Купленная помощница для президента

– Помогайте, по возможности, в приемной.
– Предлагаете быть помощницей у личных помощников? Девочка на побегушках? Только вы знаете, что никто мне не даст даже такой возможности? Все опасаются, что я займу их место, так что ревностно будут делать все сами.
Лицо начальника сделалось задумчивым.
– Вам, кажется, нравилось вести архив? Будьте тогда на связи с нашим архивом, чтобы в любой момент я мог быстро получить оттуда всю нужную информацию. Устроит вас такой вариант?
Неуверенно кивнула. Мне бы послать Баринова куда подальше с его странным отношением и идеями, но отчего-то не могу. Дело тут не только в огромной зарплате. И даже не в бровях. Он вроде бы издевается, но я не чувствую, что это со зла.
Эм-м. Он что, снова про меня забыл и своими делами занялся? Точно, в планшет смотрит.
– Марат Давидович, мне можно идти?
Президент поднимает голову.
– Идите, если хотите.
Ха, а если не хочу, можно остаться? Поднимаюсь, но прежде, чем уйти, все-таки спрашиваю:
– Хотела бы уточнить на будущее. Сидеть в вашем присутствии можно?
– Можно.
– Почему тогда помощница… – эх, как ее зовут-то? Забыла. – Почему помощница номер пять так удивилась, когда я села?
– В моем присутствии все сотрудники отчего-то предпочитают стоять, сесть почти никто не пытался, хотя в уставе ничего такого не прописано.
– А, понятно. Это, видимо, из уважения к вам.
– Да, и выходит, что вы меня не уважаете, – хмыкает босс.
Натянула улыбку. На самом деле, шутка не настолько и далека от правды. Лично мне Баринов ничего не делал, но в период, когда активно хотел заполучить компанию моего бывшего шефа, немало нервов тому истрепал, а я все это хорошо прочувствовала, и от привычных установок избавиться нелегко. Даже сейчас есть какое-то ощущение, что он мог купить меня, несмотря на то что я особо не нужна, словно в отместку моему любимому боссу за то, что тот был таким упрямым. Такая запоздалая месть и закрытие гештальтов. Рабочая версия? Вполне.
В задумчивости выхожу из кабинета, неспешно направляюсь к рабочему месту, но не успеваю дойти. Помощница, заведующая кофе, поняв, что кабинет освободился, метеором понеслась к дверям вместе с подносом. Я не успела увернуться. Столкновение оказалось фатально-эпичным. Весь кофе оказалось на мне. Черные струи стекают по волосам, уничтожая мою новую прическу. Про одежду молчу. Судя по довольной улыбке помощницы, столкновение было не таким уж и случайным. Кофе не горячий. То ли так долго ждала наготове, чтобы пройти в кабинет, то ли специально подостудила, чтобы не покалечить, ведь это куда серьезней ситуация.
Облизнула губы. Наш президент предпочитает крепкий кофе без сахара. Что же, кажется, я уже наметила, чье место могла бы занять.
 
Глава 6
 
Держусь молодцом, вида не подаю, но обидно до жути. Помощницы вокруг фальшиво охают, предлагают салфетки. Молча, в гордом одиночестве ухожу в туалет, там оглядываю себя в зеркале, оценивая нанесенный урон. Эх, так старалась вчера. Гладенькая прическа убита, костюм, наверное, можно выбрасывать, белую рубашку точно. И в чем мне работать весь оставшийся день?
Наклоняю голову к раковине и мылом мою голову. Вот и первое преимущество укороченных волос. Мыть их в туалете гораздо легче, чем длинную копну. Я прям как чувствовала, что надо обрезать.
Чуть позже взглянула на свою грустную мордашку в отражении зеркала. Макияж местами потек. Умываюсь. Смотрю в зеркало еще раз. Всë. От былого лоска ни следа. Если вот так вернусь в приемную, надо мной обхохочутся. Но время к обеду, думаю, ничего, если я уйду на него пораньше.
Люди в лифте на меня оглядывается. Охрана в холле провожает долгими подозрительными взглядами.
Бреду к ближайшему торговому центру. Благо, район я хорошо знаю, работала тут же, рядом, только в низеньком старинном здании.
В торговом центре поначалу выбираю новую одежду без особого энтузиазма. Руки не тянутся к серым вещам. Если так подумать, меня могут уволить даже за то, что одежда не той марки, так что что бы ни купила, будет мимо и могут нажаловаться. Так и смысл соответствовать канонам?
 
