Броневод (СИ)
Броневод
Глава 1
Крейсер «Варяг» застыл на внешнем рейде, перед входом в Калифорнийский залив дымя своими трубами, а по флангам стояли четыре броненосца береговой обороны типа «кошмар»: «Страх», «Ужас», «Кошмар» и «Паника». Не зря я так кораблики назвал, первый же из них, что как раз «Кошмаром» потом и назвался, играючи одним залпом ракетных установок разогнал несколько племён индейцев, что за каким-то хером решили пограбить моих подданных, подловив их на форсировании реки. На этом война и закончилась, а индейцы больше никак иначе как кошмаром корабль потом и не звали, и я решил что это судьба, оставив его для всей серии кораблей, которые были похожи на мониторы. Остальные броненосцы такого типа тоже получили свои жуткие имена, чтобы не выделятся на фоне старшего брата.
Мы готовились встречать очередных незваных гостей. Пять кораблей, покрытых бронёй, против тридцати девяти деревянных фрегатов и линкоров, на корме, которых развивались флаги Англии, Франции и Голландии. Тройственный союз, созданный как раз для уничтожения меня любимого. Давние враги объединились, забыв на время распри между собой, чтобы поставить на место выскочку. И это у них уже не первая попытка. В резерве, укрывшись за фортом Скала, стояла группа Гришиных кораблей, состоящая из старика «Посейдона», и ещё двух кошмаров. Алан со своими клиперами и пароходофрегатами как обычно ушёл в открытое море, и задачи у него не менялись. Уйти от сюда не должен никто, как было уже не раз!
Я почти равнодушно смотрел на грозную силу противника. Ничему их жизнь не учит! Мне попросту некуда уже девать пленных! Продавать их что ли начать? Ведь годами люди в лагерях живут, без перспективы на освобождение! Жалко, честное слово, хотя для экономики Русской Америки бесплатная рабочая сила конечно сыграла большую роль. Каменные дороги уже ведут почти к каждому поселению и даже к отдельным хуторам и фермам! Построен отличный порт. Пленные роют канавы на приисках, ломают камень, работают на литейных и лесопильных заводах, валят лес и копают уголь, пашут землю и делают ещё целую кучу всякой полезной и тяжёлой работы, и в общем-то домой особо и не стремятся, за исключением офицеров и отдельных представителей из матросов и солдат. Многие пленные, особенно из старых, заваливают канцелярию отца Михаила и администрацию Дайона просьбами о приеме в гражданство. Большинство из них приняли новую веру и отреклись от подданства Британии.
И почему не успокоятся ироды? Меняются короли и династии в Европе, после первого визита английской эскадры прошло уже десять лет, а они никак не могут угомонится! Причем тактика не меняется, развития флота противника я не вижу. Только пушки на кораблях становятся больше, да и их количество увеличивается от раза к разу. Хотя нет, сейчас как раз изменения заметны. Одним флотом союз в этот раз не ограничился, через континент идёт и сухопутная армия вторжения. Почти пятнадцать тысяч человек! Сидор и Мур вовсю готовятся встречать их со всем нашим пролетарским гостеприимством. Сильно европоидам хвост прищемило. Наверняка не могут мне простить монопольной торговли с Китаем, Японией и Россией на Тихом океане, а также того, что мой флот гоняет европейских браконьеров, которые приходят теперь в Берингово море промышлять каланов, китов и котиков, я де факто объявил о своём праве распоряжаться (и соответственно защищать) водными ресурсами северных морей! Торгаши хреновы! Через полмира припёрлись, конкурента задавить! Как будто им мало Европы и Африки с Южной Америкой, не говоря уже про Австралию! Ни себе ни людям! Одним словом — наглы!
Когда десять лет назад я вернулся из похода в Китай, на трофейном, пропахшем мертвечиной фрегате. У меня и мыслей не было, что три самые могущественные морские державы станут врагами нашего нового государства. Кроме «Повелителя морей», тогда в жутком урагане погиб ещё только один мой фрегат, но основные силы десанта и мои друзья вернулись в Форт-Росс благополучно, привезя с собой всё то, что мы забрали у португальцев. С тех самых заводов и мастерских и пошло наше развитие как маленькой, но промышленной державы. Мы смонтировали то что достали, по их образцу и подобию построили новые, а затем разработали и свои.
