S-T-I-K-S. Хозяин Треугольника (СИ)

Вот как-то так. Есть, конечно, предположение, что в описанной в учебнике технологии это и имеется в виду, особенно учитывая, как в нем все неточно и условно.
Если всё получилось, и процесс формирования энергоузла запустился, то в итоге на разветвлении энергоканала получится зародыш энергетического ядра, на большее желтых частиц просто не хватит. То есть получится энергоузел с нулевой емкостью. И дальше количество этих «если» только становиться больше.
Зародыш энергоузла начнет активно расти, если он соединен с ядром энергоканалом, покрытым желтыми частицами.
Зародыш энергоула начнет расти, если проделать всё тоже самое, т.е. притянуть сферу из желтых частиц в то же самое место.
Энергоканал, между двумя узлами или узлом и ядром, начнет покрываться желтыми частицами в первую очередь, если между ними нет других разветвлений. В противном случае, энергоканал начнет формироваться только после достижения емкости энергоузла равной десяти единицам.
Если энергоузлы расположены каскадно, то….
И т.д.
Для инъекций желтых частиц рекомендовалось использовать очищенный гороховый раствор, так как при использовании обычного, вероятность успешного формирования зародыша энергоузла падает в несколько раз.
Описанный в учебнике процесс изготовления очищенного горохового раствора был очень прост, разумеется, для тех, кто научился воздействовать на спорановый раствор. Для производства нужна делительная воронка, которая, кстати у меня есть. Чуть ли не половина лабораторного оборудования в гомеопатической аптеке составляли именно делительные воронки. Так вот, заливаем в делительную воронку небольшое количество живца, воздействуем на него умением и формируем сгусток спор, опускаем этот сгусток вниз и размещаем его перед краником. После этого, удерживая сгусток спор, вливаем в делительную воронку гороховый раствор сильно разбавленный водой и открываем кран. Жидкость из колбы начнет вытекать, а сгусток спор будет играть роль фильтра, не давая желтым частицам вытекать вместе с жидкостью. Весь способ производства очищенного горохового раствора построен на сильном отталкивании спор и желтых частиц друг от друга. Чтобы повысить качество очистки, можно в процессе «фильтрации» доливать в делительную воронку чистую воду. В конце процесса, когда концентрация желтых частиц в остающейся жидкости повысится, желтые частицы начнут как бы выдавливать споровый сгусток. Перестаем воздействовать на споры, и как только они пройдут через краник, краник перекрываем. Очищенный концентрированный гороховый раствор готов.
Но в моем случае, получение чистого раствора желтых частиц происходит еще проще. Поскольку получаю я его их из споранового осадка.
С началом попыток создать энергоузел, для зараженного, да и для меня тоже, начались черные дни. Я просто сатанел, от безрезультатных попыток, но пробовал снова и снова. Наплевав на то, что решил максимально ограничить употребление живца и пил его «ведрами». Закалывая зараженного токсином, как только он приходил в себя, доводя суточную дозу токсина почти до двух тысяч единиц. Через четыре дня пришлось вынужденно остановиться, так как зараженный потерял способность нормально двигаться и есть.
За четыре дня запас споранов уменьшился почти на половину и полностью закончился готовый зеленый концентрат, так как на каждую попытку тратилась четверть спорана (4/32 в виде зеленого концентрата + 4/32 живцом для наполнения ядра). И почти полностью закончился спорановый осадок, содержащий желтые частицы. Кроме того, я отложил работу по изготовлению спека.
Закралась предательская мысль, что у меня не получается просто потому, что мне пока это не доступно. Но вынужденная остановка, немного меня охладила и заставила подойти к вопросу более вдумчиво, оценить накопленный опыт.
Первая проблема с которой я столкнулся — это время.При максимально дозе зеленки в четыре единицы я могу использовать знахарское зрение в течении минуты. Но если при этом мне еще нужно удерживать шар из желтых частиц, то время уменьшается в двое или даже больше. Максимум на что я могу рассчитывать тридцать секунд, при условии, что большая часть времени тратится на формирование первичного шара.
