Летний лагерь свингеров (ЛП)

— Я тоже была эгоисткой. — сказала она. — Я провела больше времени с Риган и женским обществом, чем с тобой. Я была так расстроена и не знала, что делать. И мне не следовало идти с Риган... та ночь. Я думаю... — Она замолчала, тихая и раскаявшаяся. — Думаю, мы оба все испортили. И мне очень жаль. —
Я помолчал, собираясь с мыслями. — Я не хочу, чтобы ты училась в Лос-Анджелесе, но это то, чем ты хочешь заниматься. Думаю, я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Джина. Я люблю тебя больше, чем когда-либо смогу сказать, и две тысячи миль ничего не изменят. —
Ее темные влажные глаза нежно посмотрели на меня, и она потянулась ко мне. Она отстранилась, когда поняла, что сделала, и мы потрясенно посмотрели друг на друга. Наконец она рассмеялась, а ее глаза блестели от слез. Это был либо смех, либо плач, поэтому я решил сделать все возможное из плохой ситуации. В конце концов, мы обнялись, а поток студентов молча обходил нас, когда мы стояли на площади гуманитарных наук.
— Я рад за тебя. — сказал я наконец, выпуская ее из своих объятий.
Она вытерла щеки и улыбнулась. — Спасибо тебе. —
— Но я буду скучать по тебе. —
Она фыркнула и кивнула.
— А теперь пошли. — сказал я, обнимая ее за плечи со старой фамильярностью, — Люди подумают, что мы больше чем друзья. —
— Пусть, — сказала она бесцеремонно. — Но ты гораздо лучше. —
Я повернулся, чтобы посмотреть на нее, вопросительно подняв брови.
— Ты мой друг. — сказала она.
Вернувшись в общежитие, мы остановились и посмотрели друг на друга. Ее слезы высохли, но в глазах все еще стояла ожидаемая боль нашей разлуки.
— Я действительно рад за тебя. — сказал я наконец. Думаю, я пытался убедить не только ее, но и себя. — Я знаю, что ты преуспеешь в Лос-Анджелесе. — Я заставил себя рассмеяться. — Кроме того, кто-то должен уберечь Риган от неприятностей. —
Джина улыбнулась, ее глаза были напряжены, как будто она боролась со слезами.
— Я люблю тебя, Джина Коултер. И всегда буду. Мне жаль, что я все испортил. — На ее укоризненный взгляд я поправил свои слова. — Мне жаль, что мы все испортили, но ты всегда будешь моим другом. —
— Спасибо. — сказала она, входя в мои объятия.
Мы долго стояли вместе, не желая отпускать друг друга. В каком-то смысле это было прощание. Я знал, что увижу ее снова, но мы никогда больше не разделим это чувство близости, и единства. Мой желудок налился свинцом, но я решил не показывать ей этого.
Для этого и нужны друзья, верно? Ставить чьи-то нужды выше своих?
Я повторял себе это, пока мы молча прощались.
В каком-то смысле я был счастлив, что Джина едет в Калифорнийский университет – мы все еще могли быть друзьями, но мне не нужно было это скрывать. Написание писем не заставит меня чувствовать себя такой же виноватым, как проводить время вместе. Однако при мысли о том, чтобы написать письмо, у меня возникла идея.
До дня рождения Джины оставалось несколько дней, но я понятия не имел, что ей подарить. В прошлом я дарил ей вещи, которые сделал бы ее парень. Но те дни прошли, и я не хотел дарить ей что-то слишком интимное. Я не хотел дарить ей что-то слишком общее или, что еще хуже, вообще ничего не давать. Но, письмо...
В эти выходные я сел и написал ей письмо. Я излил ей душу, рассказывая о том, как я переживал наш разрыв, каким бы болезненным он ни был, и как я наслаждался нашей вновь вспыхнувшей дружбой. Я сказал ей, как сильно я все еще люблю ее и почему. Я рассказал ей, какой она замечательный человек и почему мне повезло с ней познакомиться.
В день ее рождения я отдал ей письмо без объяснений, сказав, чтобы она прочитала его позже, одна. Когда вечером зазвонил мой телефон, я понял, что это она. Она плакала и говорила, как сильно любит меня и как счастлива, что я не расстроен. Она говорила о том, как взволнована и как нервничает.
Когда мы, наконец, попрощались, я почувствовал смесь грусти и надежды: грустно, что мы никогда больше не будем вместе, но надеюсь, что она, наконец, будет счастлива. Повесив трубку, я несколько мгновений молча стоял в прихожей. Позади меня открылась дверь Ти-Джея, и я застыл.
 
