Жить с тобой
Ребекка Кингстон
Жить с тобой
Пролог
«Адвокатская контора братьев Уилфилд». Огромная вывеска с этими словами, сверкающая по ночам неоном, до сих пор стоит перед глазами Молли Смитсон. Три года назад ей несказанно повезло. Ведущая в Милуоки, да и во всем штате Висконсин юридическая фирма взяла вчерашнюю школьницу на работу секретарем-стажером.
В первый же день девушка познакомилась с Грегори Уилфилдом, главой конторы. Молли увидела входящего в секретариат высокого, элегантного, поразительно интересного мужчину и почтительно замерла, сразу догадавшись, кто это. Он пристально взглянул на новенькую и поздравил с поступлением на работу. Девушка с трудом сглотнула, почувствовав, как пересохло в горле, а тот, не дожидаясь ответа, прошел в свой кабинет. После этого Уилфилд, кажется, вообще не замечал ее.
А вот другие оказывали ей внимание. Например, усердный очкастый молодой клерк Клиф Гейтс. Этот положил на нее глаз с первого дня. И когда Молли однажды сходила с ним на ленч, он возвратился в контору, чувствуя себя на седьмом небе. Ухажер даже рискнул подтрунить над появившимся в приемной парнем, затянутым в кожу, — так обычно экипируются мотоциклисты. Он стоял, опираясь на стойку, под неодобрительным взглядом старшей секретарши. Услышав слова очкарика «А что это за чучело?» — подошел к нему и молча влепил по уху.
Клерк решил, что на него напал какой-то маньяк, и он в первый и, наверное, в последний раз в жизни отчаянно полез в драку. Молли остолбенела. Ей-то хорошо был известен Брок-мотоциклист — ездила с ним не раз на танцульки, но уже давно не хотела видеть этого развязного парня.
— Перестаньте, идиоты! — заорала она, но здоровяк в коже не унимался, валтузя клерка. Увидев кровь, старшая секретарша завизжала на весь этаж.
Люди со всего Штата приходили в адвокатскую контору респектабельного юриста Грегори Уилфилда с грузом своих горестей, обид и надежд, но здесь никогда еще не видели сцены физического насилия, грубой и злой драки между двумя молодыми мужчинами. При этом рыжеволосая и длинноногая девица суетилась рядом, выкрикивая имена сцепившихся и пытаясь растащить их.
Когда шеф вошел неожиданно в приемную, Молли не заметила его, пока он не схватил мотоциклиста и не вышвырнул в коридор. Затем шеф обратился к оставшимся участникам потасовки:
— Вы двое, пожалуйста, ко мне в кабинет!
Секретарша охала, глядя на пятна крови на белой блузке Молли. У клерка кровь текла из разбитого носа, хотя на темном костюме и не была заметна. Он полез в карман за платком, стараясь остановить кровотечение, пока следовал за шефом.
Уилфилд закрыл за собой дверь, и Молли подумала, что драка в офисе на глазах самого шефа может стоить места Гейтсу. Нос у него распух, очки потерялись, так что клерк почти ничего не видел. И слава богу, потому что непроницаемый и холодный как лед Уилфилд был для него сейчас страшнее, чем целая шайка хулиганов.
Молли со спутанными волосами, разгоряченная и тяжело дышавшая, к несчастью, даже не подозревала, что инцидент в приемной будет поставлен в вину именно ей. Молодой человек виновато опустил голову. Девушка смотрела на Уилфилда и думала, как бы замолвить словечко за коллегу.
— Вам лучше отправиться домой и привести себя в порядок. А заодно подумать, устраивает ли вас работа в моей конторе, — заявил шеф клерку.
— Да, сэр, — промямлил тот и заковылял из комнаты.
Затем Уилфилд переключил внимание на секретаршу-стажера. Только тут она почувствовала обжигающее дыхание опасности, и щеки у нее порозовели.
— Подобные выходки у вас и раньше случались? — бесцветным тоном осведомился он.