На удивление, флот Португалии так и не пришёл на Макао, чтобы выгнать наглецов, которые посмели отобрать у них город. Карлос до сих пор им управляет, выстроив вполне нормальные отношения с китайскими чиновниками, конечно не без помощи отца Анатолия, который выжег калёным железом иезуитов из Китая (несчастные случаи бывает происходят и с монахами, жизнь вообще опасная штука). Благодаря Анатолию, который неведомыми мне путями обосновался при дворе императора, Пекин вполне благосклонно отнёсся к смене торговых партнёров.
Затем мы подвинули из Японии голландцев. Охреневшие купцы выводили меня из себя долго. Вначале покупая в Макао шёлк для перепродажи в японских портах, они снижали цены, а потом вообще решили отобрать полуостров для своих нужд. Видя немногочисленность нашего гарнизона, а также небольшой флот, они почему-то решили, что полуостров ничей, а раз ничей, то прибрать его к рукам сам бог велел. Отбиться Карлосу без нашей помощи помогли береговые укрепления, китайцы и деньги. Голландцы, атакуя порт не учли одного — теперь это была полноценная территория Китая. Жоховцы и китайские бойцы встали плечом к плечу, отражая атаки голландского флота и десанта. И если в количестве сухопутных войск численный перевес был на стороне оборонявшихся, то на море два оставленных Карлосу фрегата самостоятельно выстоять не могли. Карлос придумал как выкрутится, сундук с золотом сделал его союзником китайских пиратов. После многочасового манёвренного боя, с потерями для обоих сторон, голландцы убрались восвояси. В общем они честно заслужили от меня ответку.
В Японии голландцы обитали на острове Дэдзима — это искусственный остров, а значит, нога чужаков не касалась священной земли Японии. Сам остров был откровенно маленьким, всего сто двадцать на семьдесят пять метров, возвышаясь над уровнем моря на один-два метра. Число постоянно проживавших на Дэдзиме голландцев было также очень небольшим и редко превышало двадцать человек, в несколько раз меньше находившихся на нём японских чиновников и служащих, неусыпно контролировавших все действия голландских торговцев. С этой же целью сёгун обязал голландцев менять своих представителей в Японии ежегодно, дабы они не обзавелись слишком тесными и опасными связями на Японских островах. Сам остров находился в акватории Нагасаки и атаковать его, значило напасть на саму Японию. Мы сделали проще. В течении двух лет все корабли Ост-индийской голландской компании топились моими кораблями прямо ввиду японских берегов. Каждый раз, как японцы выходили в море на перехват, мы без боя отходили морестее, но блокаду не прекращали. Через два года японцы сдались, и первый корабль с чиновниками на борту пришвартовался к флагману Алана, а ещё через год на Дедзиме поднялся Андреевский флаг. С тех пор для голландцев Тихий океан и прибрежные воды Китая и Японии стали самым жутким местом на земле, где бесследно исчезают корабли. Как рассказывал мне потом Ван, который после инцидента только чудом смог вместе с семьёй убраться из Амстердама, мною голландские матери своих детей теперь пугают. Ща как придёт страшный и ужасный Жохов, как схватит тебя, и как унесёт в жуткий Форт-Росс! Да и хрен на них если честно, не я это первый начал, голландцы мне с первых дней моей жизни в этом теле гадили, так что всё по заслугам!
Мои связи с Японией и Китаем укрепило ещё и то, что, стараясь избавится от старых и обветшалых линкоров и фрегатов, я предложил их купить как раз этим странам. Японцы согласились сразу, они видели на что они способны, целых два года беспомощно наблюдая как пускают на дно голландских купцов, а чуть погодя созрели и китайцы. В результате всё старьё я сбагрил с рук, освободив мощности верфи от ремонта и тем самым позволив себе заложить основу нового флота. Сейчас и Япония, и Китай даже заказывают у меня постройку фрегатов по европейскому образцу. Немного, один два в год, но стабильно!