Темный охотник 7 (СИ)

Ни до чего особенного я не додумался, по правде говоря.
Скорее понадёжней закрепился в этой новой реальности, где големы обзаводятся батарейками, тёмные боги заключают союзы, у Охотников рождаются дети, а Тёмная решила примерить на себя роль феи-крёстной и в свободное время подрабатывает почтальоном.
Да и просто отдохнул головой.
ㅤ
И вот он, голубой разлом.
Я немного размялся с дороги, ударив Тьмой по прилегающей площади. В радиусе сотни метров в облако попало такое количество тварей, что я невольно поёжился. Неприятно было бы встретить их всех скопом на выходе из разлома! Но теперь они все мертвы, их энергия стала моей энергией, а их души пополнили мою коллекцию.
Наскоро перекусил снедью, которую Ариэль трогательно собрала мне из инфернской столовой, ну а потом… просто зашёл внутрь.
Да… Всё так, как и обещала Тёмная. Разлом был хоть и голубым, но крошечным. Переливающееся всеми цветами радуги Ничего заменяло небо. И было оно рядом. Совсем-совсем близко; давило и угнетало.
Не знаю даже, сколько здесь места, но могу предположить, что разлом был похож на сферу диаметром не более километра. Воздух тем не менее был свеж. Свеж, безвкусен и стерилен. Ни запахов в нём, ни токов. В нежилой запертой комнате и то хотя бы пылью пахнет, а тут ну прямо вот совсем ничем.
Зато звуков было хоть отбавляй.
Отовсюду сразу раздавался тихий треск, какой бывает, когда лёд только-только готовится дать трещину.
Кристаллы.
Всё вокруг было кристаллическим. Подножье кристаллическое горы, уходящей в Ничего справа от меня, и точно такое же слева. Эдакое кристаллическое ущелье. Преимущественно синих и голубых цветов.
Найти единственного обитателя этого разлома оказалось несложно. Вроде как даже это он первым нашёл меня. Вышел не таясь, запрыгнул на небольшую возвышенность и встал в позу, гордо выпятив грудь.
Ох и благородное же создание. Безо всякой иронии благородное. Тут другого слова просто не подобрать.
Алмазный, мать его, грифон.
Мощное тело с когтистыми лапами, массивный клюв, потрясающие воображения крылья и всё это… вот прямо всё-всё-всё, вплоть до самого мелкого пёрышка — из алмазов. Зверь искрился. Зверь переливался всеми цветами. Зверь завораживал чуть не до слепоты.
Даже по меркам Многомерной — очень и очень редкая зверюга. И редкая, и мощная, и необычайно своенравная.
Но, помимо этого, ещё и смышлёная.
Стоило нашим взглядам встретиться, в алмазных глазах грифона мелькнуло сперва узнавание, а затем смирение. Зверь понял, кто я такой. Охотник, что пришёл положить конец его существованию.
Что ж…
Я тебя удивлю.
Отстегнув меч, я демонстративно положил его на землю. После чего, выпрямившись, сделал шаг вперёд.
— Эй, — осторожно окликнул я грифона и поднял руки вверх. Ну… не так, что, дескать, сдаюсь, а так, чтобы зверь видел, что у меня нет оружия. — Я подхожу.
Говорить я старался как можно мягче. Так, чтобы голос звучал успокаивающе; чтобы ничего в его модуляциях нельзя было принять за агрессию. Как если бы ребёнку колыбельную пел.
— Я пришёл с миром.
Не знаю, на кой-хрен я вообще вкладываю смысл в слова. С тем же успехом можно было бы урурукать, как голубь или… не знаю даже? Мурчать?
— Я не причиню тебя вреда.
Грифон по-собачьи склонил голову набок, явно удивляясь такому развитию событий, но потом всё же угрожающе щёлкнул клювом. Короче говоря, зверь сам не понимал, что ему сейчас стоит думать.
Вроде бы интересно, а вроде бы и тревожно как-то.
Ну а я продолжал приближаться, держа руки на виду.
— Спокойно, — произнёс я скорее больше для самого себя. — Спокойно. Просто поговорим.
Чёрт его знает, насколько точно передавала интонация мои намерения, но грифон пока не реагировал никак, и я смог подойти достаточно близко.
— Спокойно, — в очередной раз повторил я. — Спокойно.
И протянул грифону руку. И вновь он повёл себя, как огромный алмазный пёс с крыльями — вытянул шею и принюхался ко мне. Дыхание… ладонью я ощутил дыхание существа, которое буквально состояло из алмазов.