Ей бы виновато открещиваться, а она растерялась и забормотала:
— Ну, видите ли…
— Я так и думал… А понимаете ли вы, что вам тоже может достаться, когда вы разнимаете дерущихся из-за вас парней? — Шеф сделал паузу. — Ну ладно, в данном случае для фирмы важно другое: клиенты приходят к нам вовсе не для того, чтобы увидеть здесь кровь. Придется вас уволить…
По правде говоря, она не очень переживала за себя. Жаль было молодого клерка, который во время ленча так вдохновенно говорил о своих перспективах. Ему очень нравилась работа в адвокатской конторе.
— А что будет с мистером Гейтсом? — спросила она. — Этот-то ни в чем не виноват.
— Могу поверить, — проворчал Уилфилд. — Конечно, такой размазня, как Клиф, перед вами не устоял!
Молли не имела в виду свои отношения с этим парнем. У нее не было на него никаких видов.
— Я говорю о другом, — возразила она. — Ведь не он затеял драку.
— Уверен, что так и было. Гейтсу порядочно досталось, его-то можно простить. Проблема в вас. Вы первоисточник безобразия.
Она почувствовала себя совсем никчемной девчонкой, стоя перед грозным шефом, пока тот вершил правосудие.
— Не сомневаюсь, что ваши связи с рокерами будут высоко оценены, — сухо сказал он. — Но только не в моей фирме. И надеюсь, что из-за вас больше никому не набьют физиономию. По крайней мере, здесь…
Права была тетя Марин.
— Ты не удержишься на этой службе, — прокаркала она, когда Молли сообщила ей и дяде Чарльзу, что прошла собеседование и приступает в понедельник к работе.
Так оно и получилось.
Теперь, спустя три года, Брок-мотоциклист был давно забыт. Иногда в городе встречался клерк Гейтс, оставленный в конторе, но общаться с ним не было никакого желания…
1
Молли казалось, что положение ее хуже некуда, но, когда увидела, кто сидит за столом, ей пришлось прикусить губу, чтобы истерически не расхохотаться. Сам Грегори Уилфилд! Тот тоже был потрясен, увидев, кто пришел. Тяжелые, темные брови мужчины взмыли на лоб, и он с надрывом протянул:
— О господи! Здра-а-вствуйте…
— Здрасьте и до свидания! — фыркнула девушка.
Она повернулась и направилась было к выходу, но услышала вслед:
— А с чего это вы вообразили, что подходите для этой работы?
Молли Смитсон уже несколько лет не имела с Уилфилдом никаких дел. Но теперь, когда он так пренебрежительно встретил ее — большой человек за большим столом! — она сразу все припомнила.
Последний раз они разговаривали, когда ей было семнадцать. Но и сейчас, став старше, она совсем потеряла самообладание. В ней вспыхнул гнев, жгучий, как ее спутанные огненно-рыжие волосы. Молли моментально повернулась, подошла к столу и вцепилась в его край.
— Ничего я не вообразила, — огрызнулась она. — В объявлении речь шла о компаньонке-водителе для пожилой леди, и я считаю, что подхожу по всем статьям! Но вы, судя по вашему тону, не собираетесь нанимать меня, так что нам не стоит зря тратить время!
Уилфилд откинулся в кресле, наблюдая за юной мисс, будто та играет спектакль.
— Леди, о которой идет речь, за последние годы перенесла немало волнений. Что ей теперь нужно — так это покой и тишина, но я сомневаюсь, что вы способны доставить пожилой женщине хоть какую-то радость.
Молли выпрямилась и опустила руки. Не стоит дерзить, надо быть хладнокровной, спокойной. Она сделала запоздалую попытку вести себя достойно. Может, извиниться? Но ей не за что просить прощения.
— Видно, сегодня у меня неудачный день, — примирительно сказала она.
— А их было порядочно, да? — поинтересовался Уилфилд.
Больше чем у тебя, подумала девушка. Бьюсь об заклад, твои дни все благополучные, как и твоя жизнь. Она пожала плечами.
— Да нет, не очень… Но работы не было, это точно.
— Не было?
Он что, проводит собеседование? Блюдет интересы пожилой леди как очень близкого ему человека? А ее, Молли, он явно не принимает во внимание. Да она и не взялась бы за работу, которую надо выполнять под надзором этого высокомерного и напыщенного типа.
Тот стал подниматься, и девушка вспомнила, что Грегори очень высокий. У нее самой рост выше среднего, но, когда мужчина обошел вокруг стола и буквально навис над ней, она инстинктивно попятилась к двери.