S-T-I-K-S. Хозяин Треугольника (СИ)

Пациент молча смотрел на меня, по-видимому, ожидая следующих действий. Что он там себе решил на самом деле — не понятно. И какой из него помощник — тоже не понятно. Ладно, посмотрим.
Вспомнил, что с утра так еще и не ел.
— Трактор — это хорошо. Это Хорошо, если он там есть, — я встал с прицепа и пошел к воротам сарая, забрать свои вещи и ломик, что нашел пару домов назад.
Хороший такой ломик. Хотя нет, не ломик, даже не знаю, как правильно такой инструмент назвать. Кусок арматуры диаметром миллиметров сорок и длинной около двух метров. С одной стороны расклепан в широкий клин, как если бы к арматурине лезвие топора приделали. С другой стороны — приварен стальной шар, наверное, для удобства. Судя по тому, где я его взял — использовали эту железяку для выдалбывания узких ям под столбы заборов, в твердом грунте с корнями.
У меня на эту железяку уже были планы — рубить кусты на тройнике под корень. Топором вчера уже рубил — очень неудобно. Весу в ней килограмм двадцать, но и я уже не тот, что раньше. Квазизаражение, в этом случае, работает в плюс.
— Пойду в магазин, съем что-нибудь, — сказал уже конкретно пациенту, — А потом сходим посмотреть, что там на водокачке.
— Обед уже готов.
Неожиданно. Приятно, конечно, но неожиданно.
— Хорошо. Водка есть?
— Водки нет. Коньяк есть, что ты вчера принес.
— Хорошо, но это было позавчера.
Пока пациент переваривал новую информацию, забросил рюкзак и обрез за спину, сгреб копье и лом в охапку и пошел на улицу, чтобы с улицы зайти к пациенту. Ну, не через забор же лезть.
На обед были первое, второе и компот. Натуральный такой компот, из свежих сезонных фруктов.
Ели неспеша, молча.
Я думал о том, как хорошо, что в деревне нет централизованного газоснабжения. И что печки работают на газовых баллонах. Что нужно будет потом пройтись по деревне и поснимать их. А еще нужно выбрать печку получше. И все это оттащить на тройник.
Когда поели, и пациент убрал со стола посуду, напомнил про коньяк.
— Странный ты. Обычно пьют до еды, — пробурчал пациент, но бутылку и стопку на стол поставил.
— Не страннее некоторых. Садись. Будем учиться делать живец. Нет, подожди. Нужна еще банка литровая, бинт и воды пол литра.
Достаточно быстро все требуемое появилось на столе и мужчина сел.
— Смотри, — я положил на стол «недозревшую виноградину», — Это споран. Основной ингредиент живца. Живец для иммунного Всё! И жизнь, и лекарство, и энергия для умений. Будем делать живец по классическому рецепту.
— Для живца нужны споран и пол литра любого крепкого алкоголя. То, что у нас коньяк, даже лучше. Вкус будет менее противный.
Пока говорил, скрутил пробку с бутылки и кинул в бутылку споран.
— Теперь нужно подождать минут десять, пока споран раствориться. А пока расскажу откуда спораны берутся.
— Так получается, что иммунные и зараженные антагонисты симбионты. Для зараженных иммунные — вкусная еда. Для иммунных зараженные — спораны и прочие полезные ингредиенты. На затылке у зараженных есть нарост — споровый мешок. Чем сильнее развит зараженный, тем больше мешок, и тем больше вероятность найти там споран.
— Начальная стадия развития зараженных — пустыши. Они ещё мало отличаются от людей или животных. Медленные, тупые, но уже намного сильнее и почти не чувствуют боли. Споровый мешок только начинает развиваться, и он всегда пустой. Потому и пустыши.
— Разновидностями пустышей есть ползуны и джамперы. Ползуны — пустыши, которым не повезло найти еду, сил у них хватает, чтобы только ползать. Самое опасное, что они могут — урчать, сообщая другим зараженным о замеченной еде. Но обычно до ползунов ослабнуть зараженные не успевают. Более слабых быстро съедают более сильные. Джамперы — пустыши, у которых грибница уже освоилась с управлением телом. Способны на резкий рывок, которым пытаются сбить с ног свою добычу.