Первый рабочий день начался плохо. Вспоминаю свой первый рабочий день еще студенткой у любимого шефа, и это огромная разница. Тогда еще совсем небольшой, дружный и уютный коллектив, полный энтузиазма шеф, встретили очень тепло. А тут что? Вот оно мне надо? Некоторые помощницы уже напрашиваются на войну, но это не мое, предпочитаю быть на позитиве, да и всегда отличалась дружелюбием. Нет, наверное, все же не моя это работа. Фиг с ними, с деньгами.
Схватила с вешалки кричаще-красное, наверняка весьма облегающее платье. Захотят сегодня же уволить – значит так и надо, а если обойдется, то так и быть, можно еще поработать.
Платьишко красное примерила. Да-а, облегает сильно, но длина до колена, в этом плане все прилично. Смотрится шикарно. Купила, чего уж там, а к нему красные лакированные лодочки. Сразу же в него переоделась. Иду по торговому центру и меня прямо жрут глазами идущие навстречу мужики. Засмущалась и чуть не забежала еще в один магазин. Пиджак надевать на это платье – совсем потеряется весь эффект и задумка. Так что взяла всю волю в кулак и отправилась в салон красоты. Время обеда подходит к концу, так что попросила хоть как-нибудь поколдовать над лицом и подсохшим пушком торчащих во все стороны волос. Работники посмотрели на мое красное платье и уточнили, на какое мероприятие собираюсь.
– Увольняться, – со смешком ответила я.
Мне понимающе покивали и забубенили яркий, прямо-таки вызывающий макияж, помада в тон платья, глаза такие стали, прям ух. И прическа нормальная, только пышная очень, не по стандартам.
Ну все, пора обратно на работу.
Охрана в холле в первый раз не обратила на меня особого внимания, во второй раз, когда была облита кофе, кажется, если бы сама не уходила, хотели выгнать, а вот сейчас… привстали, глаза вытаращили, приветливо заулыбались. Вот она, сила красного платья.
Когда вошла в приемную, поняла сразу – будет скандал. Делая вид, что не замечаю направленных на меня возмущенных взглядов девушек, гордо, походкой от бедра прошла к своему месту. Ка-айф. И пусть меня уволят после первого рабочего дня, оно того стоило. Вон, некоторых сейчас аж порвет. Ага, вон, та помощница, что дает разрешения на встречу с президентом, пошушукавшись с коллегами, навострила лыжи в кабинет начальника.
Вадим под столом показал мне знак "класс". Ну вот, теперь я вся такая наглая девица и бунтарка в красном, против которой, если не уволят, все будут дружить. Ну, может, кроме Вадима, и то не факт.
Помощница-жалобщица вернулась из кабинета начальника расстеряной. На ней скрестились вопросительные взгляды, мол, ну что сказал шеф, а она на подгибающихся ногах подошла ко мне и сказала:
– Марат Давидович попросил вас принести ему кофе.
Я сдержалась, но внутренне расхохоталась, заметив выражение лица облившей меня помощницы-кофеноски. Да-да, бойся, месть моя страшна, я заберу себе твои обязанности бариста. Бу-га-га. Кому рассказать, не поверят.
Встала красиво, надо же придерживаться нового скандального образа, и походкой от бедра направилась к кофе-машине.
Под пристальным, ревностным наблюдением женщины-кофеварки приготовила кофе. Раздражающе-тщательно и изящно уложила все что необходимо на поднос. Опыт есть, знание тонкостей офисного этикета тоже. Мы ведь элиткой с любимом шефом занимались, заказчики были очень и очень непростые, в грязь лицом ударить было нельзя, и ничего, справлялись. Поднос держу очень аккуратно, опасаясь подстав и подножек. Несу себя и кофе в оглушающей тишине.
Войдя в кабинет начальника, сразу ощутила на себе его пристальное внимание. По выражению его лица и взгляду ничего не понять, но смотрит, значит, интересно. Да, вот такая интрига на пустом месте. Была девушка в сером, а после обед вдруг в красном.
Осторожно ставлю поднос на рабочий стол шефа. Основная часть миссии выполнена.