Снежный поцелуй (ЛП)

Все в Винтерленде были хорошими людьми.
Разве это не делало Такера хорошим лидером этих людей?
Она последовала за ним к его снегоходу. Она заколебалась на мгновение, но Такер взял ситуацию в свои руки. Он помог ей сесть и уселся на сиденье перед ней.
— Итак, куда ты меня везешь?
— Это сюрприз. Увидишь, когда мы туда доберемся.
— Почему я чувствую, что меня везут на свидание, а я даже не знаю об этом?
Звук его смеха эхом разнесся по холоду, снимая озноб.
— Наверное, потому что именно это и происходит. Я не должен был так целовать тебя прошлым вечером. Не то чтобы я хоть в малейшей степени сожалел об этом, но, если мы собираемся повторить, я считаю, что нам следует узнать друг друга поближе. Интимно.
Натали вздрогнула. Это не имело ничего общего с холодным воздухом и все было связано с тяжестью его слов. В его тоне было желание, и Натали это успокоило. Очевидно, если он хочет проводить с ней больше времени, это значило, что он тоже думал об этом поцелуе.
— Тогда поехали туда, куда мы едем, — вздохнула она.
— Простите, мэр?
В нескольких футах от машины стоял человек в теплой шерстяной шапке, настороженно глядя на Такера. Быстро переводя взгляд на Натали, Такер наклонился достаточно близко, чтобы прошептать.
— Риск быть пойманным на публике.
Она подавила легкий смешок, и он снова повернулся к горожанину. За те недели, что Натали была в Винтерленде, она никогда раньше его не видела.
— Что я могу сделать для тебя, Дженкинс?
— Она знает? — мужчина почти робко указал на Натали. — Она одна из нас, или…
— Так послушай…
Такер качнулся вперед, его прежде непринужденная манера поведения стала напряженной.
— Я просто хочу знать, насколько свободно я могу говорить.
Происходило что-то таинственное, и у Натали было такое чувство, что это имело отношение к рассказам ее бабушки.
— Ты можешь говорить что угодно, Том. И да, она знает об исчезновениях.
Последние слова были сказаны, как будто Такер направлял Тома Дженкинса к нужной теме разговора. И, возможно, подальше от другой.
— Просто, — проговорил Дженкинс. — Я просто хотел знать… Мы все, весь город хотим знать, что делается в этом направлении. Одно дело, если исчезают незнакомцы, но если это кто-то из наших пар…
— Жен, — вмешался Такер.
— Это я и имел в виду, — поправил себя Дженкинс. — Жены. Кто угодно может быть следующим.
— Прошло уже больше двух недель, — любезно заметила Натали. — Возможно, все закончилось.
Такер заставил ее замолчать твердым, но не злым взглядом.
— Еще слишком рано говорить что-либо подобное. Но, пожалуйста, поверьте, я делаю все, что могу. Я не позволю, чтобы с кем-то что-то случилось, если это будет зависеть от меня, и я смогу чем-то помочь. Обещаю.
Том Дженкинс не выглядел удовлетворенным, но это был единственный ответ, который он мог получить, и он это знал. Сильно кивнув, он пробормотал что-то о том, что побеспокоил их, неторопливо побрел прочь.
Наблюдая за ним, Натали чувствовала себя растерянной. Дела с Такером закружили ее, и это отвлекало, так что ей не удавалось выполнить личную миссию. Может быть, горожане жалели ее, не поднимая этого вопроса, но в основе всего лежал настоящий страх.
— С тобой все в порядке? — спросил Такер, прерывая ее мысли.
— Да, просто… я все время забываю о том, через что они все проходят.
— Я не забыл, — его голос немного потемнел, и она почувствовала желание взять его за руку.
— Прости.
— Не нужно. — Внезапно он стал тем же мужчиной, который дразнил ее за то, что она сбежала. — Давай просто проведем немного времени вместе. Когда мы вернемся, мир будет тем же.
Приглашение было неотразимым. Натали одарила его широкой улыбкой и кивнула. Воздух прояснился, она оглянулась и обнаружила, что Тома Дженкинса уже не было.
Снегоход зажужжал под ней, и они поехали.