— Если пустышу повезло и он нашел еду, то начинает развиваться в бегуна. У изменяющегося в бегуна пустыша начинают оплывать черты лица, становятся более грубыми. Он уже может неплохо бегать. В общем, становится похож на шустрого засранца с полными дерьма штанами. Споровый мешок уже развит, иногда, очень редко, в нем можно найти споран.
 
— Весь смысл жизни зараженного заключен в постоянном поиске еды. Сможет добыть еду — развивается, не сможет — сам станет едой.
— Бегун намного сильнее и быстрее обычного человека. Нижняя часть одежды, как правило, уже отсутствует. Вероятность найти споран в споровом мешке — пятьдесят на пятьдесят.
— Хорошо развитый бегун — спидер. Быстрый и выносливый как конь. Как правило, спидер голый, или почти голый. У него уже крепкие зубы и ногти. В споровом мешке всегда есть споран, иногда два.
— Дальше по развитию идут лотерейщики, топтуны и т.д. Но для нас, для новичков, без навыков и хорошего оружия, и спидер сложная добыча. Так что, если нужен споран — ищи бегуна, ну, то есть засранца без штанов. Зараженных животных лучше обходить стороной. Они намного опаснее.
— Вопросы есть?
— Есть. Где мне искать бегунов? И зачем было истреблять всю деревню, если пользы от убитых никакой?
Хороший вопрос, так сказать, на засыпку. Неожиданный, потому, что ожидал я совершенно другой реакции. Пришлось задуматься.
— По первой части вопроса — недалеко отсюда, каждые шесть дней грузится небольшой кусок города. По второй части вопроса — я собираюсь здесь жить, точнее, рядом с деревней, и беспокойные соседи мне ни к чему.
— Еще вопрос. Сколько я уже должен и сколько стоит споран? — он ткнул пальцев в бутылку.
— И опять. По первой части вопроса — нисколько не должен. Одно из основных правил Улья — обязательная помощь новичкам, конечно, если ее оказание не будет угрожать жизни. По второй части — спораны и есть основная денежная единица в этом мире. Денег больше нет, точнее, они есть, но ничего не стоят. Драгоценности тоже ничего не стоят. Хорошо ценится только оружие.
— Еще вопрос. Что нужно делать, чтобы заработать у тебя споран?
— Ничего. Просто не усложняй мне жизнь. Скоро приедет мой крестный… Блин… Забыл, что тебя еще крестить надо… То есть, ну… Новое имя тебе нужно дать.
Мужчина начал было возмущаться, что имя у него как раз есть, но я его, достаточно резко перебил:
— Мы все здесь копии, и еще одно правило этого мира — нельзя пользоваться старыми именами. Поэтому, — я прокрутил к голове несколько вариантов, — Поэтому, новое твое имя — Первый, крестный Тертый, то есть я!
А про себя подумал — первый, и, надеюсь, последний.
Возмущения не последовало. Похоже, он решил, что с психом спорить — себе дороже.
— Да. Так вот, приедет Геймер — это мой крестный, он в команде охотников на зараженных. Попрошу, чтобы он тебе рассказал об Улье, и вообще, объяснил что зачем и почем. И попрошу, чтобы они отвезли тебя в стаб. Стаб это что-то вроде города иммунных, там можно найти работу и решить, как дальше жить.
— А если я не захочу ехать в стаб.
— Почему?
— Я решил тебе помогать. И потом, ты сам приехал жить сюда, а не в стаб.
Рассказывать, что я не смог устроится в стабе, и приехал сюда отсидеться, чтобы иметь возможность накопить споранов — не вижу смысла. А что сказать?
— Жить одному намного, — опять заговорил Первый.
— Не продолжай, — остановил его, — Давай закончим с приготовлением живца, посмотрим твое здоровье и пойдем за трактором.
Доделали живец: процедили коньяк через несколько слоев бинта, разбавили водой и перелили в пластиковую литровую баклажку из под воды.
Рассказал Первому, что частить с приемом живца нельзя, что можно отравиться. Что пока он не подстроится под свой ритм приема живца, желательно пить по чуть-чуть при первых неприятных симптомах: головная боль и особое чувство жажды.
Оказалось, что Первого с самого утра мучит головная боль, что таблетки не помогают. А по виду так и не скажешь.