Летний лагерь свингеров (ЛП)

—Вот в чем и есть вся Джина. Она не хвастается. Я уверен, что она говорит по-испански лучше меня. Я два года изучал этот язык, а у нее не было ни одного занятия. —
—Тогда откуда ты знаешь, что она говорит по-испански? — Спросила Кендалл.
—Мне потребовалось время, чтобы понять это. — сказал я. — Я понял это, когда мы были в Европе. Она с Томасом, испанцем, которого мы встретили на Ибице, говорила по-испански большую часть времени, когда они оставались наедине. Однажды вечером мы с Анникой были на балконе, и все двери были открыты, так что мы могли слышать разговор Джины и Томаса. Они о чем-то серьезно говорили по-испански, и я с трудом понимал, о чем они говорят. Но Джина старалась никогда не говорить при мне по-испански. Сначала я немного ревновал, потому что думал, что она что-то скрывает от меня. Но потом я понял, что она сделала это, потому что не хотела, чтобы я чувствовал себя глупо. —
—Это потому, что она любит тебя. —
— Именно. И я знаю, что она меня любит. Я вижу, как она смотрит на меня. Я вижу это по тому, как она ко мне относится. Конечно, иногда она принимает меня как должное, но она не ревнует. И она не собственница. Я имею в виду, сколько девушек ты знаешь, кто бы поделился своим парнем с другой девушкой? —
— Немного. — ответила она.
—Именно. И в этом отношении мне тоже очень повезло. Черт, она соблазнила больше девушек, чем я когда-либо. —
— Тогда зачем я тебе нужна? — Тихо спросила Кендалл.
—Зачем ты мне нужна? Я могу придумать миллион причин, но самая важная – это то, что я люблю тебя. —
— Но я не авантюристка и не всегда возбуждена. —
— Вообще-то да. Ты просто более сдержанна. Некоторые из твоих фантазий довольно дикие. Они тоже захватывающие. Я уверен, что у Джины есть фантазии, но она не делится ими со мной. Не так, как ты. —
—Она знает о них? —
Я покачал головой. — Но дело вот в чем. — начал объяснять я. — С Джиной, наверное, я иногда устаю. Так что, хотя ты, возможно, и не так возбуждена, как она, я не знаю, есть ли кто-то еще с кем секс так же хорош. Это определенно соотношение количества и качества. — Затем я серьезно посмотрел на нее. — С тобой я могу расслабиться и быть собой. С Джиной я всегда должен быть начеку. Иногда мои отношения с ней похожи на схватку: вихрь движения и эмоций, но если я хоть на секунду потеряю бдительность, то окажусь на спине, а из меня вышибут дух. —
Она кивнула.
—И как я уже сказал, Секс с тобой... что ж... это фантастика. Почему? Потому что мне не нужно беспокоиться о том, что ты будешь делать дальше. Я имею в виду, я знаю, что мы можем не торопиться и получать удовольствие, потому что ты не расстроишься, если я не сделаю то, или это. Мы с Джиной занимаемся любовью, но большую часть времени это просто секс. С тобой я почти всегда занимаюсь любовью, и мне это нравится. —
Она быстро огляделась, не подслушал ли меня кто-нибудь. К счастью, поблизости никого не было.
— Итак, я люблю вас обоих. — продолжал я, — по многим причинам. Но ты совсем другая. Ты понимаешь, что я имею в виду? —
— Наверное, я об этом не подумала. —
— Во многих отношениях ты настолько отличаешься от других, что я не могу тебя сравнивать. —
—Несмотря на то, что ты только что сделал? — спросила она. Затем она одарила меня слезливой улыбкой.
— Думаю, да. — ответила я со смехом.
— Ты не возражаешь, если мы не вернемся в мое общежитие? — спросила она.
—Конечно. А почему? —
—Я просто хочу посидеть с тобой. — сказала она. Потом опустила глаза. — Ты просто обнимешь меня? —
—С удовольствием. — сказал я, обнимая ее. Зарывшись лицом в ее волосы, я поцеловал ее. — Понимаешь, что я имею в виду? — Спросил я приглушенным голосом. — С тобой я могу расслабиться и быть собой. —
—Хорошо. — сказала она. —Потому что я хочу, чтобы ты был счастлив. И я люблю тебя. —
— Я тоже тебя люблю. Очень, очень. —
Глава 474
Моим часовым уроком был архитектурный дизайн, и я с нетерпением ждал его весь день. Класс состоял в основном из парней, но было несколько девушек, сидящих здесь и там. Я нашел место ближе к середине класса: не впереди с лизоблюдами и не сзади с бездельниками. Затем я изучил людей вокруг меня. Выражение их лиц варьировалось от нервного до скучающего, от возбужденного до невежественного. Пока мы ждали профессора, я мечтал о том, чтобы получить премию «Архитектор года».
