Жизнь и становление господина мага. Книга I - Детство (СИ)

Но все же не смотря на некоторый риск, я проводил на ней время, занимаясь банальным бегом. Просто не знал, чем еще можно заняться. Учиться негде, колдовать я устал, источник показал дно. Сидеть просто так в комнате? Увольте.
Раньше пошел бы играть с друзьями-приятелями, либо к старшим мальчишкам, которые постоянно генерировали идеи на разные приключения, но сейчас, имея взрослое сознание, я понимал, что мне жизненно необходим базис.
Я собираюсь в Хогвартс. Там будут чистокровные малолетние маги. Которых с рождения обучают всяким трюкам. Я должен быть не хуже. Хоть и не по умениям, но хоть по голой магической силе.
Физические же нагрузки могут здорово мне помочь. Драться врукопашную я конечно же не буду, но вот в магической битве физуха не менее важна. Как минимум я не буду столь быстро выдыхаться. К тому же это единственное, чем я сейчас могу заняться. Может позже, когда увеличу свой резерв...
Полностью восстановился я через пару часов после ужина – жидкий суп, с кусочками овощей, без мяса. Такое едва насыщает, но приютские дети привычные. Тем не менее, после еды магия восстанавливается быстрее. Насколько? Неясно, нужны эксперименты.
Но даже без них испытываю радость. Не знаю, быстрое это восстановление или нет, но таким образом я смогу опустошать источник несколько раз в день. А если, благодаря регулярному обнулению источника, скорость восполнения резерва увеличится? Это же будет ещё круче!
После нескольких дней тренировок, смог замерить свой резерв, записывая информацию в украденную в школе чистую тетрадь: 44 люмоса подряд – это мой текущий предел. После 44-го раза люмосы получаются слабыми и дрожащими, также чувствую пульсацию почти в ноль опустошенного резерва. Измерять магию решаю именно в люмосах, этом универсальном заклинании, которое применяют и совсем юные школьники и убеленные сединами старцы. 44 люмоса, это много или мало? Кажется, пришло время подкатить к Реддлу с таким вопросом.
 Глава 2 
Том-Том-Том чёртов Реддл... Как выйти с ним на контакт? Ну, можно хоть просто в тупую подойти и сказать: «Привет Том, давай дружить!». Ха-ха-ха, с таким «подкатом» меня пошлет даже семилетка. Такой подозрительный, как Реддл, уж точно. Да и он уже наверняка взращивает в себе чувство величия. И тут такой я.
Изначально хотел проследить за Реддлом, но вовремя вспомнил про его умение говорить со змеями. С их помощью он запросто может отследить мой интерес, а реакцию малолетнего темного лорда предсказать я не мог. Нужно как-то его заинтересовать, показать свою магию, но как лучше это сделать?
То, что нужно строить контакт на магии — однозначный факт. Я помню канон, помню реакцию парня на Дамблдора и первую показанную им магию. Старик, хотя тогда еще не старик, мог легко сделать из мальца своего вернейшего последователя, но «лучший в истории директор Хогвартса» здорово облажался, то ли по неопытности, то ли имел какой-то план. Хотя какой еще план? Он шел просвещать «сироту-маглорожденного». Какие уж тут планы? У него наверняка таких учеников еще целый список был. Да и рутина это для опытного и сильного мага. Небось вся голова была забита мыслями, что его, такого идеального, отправили работать посыльным.
Хмыкаю. Может и так. А может и нет. Чего гадать? Через пару лет узнаю сам.
Но вернемся к чертовому ублюдку Реддлу, который заставляет мой маленький мозг скрипеть извилинами, пытаясь родить план.
Засветить магию, кажется довольно просто. Но Реддл не должен заподозрить меня в том, что я делаю это намеренно. Может напридумывать себе невесть чего. Также, в идеале, это должен заметить только он один. Либо понять это только он один... Хм...
Черновой набросок плана следующий: нужно применить на глазах пацана что-то однозначно волшебное, потом отследить его реакцию и демонстративно идти тренироваться в подвал. Он проследит сам, либо отправит змей. Так и тренировки не буду пропускать и Реддла заинтересую. Это будет лучше, чем самому к нему подходить. В этом случае Реддл будет психологически ощущать себя просителем, а не наоборот.