 
Вторая проблема — скорость с которой я сдавливаю шар. Нужно найти баланс, при котором шар будет уменьшаться в размере пропорционально скорости погружения в энергоструктуры. Если скорость меньше, то желтое пятно перекрывает весь обзор и я теряю концентрацию. Если скорость больше, то происходит самопроизвольная активация создания энергетического узла в случайном месте.
На последнем этапе опытов, я дошел к тому, что вкалывал раствор желтых частиц, воздействуя на него вслепую. Потом пил зелёнку, и, активируя знахарское зрение, находил шар и потом неспеша, имея больше времени в запасе, лучше контролируя процесс, погружался с ним в энергетические структуры. Хотя, по итогу, времени на формирование энергоузла мне всё равно не хватило. К тому же, у этого метода был незначительный недостаток. Чаще всего у меня не получалось захватить таким образом в шар весь объем желтых частиц.
Собственно на моменте анализа количества брака при захвате желтых частиц на последнем этапе своих проб, я вспомнил, что чем меньше было захваченных в шар частиц, тем легче мне было с ними работать. И что очень часто я не мог правильно рассчитать при этом силы, направленные на сжатие шара и происходила самопроизвольная активация формирования энергоузла. Ключевой момент — при уменьшении количества желтых частиц все равно запускается процесс по созданию узла. И работать при этом легче. И время увеличивается.
Меня озарило. С чего я вообще решил, что знахарь своим знахарским зрением должен сформировать шар из всего объема вколотых частиц. Сколько частиц из этого объема он может реально увидеть? Половину? Десятую часть? Или, может, один процент?
Осадок от неудачных предыдущих попыток растворился и появилась новая схема — нужно начать попытки сформировать узел, к примеру, с одного процента желтых частиц, исходя от общего их количества в горошине. А дальше смотреть, хватит этого количества для того, чтобы процесс формирования запустился или нет. Если да, то засечь время, в течении которого запас желтых частиц будет исчерпан. А потом попытаться повторить еще раз, дополнив дополнительным уколом желтых частиц в объеме равном десяти процентам или более.
Причина по которой я не смог это сделать сразу — состояние зараженного. Нужно было или ловить нового, или этому дать восстановиться. Зараженный действительно проявлял чудеса живучести. Даже после таких ударных доз токсина в течении четырех дней, он начал понемногу «выздоравливать», по крайней мере, мог уже почти нормально есть и ходить.
Ловля нового зараженного, так себе вариант. Это нужно ехать в Квартал, выманивать зараженного, постараться не сильно покалечить и везти на тройник. Гораздо проще ничего не делать. Даже не так, гораздо выгоднее ничего не делать.
Так, решив дать бегуну недельку на поправку здоровья, вернулся обратно к процессу изготовления спека. Из четырех пробирок с растворенной желтой паутиной, две так и оставались в состоянии полуфабриката, то есть энергии я в них накачал, но еще не варил.
Достав одну из пробирок из ящика, чуть не выронил её с перепугу. Поверхность раствора покрылась белесым налётом, выпал осадок, содержащийся в пробирке раствор стал не однородным по цвету. Это был шок, от понимания того, что я испортил столько ценного материала.
Дальше действовал почти на автомате. Попытался втолкнуть еще энергии в раствор пробирок — не получилось. Слил обе пробирки в один сосуд, разбавил водой и принялся варить спек, надеясь, что получится спасти хоть что-то. Когда в итоге получился такой же спек, как и при переработки раствора из первых двух пробирок, по крайней мере внешне, по цвету и во консистенции, немного успокоился.
Полностью успокоится не давало понимание, что цвет не основная характеристика спека. Я же не краску варю. Важно чтобы еще и ожидаемый эффект от спека был одинаковым, ну или почти одинаковым, так как качество паутины в разных пробирках, пусть и незначительно, но отличалось. И единственный вариант это проверить — испытать спек на себе.