 
Удивительно, но оно было горячим.
— Не ссы, Капустин, — прошептал я.
И чу-у-у-у-ууть-чуть потянулся рукой вперёд. А затем ещё чуть-чуть. И ещё. Если вдруг зверь не хотел, чтобы его касались, ему была доступна такая опция. Просто отодвинься, да и всё.
Однако грифон позволил себя тронуть.
В момент прикосновения я тут же наладил ментальную связь. Эдакое примитивное общение при помощи даже не мыслеформ, а простых побуждений, но с перспективой на нечто большее. И первое, что я сделал, так это пригласил грифона посетить Океан. При этом постарался передать, что в мотивах моих нет ничего дурного.
Согласился.
Ништяк.
Закрыв глаза, я перенёсся на берег Океана. Грифон уже был тут, и мы с ним стояли в той же самой позе, что и наяву.
— Не бойся, — на всякий случай сказал я и теперь-то до грифона мог дойти настоящий смысл моих слов. — Это место, где души могут свободно общаться. Здесь мы можем поговорить.
— Ты Охотник, — первым же делом сказал грифон.
Не спросил, а констатировал.
Голос… как бы его описать? Глубокий и мужественный, но при этом приятно так звенящий, будто тибетская поющая чаша или этот… как его? Глюкофон!
— Почему ты не убил меня сразу, Охотник? — спросил грифон. — Зачем приглашать меня туда, куда ты мог бы затащить меня силой?
Ну что ж…
Сразу к делу, да? Без расшаркиваний.
— Меня зовут Артемис, — сказал я, улыбнувшись и присаживаясь на песок. — И, несмотря на то, что я Охотник, я пришёл не убивать. Я пришёл предложить тебе… альтернативу.
Грифон явно напрягся. Однако любопытство… ведь именно из-за любопытства он и направился сюда вслед за мной, верно? Так с чего бы ему вдруг взять и свернуть этот интересный разговор?
— Альтернативу? — зверь как будто бы покатал слово на языке. — Альтернатива. Но какую же альтернативу может предложить Охотник существу вроде меня?
— Жизнь, — просто ответил я. — Новую жизнь, полную смысла, событий и новых возможностей…
Ну а дальше я рассказал грифону о своём плане. Не вдаваясь в лишние подробности, я объяснил, что собираюсь сделать могущественный артефакт, уникальный и единственный в своём роде.
А потом перешёл к главному:
— И твоя душа может стать частью этого артефакта.
— Погоди-погоди, — совсем по-человечьи нахмурился грифон, и в голосе прозвучало явное возмущение. — Ты что, предлагаешь мне стать… вещью? Прости, Артемис, но это оскорбление не только для меня, но и для любого другого разумного существа!
— Нет-нет, — улыбнулся я. — Ты неправильно понял. Ты станешь не вещью. Ты станешь душой артефакта, самим его естеством. И поверь, пылиться в арсенале тебе не придётся. Впереди назревает что-то очень интересное, и я предлагаю тебе поучаствовать в этом. Даже не посмотреть в первых рядах, а именно поучаствовать.
Кажется, воображение грифона уже разыгралось. Ну а я с радостью накинул ему подробностей:
— Ты будешь защищать великую воительницу и мать одного из удивительнейших детей, что когда-либо рождались в этой Вселенной. Тебе придётся лично поучаствовать в событиях, которые изменят судьбы целых миров. Согласись, просто «вещь» ничего не решает, а вот тебе, если согласишься, придётся решить очень многое… И самое главное: если ты не согласишься — ничего не будет. Я не могу тебя заставить, мне нужен исключительно доброволец.
Для проформы грифон хмыкнул. Однако огонёк азарта зажёгся в алмазных глазах.
— Расскажи побольше о женщине, которой ты предлагаешь служить.
Что ж…
Признаться, я и сам её не знаю. Так что пришлось вывалить всё то, что рассказала мне Тёмная. О способностях тёмного целителя, о борьбе с силами зла, о беременности от Великого Охотника. Ну и о питомце-драконе упомянул.
Последнее отозвалось у грифона сильнее всего. Кажется, у него от такой новости смешались чувства. Во-первых, он явно проникся к Кате уважением за то, что та смогла приручить зверя такой… м-м-м… категории. Ну а во-вторых, ещё не согласившись, грифон уже мысленно начал соперничать с драконом.