 
Теперь осталось придумать этот самый «незаметный другим, но однозначно волшебный эффект». Что у нас есть такое, на что не обращают внимание, но что важно для самого Тома? Что-то, что не вызовет подозрения... или хотя бы слишком сильного подозрения.
Одежда. У большинства мальчишек она довольно грязная, часто с дырками и кучей потертостей. У мужского населения это зачастую бывает нормой, особенно в детстве. Стирают её раз в неделю, причем с 10 лет сами дети. Как только становятся «условно взрослыми» и получают путевку на лондонские фабрики.
У каждого всего два комплекта одежды в наличии. Официально, во всяком случае. Новую выдают раз в год. То есть «новую», а не новую. Почти всегда её просто забирают у старших, когда они из нее вырастают. Лишь в исключительных случаях закупают действительно новую одежду. Однако мальчишки есть мальчишки, поэтому за формой мало кто следит тщательно. Реддл – исключение. План в голове, наконец обрел свои черты. Хоть это и может вызвать какие-то подозрения - со стороны персонала приюта, может какие-то вопросы - у других детей, но ничего лучшего в голову не приходит. Не в лоб же мне к нему подходить, в самом то деле?
Следующие два дня тренирую магическое воздействие на чистку грязи и как можно более незаметный толчок силой. Как джедай просто... Что-же, «Силу» почувствовать я уже смог, остальное дело практики.
«Чистку» отрабатывал на нескольких грязных тряпках, успешно реквизированных из церковной школы. Когда уже там заметят, что у них «течет»? Как бы не поймали за этим делом. А то сворованная тетрадка, теперь хоть и грязные, да половые, но все же тряпки... Нужно бы быть поаккуратнее, а то мало ли...
Чистка — довольно сложное дело. Тряпки рвались, тряпки комкались, тряпки выворачивались и колыхались. Но чистились плохо. С толчком дело обстояло проще. Единственный минус, нужно было застыть на пару секунд, чтобы настроиться. По другому пока не получалось. Впрочем, я не спешил. Время еще есть, а спектакль должен быть сыгран прямо по нотам.
Полторы недели ушло у меня на получение нужного навыка. За эти дни уже окончательно вошел в колею и успел освоиться, как с новым телом, что радовало меня отсутствием застарелых болячек, одышки и хорошим зрением. А также приноровится к коллективу. Чтобы не терять заработанную предшественником репутацию, пришлось выделить один день в неделю, чтобы общаться с «друзьями», старшими парнями, покрутиться в коллективе и создать ощущение присутствия.
Реальными друзьями мы не были, Вольфганг был по натуре одиночкой... хорошая предыстория у «персонажа», что тут говорить. Я старался не демонстрировать свое отличие, а без действительно близких друзей раскрыть меня мало кто мог бы. А те, кто и мог, не особо то обращали на меня внимания. У всех были свои проблемы.
Финальное испытание прошлось по одежде Неудачника Ларри. Причем делал я это не в комнате, где он бы мог посчитать, что я специально что-то порвал или испортил, а там, где на меня подумать было бы крайне сложно. Прямо на улице.
В этот день, несмотря на осень, было достаточно жарко. Солнце пекло, от земли местами шел заметный пар. После школы во дворе собралось много народа. Болтали, играли, развлекались. По большей части небольшими группами, все же день был рабочий и старшие были на смене. Те, кто занимались своими полузаконными делами, тоже разбрелись. Их ситуация требовала постоянно держать руку на пульсе и буквально жить улицами. Остальные же в основном были детьми, которые не интересовались противоположным полом, а скорее наоборот. Так что и держались мальчики и девочки друг от друга на расстоянии. Впрочем, для моего плана это роли не играло.
Ларри терся рядом с четырьмя пацанами, что играли в ножички. Когда он отошел, уступив место новому игроку, я, осторожно выглядывая из-за угла, применил на нем свою магию. Точнее, на его одежде. Подсознательно я опасался, что что-то пойдет не так, либо что меня заметят, но всем было плевать. А с Ларри ничего не случилось. Штаны не свалились, рубашка не порвалась, а скорее наоборот, приобрела более светлый оттенок. К счастью, никто ничего не заметил. В этом возрасте мальчишкам почти нет дела до одежды друг друга, а с девочками те еще не общались принципиально.