— Не хочу показаться любопытным. — сказал он, — Но это была Джина? —
Не оборачиваясь, я вытер глаза и кивнул.
— Как она? —
— Она хороша. — сказал я, с трудом сдерживая эмоции, хотя все еще не осмеливался обернуться. — Осенью она переезжает в Лос-Анджелес. —
— Там хороший университет. — сказал он. — По крайней мере, у них хорошая футбольная команда. —
Я кивнул.
— Мне всегда нравилась Джина. — задумчиво произнес он. — Больше, чем Кендалл. И гораздо больше, чем эта Фелиция. Блин, она была сумасшедшей. Я рад, что ты ее бросил. —
Я сжал кулаки от стыда и вины и повернулся к нему.
Увидев мой взгляд, он нервно дернулся. — Шучу, шучу. —
— Все в порядке, Ти-Джей. — сказал я, позволяя напряжению растекаться по моим плечам. Как будто вытекая из моего тела, я почувствовал, как оно течет вниз по моим рукам к кончикам пальцев. Наконец я спокойно посмотрел на него. — Я лучше пойду. — сказал я наконец, кивнув в сторону своей комнаты. — Мне нужно поработать над рисунками. —
— Конечно, парень, без проблем. — сказал он.
После того, как я закрыл дверь, я стоял там на мгновение, задумавшись. Вместо того чтобы вернуться к своему блокноту, я вытащил гантели и разделся до трусов. Я наблюдал за собой в зеркале, когда поднимал гантели, а потом отжимания, но мои мысли были за миллион миль отсюда.
  
Глава 743
 
Когда я закрыл за нами дверь кабинета Шивон, Рэн повернулась и задумчиво посмотрела на меня. Мы только что закончили моделировать, и я намеренно не смотрел на ее тело, спокойно глядя ей в глаза. Она по-прежнему молчала, и я вопросительно поднял брови. Она старалась выглядеть знойной, но я старался сохранять хладнокровие. Наконец, она сломалась.
— Почему ты так чертовски уверен в себе? — сказала она, стараясь не смеяться.
Я рассмеялся, снимая напряжение. — О чем ты говоришь? —
— Я пытаюсь выглядеть соблазнительно. — сказала она. Потом обхватила руками груди и приподняла их. — Они тебе не нравятся? —
— По-моему, они прекрасны. — сказал я. — Но я думал, мы договорились... —
— Я знаю, о чем мы договорились, — раздраженно сказала она. — Но ты можешь хотя бы время от времени смотреть на меня и пускать слюни? Или приставать ко мне? Или получить стояк? Или... что-то еще? —
Я с трудом сдержал улыбку.
Но это было заразительно, и она тоже улыбнулась.
— Ну, о чем ты там разглагольствуешь? —
— Я хочу, чтобы ты кое-что сделал. — сказала она наконец. — И я подумала, что смогу... ну... флиртовать с тобой. —
— Почему бы тебе просто не спросить меня? —
Она пренебрежительно махнула рукой. — Разве это интересно? —
Рассмеявшись, я потянулся за одеждой.
Она попыталась выглядеть сердитой, но не смогла. Вместо этого она тоже начала одеваться.
— Хорошо. — наконец спросил я, — Что ты хочешь, чтобы я сделал? —
Она посмотрела на меня широко раскрытыми карими глазами, изображая невинность. — Ты сделаешь что-нибудь для меня? —
Я закатил глаза. — Тебе нужно потрахаться. — сказал я как ни в чем не бывало. — Я думаю, ты застряла в режиме флирта. —
Она начала было протестовать, но потом виновато покраснела.
— Что. — спросил я, ухмыляясь, — батарейки сели? —
— Нет. — сказала она с притворным раздражением.
Я щелкнул пальцами, внезапно все поняв. — А, понимаю. Кристи работает над своим портфолио для обзора. И она была слишком занята, чтобы ... — я сделал неопределенное движение пальцами. — Ну, ты поняла. Верно? —
— Это не твое дело. — сказала Рэн так надменно, как только могла. Затем она грустно улыбнулась. — Неужели это так очевидно? —
— Нет. — сказал я со смехом и покачал головой. — Я просто знаю тебя. Но предложение остается в силе, если ты хочешь присоединиться к нам с Кендалл. —