Такер повернул машину к окраине города. Хотя был полдень, ветер был пронзительно холодным, несмотря на огромный шлем, который она надела поверх вязаной шапки. Они ехали долго, и он указал на несколько вещей, останавливаясь в несколько местах, чтобы показать, где живут стаи диких животных. Они увидели горстку оленей и лосей, а также других диких животных, которых она никогда бы не увидела в Калифорнии.
 
К тому времени, когда они остановились у маленькой хижины посреди каменистого участка земли, у нее начали немного болеть ноги. Сидеть на снегоходе было не очень удобно, особенно при езде по пересеченной местности. Такер помог ей слезть со снегохода и провел в маленькую хижину.
Строение защищало от ветра, но вокруг них был громкий вой. Посреди хижины стояла небольшая дровяная печь, и Такер снял перчатки и отправился разжигать огонь.
— Что это за место? — спросила Натали, быстро обойдя комнату.
Здесь стояла маленькая кровать и крошечный столик. На кровати было сложено не менее десяти одеял. Она посмотрела на них, гадая, смогут ли они защитить от ночного холода.
— Это убежище для людей, которые могут здесь заблудиться. Мы храним здесь дрова и некоторые продукты, которые можно долго хранить, и они не привлекают животных. Многие знают где находится дом, но мы надеемся, что он никогда не будет использован по назначению.
— Мы ближе к Пойнт-Хоуп, чем к Винтерленду?
— Нет. Здесь никто не живет, но иногда люди преследуют оленей по этой дороге. Если станет слишком холодно или начнется шторм, эта хижина станет безопасным убежищем.
— О. А кто его содержит?
— Мы это делаем. Мэры Винтерленда, но он здесь для всех, кому это нужно. Хижина не единственная, что у нас есть. Их здесь несколько. Мы проверяем их, когда проводим поиск. Иногда мы даже ночуем в них.
— Только иногда? Думаю, тебе всегда нужно убежище.
Такер замер, когда огонь ожил.
— Здесь не нужно много времени, чтобы немного потеплело. Если ты хочешь избавиться от верхней одежды и укутаться в одеяло, ты можешь это сделать.
Натали так и сделала. Она закуталась в плотное вязаное одеяло, скрыв свой ярко-розовый халат с ромашками. Она чувствовала себя немного нелепо одетая в одежду, на которой были цветы, посреди Аляски, но халат ей нравился.
— Как часто вы обходите землю? — спросила она, садясь на кровать.
На гребанную кровать.
Она могла бы вытащить один из стульев из-под маленького столика, но она села на кровать. Ее кожа покраснела от мыслей обо всем, что они могли бы сделать на этой маленькой кровати. Она откашлялась и плотнее закуталась в одеяло.
— Мы обходим по очереди. Отмечаем палочками, чтобы знать, кто пойдет. Обычно мы уезжаем на неделю или две.
— О. Это надолго.
Порочные мысли о том, что можно с ним вытворять на кровати, стали слишком навязчивыми, и Натали, поднявшись, пересела на один из двух стульев рядом с кроватью.
— Вот почему нас трое. Если один идет патрулировать, остаются двое других. Если возникает чрезвычайная ситуация, тогда один из них может уйти в Пойнт-Хоуп или в шахты, а один останется в Винтерленде. Город никогда не остается без защиты.
Она кивнула, как будто все поняла, хотя она так ничего и не осознала. Это было похоже на покровительство — забота о городке в глуши, но она не сказала об этом. Было чертовски очевидно, что она ничего не знала о замерзшем мире Аляски.
— В последнее время проверки стали более частыми, — сказал он хриплым голосом. — К сожалению.
Случаи исчезновения людей, очевидно, тяжким бременем легло на его плечи, и Натали вспомнила человека, который обращался к ним еще в городе. Она чувствовала, что ей нужно найти способ расколоть висящую в воздухе напряженность. В конце концов, они все же, наверное, пришли сюда не для того, чтобы рассказать друг другу обо всех своих проблемах.
— Итак, — проговорила Натали, опираясь рукой на спинку одного из стульев, приподнимая одно плечо, немного более игриво, чем хотела.
— Тебе, что даже чуть-чуть не интересно над чем я работаю?