Няня для наследницы, или Ненавижу драконов! (СИ)

Спустя несколько секунд в дверях появилась сиделка.
— Госпожа Ланнет! Вы проснулись! Зачем вы встали? — всполошилась она и начала что-то колдовать на столике. Господин Трумен велел вам лежать!
— Мне бы в уборную, — Светлана попыталась приподняться.
— Ой, ну конечно, госпожа Ланнет, — сиделка всплеснула руками, — давайте я вам помогу. — Она подхватила Светлану под руку, помогла подняться и, придерживая, сопроводила в самое нужное место, которое действительно оказалось за одной из дверей.
Взору Светланы предстали круглая чаша побольше («Видимо, ванна»), чаша поменьше («Ага, а это горшок!») и совсем маленькая («Раковина?»). Решив вопросы личной гигиены (Светлана внимательно следила при этом, что и как делает сиделка), женщины вернулись в комнату. Молли помогла Светлане опуститься на кровать и подала стакан с питьем.
— Господин Трумен велел выпить этот отвар. Я распоряжусь насчет завтрака. — Сиделка проследила, чтобы Светлана начала пить отвар, после чего развернулась и вышла.
«Интересно, почему питье всегда теплое»? Светлана протянула руку к кувшину, из которого сиделка наливала отвар, коснулась его. И почувствовала, как тепло с кувшина побежало по кончикам ее пальцев, стремясь к ладони. Светлана одернула руку. «Наверное, магия…», — подумала она.
«Кстати, о магии. Если я действительно ее поглощаю, то мое появление рядом с Аэликой может разрушить стазис. Чисто теоретически. И вот вопрос — имеет смысл проверять на практике или пока не стоит? — принялась размышлять она. — Да уж, нашли супергероиню… Нет, практически проверять не будем, надо сначала найти место, где от «дядюшки» наследницу спрятать можно».
Мысленный процесс «раскладывания по полочкам» всегда успокаивал Свету и помогал отвлечься. Не имея ни подруг, ни приятельниц, она привыкла к таким странным беседам сама с собой. Нина Васильевна тоже очень этому способствовала. Света, слушая ее бесконечные нотации, анализировала в это время недочитанные детективы. Это был ее личный маленький секрет — она начинала читать роман, не доходила до развязки и потом весь день строила предположения, пытаясь вычислить преступника, проговаривая про себя мотивы, факты и сопоставляя их.
«Магия… Доктор что-то подозревает, он так разглядывал свои руки… Но вроде он сам себе и объяснение нашел. Дракон… Спрашивал про странности. Просто так или что-то почуял? А если мурашки — это попытка воздействия? Нет, я так с ума сойду! — остановила себя Светлана. — Нужно больше информации. Буду расспрашивать, но аккуратно, а то раскроют. Хотя, я ведь головой ударилась», — Светлана немного успокоилась.
Дверь в очередной раз распахнулась («Стучаться здесь совсем не принято?»), вошла Молли и с ней молоденькая девчушка в форменном платье и с тележкой.
— Доброе утро, госпожа, — горничная ловко извлекла из-под тележки сервировочный столик, поставила его перед Светланой и расставила тарелки с завтраком.
— Приятного аппетита, госпожа! — сказала она и выпорхнула из комнаты.
Светлана оглядела накрытый стол. «Ну да, бульон, а ты чего ожидала?» Маленькие сухарики, напиток, по цвету и запаху похожий на кофе, но с ноткой трав. «Камабос», — всплыло в памяти его название. Светлана устроилась удобнее и приступила к трапезе. Стоило ей покончить с бульоном, как дверь в комнату в очередной раз, как всегда без стука, распахнулась, и в проеме появилось его драконшенство. Аппетит пропал.
Его Светлость пересек комнату и развалился в кресле. Уставился на Светлану. Мурашки выстроились в боевом порядке и приготовились шагать победным маршем.
Светлана судорожно сглотнула, вмиг пожалев, что не может скрыться под одеялом.
— Вы вспомнили что-нибудь?
— Нет, ваша Светлость, — Светлана опустила глаза на чашку в своей руке, которую собиралась было выпить, но так и не решилась.
— Ну что же вы, пейте!
— Б-благодарю, ваша Светлость, — Светлана перехватила чашку обеими дрожащими руками, поднесла к губам и сделала глоток.
