Летний лагерь свингеров (ЛП)
К тому времени, однако, Эрин тоже начала развиваться. У нее была маленькая грудь и пучки лобковых волос, но она все еще была похожа на мальчика. Однако она не казалась застенчивой. В конце концов, она уже провела несколько лет у тети Сьюзен, и она и ее друзья, казалось, наслаждались сравнением своих тел.
Я думаю, это всего лишь одно из многих серьезных различий между мужчинами и женщинами.
Но я отвлекся…
Хотя ей было не совсем тринадцать, я уже мог видеть, что Эрин будет очень похожа на маму. В тридцать шесть лет я всегда думал о своей маме как о старой женщине, но я понимал, что она очень привлекательна. Она была очень красивой.
Мама, чье имя была Бет, имела темные светлые волосы и стройное тело. Я, наконец, обогнал ее по росту – он у нее был 165см. Пока я не знал, какой размер бюстгальтера она носила, я восхищался ее красивыми, округлыми грудями, на которых были отмечены маленькие коричневые ареолы. Я видел много обнаженных грудей за последние несколько лет и понял, что моя мама была очень милой.
Кроме того, у нее была фигура песочных часов с аккуратным пятном темных лобковых волос. Оглядываясь назад, я понимаю, что мама, должно быть, брилась, но в возрасте пятнадцати лет я просто подумал, что ее киска была более аккуратной и привлекательной, чем у других женщин. Мама так-же легко загорала и всегда ходила с бронзовым загаром. Эрин была такой же, и ее гибкое молодое тело всегда было темнее, чем мое.
Там, где мама была пепельно-белокурой с темным загаром, мой отец был темноволосым и светлым. Мой отец, Дэвид, был высоким. С его ростом в 2 метра футов он возвышался над мной. Он также был мощно слажен и был очень сильным на вид. И хотя мой пятнадцатилетний пенис был не таким маленьким, как у некоторых моих друзей из лагеря, я надеялся, что я буду больше похож на своего отца.
Хотя у меня может быть больше от мамы, я бы, конечно, получил темно-коричневые волосы моего отца и светлую кожу. С тех пор, как в наш первый год в лагере, мне пришлось убедиться, что я не сжег свою кожу в пылающем солнце Южной Каролины. В общем, я думаю, я больше походил на Папу. Со временем я накачался как мой отец, но в 1978 году я все еще был низким.
Моя семья в начале июня 1978 года с нетерпением ждала окончания школы и нашего неизбежного отъезда к тете Сьюзан.
***
У тетушки Сьюзен мы обычно останавливались в одном из номеров типа мотеля или клуба. Номера типа мотеля на самом деле представляли собой пару рядов зданий из шлакоблока с помещениями по обеим сторонам.
Большинство из них имеют двуспальную кровать и односпальную или двухъярусную кровать, с небольшим комодом для хранения личных вещей. Так как это был нудистский лагерь, не было большой потребности в хранении одежды. Некоторые номера были больше, некоторые были меньше, но содержание, как правило, было тем же самым.
В 1978, так как моя семья останавливалась все лето, мы получили один из автономных домиков на холме, подальше от клуба. Когда мы добрались до лагеря, все было как и раньше. Мало что менялось из года в год у тети Сьюзан, и лагерь был таким, каким я его запомнил.
Весь лагерь был на вершине очень большого холма (больше похожий на горный хребет). Гребень холма был в нескольких сотнях метров позади и примерно в двух с половиной тысяч метров над клубом, с песчаной дорогой, ведущей по пологим склонам в самый лагерь.
Песчаная дорожка была всю дорогу. Но как только вы достигнете небольшого подъема позади лагеря, сосны Южной Каролины и песчаная почва уступают место однокомнатным домикам и небольшим мобильным пригородным прицепам, постоянно припаркованным на блоках и подключенным к электричеству.
Вниз по склону здания типа «Мотель» из шлакоблока были слева, а здания клуба было справа. Дорога продолжалась несколько сотен метров влево, немного вниз от клуба, к нескольким постоянным домам в обычном стиле, занятым постоянными жителями лагеря, такими как тетя Сьюзан.
