Летний лагерь свингеров (ЛП)

— За то, что я была так возбуждена. Я знаю, ты был сильно уставшим... —
— Я и сейчас такой. — зевнул я. —Но это не значит, что я не возбужден. —
—Я немного устала после вчерашнего. — сказала она. — Наверное, я сильно измотала себя. —
Я усмехнулся.
—Я так разнервничалась. — сказала она. — И ты так меня возбуждаешь. —
—Мне тоже от тебя жарко. — сказал я. Для пущей убедительности я сжал ягодицы и заставил стояк подергаться. — Но если у тебя заложен нос и слишком болят... —
— У меня не болят руки. — тихо сказала она.
— Точно? —
—Если я не могу позаботиться о своем парне. — Сказала она. — То вряд ли могу назвать себя твоей девушкой. Так что держись. —
С этими словами она встала и пошла куда-то. Вернувшись, она встала на колени между моих ног и начала намазыватьмой стояк кремом.
  
Глава 577
 
Когда я собрался с силами, чтобы открыть глаза и посмотреть на нее, я удивился: она выглядела ужасно. Ее глаза покраснели от недосыпа, она устало ссутулилась и не могла дышать через нос. Но она улыбнулась, заметив, что я смотрю на нее. Затем она начала медленно гладить мой стояк, а ее лицо было олицетворением преданности.
За все эти годы она не так уж часто меня ласкала, предпочитая сосать мой член, но она провела много времени с моим членом и знала, что делает. С нежным нажимом она медленно подняла его. Мой член все еще немного болел после вчерашней ночи, но от ее пальцев чувствовал себя лучше. Кроме того, мои яйца были готовы к их обычному утреннему выпуску.
Джина постепенно увеличивала темп, пока я не был готов лопнуть.
— Вот так. — тихо сказала она. — Почти приехали... —
Я закрыл глаза и просто сконцентрировался на удовольствии, исходящем от моего члена. Джина гладила член одной рукой, а другой рукой нежно массировала мои яйца.
Давление росло и росло, пока, наконец, с низким стоном, я не кончил. Пока я был погружен в блаженство перед оргазмом, Джина обхватила губами мою головку. Когда я кончил ей в рот, она продолжала гладить мой член. От бесчисленных минетов она знала, когда быстро гладить его, и когда нежно сжимать. После нескольких долгих, экстатических мгновений, я растекся на кровати, полностью истощенный.
Когда Джина проглотила остатки моей спермы, она села и сделала глубокий вдох.
— Извини. — сказала она. — я не могла дышать. — Затем, с блаженной улыбкой, она пробовала вкус моей спермы. — У лосьона какой-то странный на вкус. — заметила она. — но вкус твоей спермы с лихвой компенсирует это. —
—У тебя опять этот глупый, полубессознательный взгляд. — сказал я.
— Разве можно меня винить за это? —
Улыбнувшись, я покачал головой. Затем я жестом подозвал ее к себе.
—Я думаю, что готова заснуть. — сказала она, и закрыла глаза. — Причем окончательно. —
Я передвинулся в сторону, чтобы освободить ей место. Когда она устроилась рядом со мной, я обнял ее. Мой медленно уменьшающийся член прижался к ее заднице, когда я прижал ее к себе.
—Я люблю тебя. — тихо сказала она.
— Я тоже тебя люблю. —
— Хорошо. — Сказала добавила она. — А теперь дай мне поспать. —
Я не думала, что смогу снова заснуть, но когда я прижался к теплому, мягкому телу Джины, я почувствовал, как мои глаза отяжелели. Я решил закрыть их на минутку, но...
Когда я проснулся, было уже за полдень. Джина спала как убитая, но мне нужно было в туалет.
После того, как я вернулся, я потянулся и зевнул. Я был страшно голоден, но не хотел уходить. Если я спущусь вниз, чтобы поесть, мне понадобится эскорт, чтобы вернуться, а я не хотел просто бросить Джину. Поэтому я решил скоротать время с приседаниями и отжиманиями.
К сожалению, от этого мой пустой желудок почувствовал себя еще хуже. Я выпил слишком мало, чтобы страдать от похмелья, поэтому подумал, что причина в чем-то другом. Я надеялся, что не заболею так же, как и Джина.
Чтобы унять голод, я решил принять душ. К счастью, соседок Джины поблизости не было, так что мне не пришлось их пугать.
К двум часам Джина все еще крепко спала. Я не хотел ее будить, но мне нужно было что-нибудь поесть, иначе я отгрызу себе ногу. Поэтому я написал ей записку и поставил будильник. Потом оделся, собрал вещи и выскользнул из дома.
 