Напиток оказался похож на цикорий, но с более выраженным травяным вкусом. Цикорий Светлана не любила. И не уважала. И никогда не пила. С трудом удержавшись, чтобы не скривиться под взглядом дракона, женщина дрожащими руками опустила чашку на столик и вдруг поняла, что не может разжать пальцы. Еще мгновение — в глазах потемнело, и она начала заваливаться вбок, так и не выпуская из рук напиток.
 
— Что с вами? Бездна! Целителя сюда, живо! — разнесся рык лорда-дракона.
* * *
Вэррион Немекзар подхватил Светлану, разжал сведенные судорогой пальцы, вынул чашку, принюхался. Через пару минут в комнате появился доктор:
— Что случилось? — целитель присел на кровать, раскрыл свой саквояж.
— Она ледяная, ее трясет. Похоже на отравление цикунией. Пила вот это, — неохотно сообщил дракон, подвигая к целителю чашку.
Целитель прощупал пульс, приоткрыл веки, погрузил ноготь мизинца в напиток и обнюхал его:
— Да, похоже, — согласился он с Драконом. — Молли, подай воды.
Мужчина выудил из саквояжа пузырек темного стекла, откупорил, влил содержимое в стакан, чуть развел водой и взболтал.
— Много она выпила?
— Глоток.
— Молли, помоги, — обратился целитель к сиделке.
Вместе они принялись вливать Светлане лекарство:
— Давай же, милая, пей.
Светлана успела сделать несколько глотков, прежде чем все-таки потеряла сознание.
Очнулась Светлана в теплой и уютной темноте. Попробовала подвигаться, поняла, что тела не ощущает. «Неужели все-таки… все?» Стало грустно. «Да, хороша из меня защитница. Только смирилась с мыслью, что это не сон. А может еще не все?»
— Ау, есть тут кто? — мысленно позвала Светлана.
— И снова здравствуй! — откликнулся голос через пару секунд.
— Я… — «умерла» хотела спросить Светлана, но не успела.
— Не-а, — весело ответили ей. — Так, отравилась немного. Но это и к лучшему! Вот, держи. — На мгновение Светлана ощутила свое тело, и то, как в ее руку что-то вкладывают.
— Повяжи на запястье. Это для связи. Если потребуется наша помощь — сорви бусину. Тебе пора, еще увидимся.
Темнота растворилась, и Светлана обнаружила себя все на той же кровати. Кто-то несильно бил ее по щекам:
— Ну же, давай, очнись, девочка!
Она застонала и открыла глаза.
— Вот и умница, давай выпей вот это. Еще. Пей еще. — Молли и целитель придерживали ей голову и продолжали поить каким-то лекарством. — Теперь это. Ну же, пей. — Запах был резким и неприятным, Светлана морщилась, но пила. Наконец женщину отпустило сначала головокружение, а затем и целитель с сиделкой.
Молли уложила ее обратно в кровать и, поправляя вокруг одеяло, бормотала:
— Спи, госпожа. Все будет хорошо. Спи, девочка.
Светлана вгляделась попеременно в лицо сиделки и доктора и поняла, что они за нее волновались. Это было так непривычно — что кто-то о ней переживает. Не успела Светлана додумать мысль, как уснула.
* * *
Проснулась Светлана ранним утром, выспавшаяся и отдохнувшая. Она не стала звать сиделку, вместо этого не спеша огляделась, и… пришло узнавание! Она вспомнила, что еще одна из дверей идет в небольшую гардеробную, а вторая — в гостиную-кабинет. Хозяйка спальни, чье тело ей досталось — Ланнет Саммерс, она наставница, точнее няня и учительница наследницы клана.
Вспомнила Светлана и то, что это часть драконьей традиции — приглашать к детям Правящего клана компаньонку из людей, чтобы юное поколение получало представление о жизни своих подопечных и проникалось к ним симпатией.
Задумавшись о жизни учительницы в замке драконов, Светлане стало немного грустно от понимания того, что внимание и забота Молли и господина Трумена были адресованы не ей. Ланнет Саммерс сумела заслужить их симпатию.
А как бы они отнеслись к Светлане Разумовской? Верещагиной (по фамилии мужа) после всего произошедшего Света отказывалась себя воспринимать. «Ладно, хватит хандрить, Светка. Перед тобой стоит четкая задача, так что хватит рефлексировать», — одернула себя женщина и потянула за шнурок. Через минуту в спальню вошла сиделка, улыбнулась: