Летний лагерь свингеров (ЛП)

Я наблюдал, как она начала всерьез двигать головой, концентрируясь на том, чтобы заставить его кончить. Когда она яростно сосала его, я ускорил свой темп. Мама отодвинула руки назад, чтобы схватить яйца моего отца, покрытые брюками, когда она неоднократно насаживала свой рот на его блестящий от ее слюны член. Она закрыла глаза и полностью сосредоточилась на том, чтобы заставить его кончить.
Моя рука двигалась, быстро поглаживая член. Я наблюдал, загипнотизированный видом маминых щек и губ, и как она двигала головой взад и вперед. Она отсасывала ему, пока только головка его члена не была у нее во рту, затем она слегка приоткрыла губы и продвинула голову вперед, пока он не оказался более чем на полпути в ее рту. Когда она перестала двигаться вперед, она зажимала губы на его члене и повторяла движения.
Она раскачивалась взад-вперед, сося его член, а ее грудь покачивалась из стороны в сторону ритмичными движениями, и я был очарован всей сценой. Она гладила его твердый член своими губками и язычком.
Внезапно папа наклонился вперед и положил обе руки маме на затылок. Он держал ее неподвижно, когда толкнул свои бедра вперед. Затем он напрягся и застонал. Я мог сказать, что он закачивал свое семя ей в горло. Она крепко держалась за его задницу, держа его член глубоко в своем горле, когда он кончал.
Когда я почувствовал, что скоро кончу, я чуть не запаниковал, размышляя, куда мне кончать. С едва задушенным стоном, я просто нацелил свой член из укрытия, когда я почувствовал, что мои яйца наконец закипели. Мой молодой член кончил так сильно, что я подумал, что сверкающие, жемчужные капли, должно быть, ударили по задней части универсала, откуда я опустился на колени в кустах.
Чудесное чувство нахлынуло на мой член. Я восхищено смотрел, как мама медленно вынимала член отца из своего рта.
Рывки моего отца стихли, как и мои собственные, и мама позволила его члену полностью соскользнуть с ее губ. Она снова сглотнула и глубоко вздохнула, тяжело дыша.
Мой собственный фонтанирующий пенис изверг мою сперму на все листья кустарника, и я понял, что мне лучше покинуть укрытие. Я как мог счистил головку своего все еще стоящего пениса и медленно, тихо, покинул укрытие, где я был свидетелем.
Когда я подошел к переднему углу кабины, я понял, что у меня все еще есть бейсболка отца и солнцезащитные очки летчика в левой руке. Я быстро решил немного сбегать с холма, а затем вернуться, как будто я только что вернулся.
Когда я возвращался на холм к хижине, я позвал их, чтобы предупредить, что я иду. Когда я обогнул угол хижины, моя мама только встала на ноги. Я видел мимолетные виноватые, но не позволявшие этому появиться взгляды на лицах обоих моих родителей. К счастью, папины брюки были застегнуты молнией, но я заметил, что мамины губы и лицо все еще были красными от напряжения, и оба ее колена были в песке. Я видел, как глаза моей мамы вопросительно упали на мой пах. Она быстро подняла глаза, но я увидел любопытство на ее лице, прежде чем она подавила его.
Я подбежал к моему отцу и протянул ему очки и кепку.
— Ты забыл это, пап. Мне нужно идти! Приятного путешествия! —
Потом я убежал.
Когда я повернул за угол и начал бегать по склону, я услышал, как моя мать сказала: — Что это в него вселилось? —
Я не слышал ответа моего отца, побежав в клуб.
Я хотел побыстрее купить Coca-Cola, и не стоять в очереди.
Глава 4
Той ночью я лежал на верхней койке с миллионом мыслей в голове. В моем воображении я продолжал воспроизводить сцены, когда мама сосала папин член. Когда я лежал на спине и думал о моей красивой маме на коленях, мой член быстро встал и сделал палатку под простыней.
Я всегда думал, что моя мама красивая, но до сегодняшнего дня я никогда не думал о ней в сексуальном плане. Я был смущен и взволнован одновременно. Я воспроизвел всю серию событий в своем уме: вид маминых губ, обвитых вокруг члена моего отца, ее выпирающие щеки, когда она проглотила его член, качание ее груди, когда она двигалась взад и вперед, выражение ее лица, наполненное похотью. Все эти взгляды и многое другое переполнили мои мысли, и я медленно протянул руку под одеялом, чтобы взять рукой мой член.
 
Когда я обхватил пальцами свой член и начал медленно и тихо дрочить, я представил себе, как мама будет выглядеть, стоя на коленях передо мной, глядя на меня, а ее рот будет открыт, чтобы взять мой член. Мое возбуждение преодолело мой стыд, и моя рука увеличила скорость.
К счастью, двухъярусные кровати были крепкими и хорошо построены, и не скрипели и не качались с моими яростным движениями. Сестра спала на нижней койке, и я яростно мастурбировал, думая как губы моей матери будут обернуты вокруг моего члена.
Я знал, что вот-вот кончу, и лихорадочно искал, куда бы выстрелить. Дома у меня была коробка с салфетками рядом с кроватью, но здесь ничего не было, кроме простыней. Я не хотел кончать на свою простыню (и спать остаток ночи в своей сперме), поэтому я снял верхнюю простыню с моего тела, когда у меня наконец закончилось время.
С приливом удовольствия и глухим стоном я кончил. Я почувствовал, как мой гейзер горячего семени поднялся в воздух и приземлился на мою грудь и живот. С одним последним толчком моих бедер струя прекратилась, и я расслабил напряженные мышцы ног и спины. Я лежал там тихо, сжимая свой член в темноте, а моя собственная сперма медленно охлаждалась на моей груди и животе.
Я прислушивался к любым признакам движения в салоне. Моя кровь шумела в ушах, и мое сердце бешено колотилась, когда я пытался глотать воздух так тихо, как мог: я напрягался, чтобы услышать любой признак того, что меня поймали. Когда я ничего не услышал, я спокойно потянулся к лестнице и сел, стараясь не запачкать спермой простыню. Я спустился вниз и тихо пошел босыми ногами к ванной.
Слава богу, что в этом доме есть комната с собственной ванной комнатой! Я закрыл дверь так тихо, как мог, держа ручку повернутой, чтобы защелка не щелкнула, и включил свет. Глядя на себя в зеркало над умывальником, я увидел белую сперму, которая начала стекать по моей груди и животу. Были жемчужные капли моего семени в моих темных лобковых волосах, и я вытащил бумагу из полотенце-сушителя и начал чистить себя.
После того, как я закончил, я помыл тряпку в раковине и повесил ее, чтобы она высохла. Я выключил свет и открыл дверь так тихо, как только мог. Когда я подкрался к лестнице на верхнюю койку, сонный голос моей матери поразил меня.
— Все в порядке, дорогой? —
Я был так взвинчен, что чуть не выскочил из кожи при звуке ее голоса. Мои глаза еще не привыкли к яркому свету в ванной, но я представлял, как она приподнялась на локте, простыня сползла с плеч, а ее загорелые груди блестели в бледном лунном свете, который проходил через окно. Несмотря на то, что я кончил только один раз, я почувствовал, что мой член встал.
— Да, мама, я в порядке, я просто хотел выпить воды. — Солгал я.
Я слышал, как она затаила дыхание, и я знал, что она, должно быть, увидела мой эрекцию.
— Ладно, дорогой, спокойной ночи. — Тихо сказала она, ничего не говоря о моем стояке.
— Спасибо, мам. — Сказал я, поднялся по лестнице, и лег.
Я полежал еще немного, пока мои глаза медленно приспосабливались к тусклому свету, проникающему снаружи. Мой стояк немного уменьшился, но не сильно, и я пытался думать о чем угодно, кроме секса.
Но каждый раз, когда я пытался не думать об этом, я видел, что моя мама встала на колени перед моим отцом с его членом во рту. И я представил себе выражение похоти на ее лице, когда она отсасывала ему. Я знал, что мама еще не спала, поэтому я не осмелился снова мастурбировать.
Я перевернулся на бок и посмотрел на кровать, которую мама занимала одна. В лунном свете, когда мои глаза привыкли, я мог ясно видеть ее: покрывала действительно соскользнули с ее груди, и я посмотрел на ее груди, где они сплющились и выпирали в стороны, когда она лежала на животе. Я знал, что если бы я мог видеть больше, мама, конечно, могла бы видеть мой стояк.