Вниз по склону от здания клуба, на стороне напротив дороги, были площадки для штраф-бордов и песчаная волейбольная площадка. За всем этим была детская площадка для маленьких детей. Весь лагерь и окружающие леса были больше, чем я когда-либо видел, отданный в основном сосновым лесам и песчаной почве, которые встречаются в этой части страны.
Сам клуб часто был центром жизни лагеря. Было несколько дверей в клуб, но я почти всегда пользовался боковой дверью рядом с песчаной дорогой. Внутри прохладных границ большого здания было несколько столов для пинг-понга, старый бильярдный стол в стиле бильярдного зала с удаленными слотами для монет и стол для аэрохоккея (который всегда, казалось, нуждался в ремонте).
К задней части здания и справа от игровых столов, была большая ванная комната со стеной из раковины и открытой душевой. Я знаю, это звучит странно, но это был нудистский лагерь, так что не было никакой необходимости в закрытом в душе. Была, однако, дверь от душевой, которая вела к номеру, содержащему несколько раковин и туалетов.
Мимо игровых столов и стены, удерживающей раковины и содержащей зону для купания, развернулась основная часть клуба. Слева, в передней части здания, был большой камин с почти дюжиной диванов по бокам и перед ним. Ни один из диванов не подходил друг другу, и, должно быть, все они были пожертвованы для лагеря. За диванами и мимо игровых столов-по другую сторону стены рядом с зоной для купания стояли всевозможные столы и стулья.
На дальней стороне задней стены была кухня. Кухонная зона выходила на длинный прилавок. За прилавком, на задней стене, был ряд печей, а затем несколько раковин, каждая из которых отделена примерно на десяток сантиметров от другой. На задней части стены раковины ванной были холодильники.
Каждая семья принесла несколько корзин (мы использовали корзины прачечной), полные еды и напитков. Каждый выбирал свою зону под стойкой и в холодильниках, и это было в основном по системе чести. В холодильниках не было никаких имен, но у большинства из них была фамилия на корзинах с едой, хранящихся под прилавками. Ты просто знал, где твои вещи, и все, что не было твоими вещами, ты не трогал.
Из дальней боковой двери клуба, напротив боковой двери возле дороги, был большой внутренний дворик со ступеньками, ведущими вниз к штраф-борду и волейбольным площадкам. За парадной дверью клуба, в стене напротив кухни, был травяной газон, который протянулся вниз по склону к озеру.
Это был лагерь тети Сьюзан, и моя семья была там все лето. Мы подъехали к нашему новому дому и остановились вдали от дома, и вышли, чтобы размяться после долгой поездки из Атланты. Мы также хотели посмотреть на наш домик.
Домик, который мы получили, был немного больше, чем номер в стиле мотеля, в котором мы обычно останавливались, но он все равно был маленьким. В нем все еще были двухъярусные кровати и одна двуспальная кровать, но в нем также был покрытый тканью диван и пара мягких стульев. И самым крутым было то, что у него была небольшая, но отдельная ванная комната, с горячей водой. В передней части кабины было крытое крыльцо, с парой кресел-качалок, загораживающих вход.
Внутри, это был действительно один большой номер: двухъярусные кровати были сразу слева, большая кровать в левом заднем углу, ванная в правом заднем углу и гостиная справа от двери.
Как только мы осмотрели внутреннюю часть, мы начали разгружать вещи. Сначала мы выгрузили наши складные стулья и шезлонги и поставили их на крыльцо дома. Затем появились две большие сумки с постельными принадлежностями и подушками, банные полотенца и пляжные полотенца для семьи. И, наконец, мы выгрузили наши дорожные сумки, набитые триггерами(?), туалетными принадлежностями и другими предметами для отдыха, которые нужны каждой нудистской семье (фризби, маски, плавки и другие полезности).
Затем папа отвез нас всех в клуб, чтобы разгрузить еду и напитки. Когда мы добрались туда, было уже поздно, и вокруг было мало людей: в основном пожилые пары, которые были круглогодичными жителями. Мама и папа поздоровались с большинством из них, когда мы с Эрин начали таскать корзины с едой и напитками.