 
Мои приятные (и совершенно нереальные) мечты были прерваны, когда профессор буквально ворвался в комнату. С почти осязаемым чувством, как его переполняет энергия, он шагнул вперед. Затем он повернулся, сцепил руки за спиной и просто стоял. Он был высок, с седыми волосами и суровым лицом, и, когда он оглядел класс, мы притихли. Когда шепот наконец утих, и все обратили на него внимание, он оглядел класс, и его глаза на мгновение остановились на многих из нас.
—Меня зовут Ласло Йоска. — сказал он просто.
У него был странный акцент, и он произносил свою фамилию как «Йошка». —
—Это класс архитектуры, и дизайна. — продолжил он. —Если вы не должны быть здесь, Пожалуйста, будьте добры уйти по-тихому. — Когда никто этого не сделал, он продолжил. — Хорошо, большинство из вас считает, что вы должны быть здесь. Я сомневаюсь, что вы правы в этом предположении, но это еще предстоит увидеть. — Затем его губы расплылись в полуулыбке. — В течение следующих двенадцати недель, большинство из вас возненавидят меня. Позвольте мне сказать вам прямо сейчас, что мне... Правильно, мне все равно. —
Несколько человек нервно оглянулись.
—Я здесь не для того, чтобы нравиться вам. — продолжал он. —Архитектура – серьезный бизнес для серьезных людей. И я скажу вам прямо сейчас, что многим из вас никогда не стать архитекторами. Правильно, ты изменил свою специальность или вообще бросил школу. Но меня это тоже не волнует. — В наступившей тишине он снова оглядел класс. — Но те немногие из вас, у кого хватит таланта и решимости пережить следующие пять лет, станут строителями цивилизации. —
Когда он замолчал, несколько человек кивнули. Я был одним из них.
Затем профессор Йоска потратил следующие двадцать минут, рассказывая нам, насколько трудным будет занятие. Последние полчаса он говорил о наших проектах и о том, чего он ожидает. Он говорил, как безжалостный перфекционист. И, судя по переполненной программе и количеству проектов, которые нам предстояло закончить, на занятиях будет много работы. Как ни странно, я не мог дождаться начала.
После занятий я вернулся в общежитие. Кендалл пробудет в классе еще час, а Джина не выйдет из класса раньше четырех. Так что мне нужно было чем-то убить пару часов.
Как только я вышел из лифта на четвертом этаже, Кэри, мой ассистент, поднял голову. Он держал планшет, и казалось, что он действительно ждал меня.
— А. — сказал он, — вы из 415D, верно? — Потом он просмотрел список. — О да, Пол. —
—Эм... да? —
— Я ждал тебя. —
—Ждал меня? — Спросил я.
Он кивнул. — Я только что осмотрел комнату твоего соседа. —
—Ты хочешь сказать, что действительно встречался с моим соседом по комнате? — Удивленно спросил я.
— Конечно. — ответила Кэри. — Он только что вошел в лифт. Вот почему я стоял здесь. — Затем он склонил голову набок. —Ты хочешь сказать, что еще не встречался ним? —
—Нет. Мы оставили друг другу несколько записок, но... — Я указал на другой лифт, вздернув подбородок и пожав плечами. — Думаю, нам всегда удавалось скучать друг по другу. —
— О боже! Ну, вы с ним скоро познакомитесь. — Затем он сделал жест планшетом. — Ты готов осмотреть комнату? —
—Конечно… Наверное. — сказал я.
Спускаясь по коридору, я размышлял, что такое осмотр комнаты. Он будет рыться в моих вещах? Я должен доказать, что та вода в горшке, это не бухло? Придется ли мне поворачивать голову и кашлять? Услышав это, я тихо усмехнулся.
В конце концов осмотр комнаты оказался на удивление легким. Кэри оглядел стены, письменный стол, шкафы и другие предметы обстановки. Затем он записывал каждую крупную царапину или царапину (мелкие не стоили внимания). Комната была в хорошем состоянии, так что ему оставалось только сделать несколько заметок. Потом он отдал мне планшет, и я подписал бланк.