Быстро перекусив, я вернулся в свою комнату и позвонил Кендалл. Я все еще был немного расстроен из-за того, что она не пошла на вечеринку, но после встречи с Хейли и некоторыми другими девушками, я мог понять ее отказ.
Кендалл почувствовала мое настроение и не стала поднимать этот вопрос. Вместо этого мы поговорили о планах на ужин. Однако я хотел вовлечь Джину во все, что мы делали, и это, очевидно, раздражало ее. Тем не менее она согласилась встретиться с нами в семь часов.
Закончив разговор, я вытащил чертежные инструменты и трубку. Мне все еще нужно было отдать должное профессору Ледбеттеру, поэтому я направился в здание I&I.
Задача заключалась в том, чтобы изобразить архитектурную особенность, и я решил использовать свод паха (это крестообразный свод, образованный пересечением двух бочкообразных сводов, и римляне часто использовали их). Чертеж сейфа в высоте, не будет очень сложным, поэтому я решил нарисовать его в перспективе. Угол будет усложнять вид кривых, где два свода встречаются, и это будет сложный проект.
Когда я был в I&I, я направился в одну из студенческих дизайнерских лабораторий и выбрал столик у окна. Затем я заклеил лист бумаги, достал чертежные инструменты и принялся за работу. Я прочертил линии прямой линией. Я сделал свои изгибы французской кривой. И я обратил внимание на детали.
Когда я наконец поднял карандаш, шея и плечи у меня затекли. Взглянув на часы, я испытал шок – я провел в лаборатории больше трех часов. Но казалось, прошло всего несколько минут. Но я закончил с сейфом, и мне показалось, что он выглядит неплохо. Поэтому я собрал свои вещи и направился обратно в общежитие.
Джина как раз выходила из душа, когда я позвонил ей. Она не была в восторге от встречи с Кендалл за ужином, но после небольшого словесного выкручивания рук согласилась.
В конце концов мы поужинали в китайском ресторане. В нем был дешевый буфет, и еда была на самом деле довольно хорошей.
Девочки не сказали друг другу и десяти слов. Вместо этого они ели в напряженном молчании. Пару раз я пытался завязать разговор, но в конце концов сдался.
Как все дошло до такого? Где я ошибся? Что я могу сделать, чтобы все исправить?
К сожалению, у меня не было ответов.
После ужина обе девушки хотели что-то со мной сделать. Джина была более откровенна, но Кендалл дала мне знать это взглядом. Я не хотел выбирать одну из них, поэтому разочаровал их обоих и решил пойти потренироваться.
Они возражали, но я был непреклонен. Если они не могут общаться друг с другом, значит, они не могут развлекаться со мной. Я, конечно, не сказал им об этом, потому что это бы только все усугубило, но именно так я себя и чувствовал.
Я проводил их до кампуса, а потом пошел в свою комнату. Один.
Я подождал, пока уляжется еда, и переоделся в спортивную одежду. Мне нужно было отработать ужин, но мне также нужно было найти способ поддержать мои рушащиеся отношения.
Я был уверен, что смогу сделать первое, но второе, вероятно, окажется более сложной задачей.
— Почему все должно быть так сложно? — Угрюмо спросил я в пустоту. Почему нет простых решений для каждой проблемы? Почему я не могу все исправить, как на рисунке?
У меня не было ответов на эти вопросы.
Когда я добрался до спортивного зала, я занялся тренировкой и попытался забыть о проблемах.
***
В понедельник днем, вскоре после моего возвращения с работы, позвонила Джина. Хейли и пара других девочек устраивали вечеринку в честь Дня Рождения Риган, и у Джины было несколько минут до того, как она должна была встретиться с ними.
Мы заговорили о вечеринке в доме рода. Затем разговор перешел на Хейли.