не посвящены.
  
Глава 6
 
После танца со старейшиной рода я немного расслабилась, все самое страшное уже свершилось. Я танцевала с самым страшным драконом и осталась жива. И запрет Валентайна снялся сам собой, потому как запрещать своему деду танцевать со мной, муженек не мог. Раз снялся то и с другими я танцевала с охотой. Впервые оказавшись на таком празднике, я отдавалась ему всем сердцем, когда еще такое представится.
Ассамар знала, сразу после бала ее должны были увезти в дальний замок, и там она будет жить, пока не родит ребенка. Верить ли слову дракона, что он не заберет у меня ребенка, я не знала, сомневалась. А после слов старейшего, что феи рождают фей, вообще поняла, какой будет облом муженьку, ведь сына он не получит. Феи давно лишись возможности рожать фреев и в этом винили драконов. Это было большое бедствие в ту пору. Его назвали «Веком Плача», ведь все мужчины фей, умерли в одну секунду. Пока феи приходили в себя, пока отряхнулись от горя, драконы под суетились и прибрали бесхозные земли. Так прошло пару веков.
Я покачала головой выкидывая из нее исторические справки, которые возникали в памяти, стоило только о чем-то подумать, иногда казалось, что мне в голову закачали энциклопедию по миру. С одной стороны, удобно, с другой, зависаешь в самый неподходящий момент. Валентайна я видела урывками, каменное лицо со сверкающими глазами и напряженная фигура, от которой так и тянет недовольством.
Я танцевала со всеми, улыбалась, отвечала на вопросы и просто довольно кружилась по лакированному паркету. Никогда не думала, что мне понравится бал. В последние годы я была зажата и мало участвовала в социальной жизни. Из увлечений, которые были у меня на Земле, я любила только чтение, которому отдавалась в любую свободную минуту.