Летний лагерь свингеров (ЛП)

—Я не хочу привыкать к этому, но я думаю, что если делать это время от времени, то все в порядке, — сказала она.
Я посмотрел на нее, и мое замешательство только усилилось.
—Ты уже не тот, каким был месяц назад. И ты доказываешь, что можешь серьезно относиться к обязательствам и уважению. Это очень важные вещи, Пол, в любых отношениях.—
Я кивнул головой.
—Теперь, — озорно сказала она, — моя очередь. — Затем она толкнула меня на спинку одного из кресел-качалок. Я внезапно сел и растерянно посмотрел на нее. Она положила полотенце мне между ног и оценивающе посмотрела на меня.
Я видел этот взгляд в ее глазах раньше! В последний раз, когда я его видел, она...
... упала на колени передо мной, используя полотенце в качестве подушки. Она притянула мои бедра к себе так, что я сгорбился в кресле. Невероятно эротически она опустила голову.
В одно мгновение она захватила мой мягкий член губами, и стала нежно посасывать его. Мне стало тяжело в одно мгновение. Она подняла голову с моих колен и на мгновение я запаниковал, думая, что она собирается прекратить. Она улыбнулась мне, ее выражение, полное похоти, и все мои страхи рассеялись, когда она снова опустила голову.
Чувство, когда она взяла его в рот, было изысканным. Они со Сьюзан сосали его по разному, подумала я. Сьюзан иногда была более прямолинейной, но мама была намного, намного мягче. Когда она взяла его, это было похоже на горячую, влажную бархатную перчатку, опустившуюся на мое мужское достоинство.
Я яростно сжал руки на кресле-качалке, и закрыл глаза, смакуя ощущение, когда она медленно двигала губами. Когда она добралась до короны, она позволила ему полностью выскочить из ее рта, и снова нахально ухмыльнулась на меня. Я сглотнул и смотрел, как она медленно целовалась и покусывала чувствительную нижнюю часть. Ее мягкая щека потерлась о мои яйца, когда она достигла основания моего члена, и я содрогнулся при ее прикосновении.
Она вдохнула мой запах, и легкая улыбка была на ее лице, а затем она поцеловала его кончик. Оказавшись там, она взяла головку губами, и провела языком по чувствительной нижней стороне. Я был на небесах. Чувство было почти таким же эротическим, как и само зрелище.
Когда она взяла его в рот, я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Она опустила рот на мою эрекцию, и зажала губы вокруг члена примерно на половине длинны. Я чувствовал ее дыхание у себя на вершине моего ствола, как она открыла рот и взяла его. Когда ее губы сомкнулись у основания моего вала, я застонал.
Я уже кончал четыре раза в тот день, и я знал, что мне понадобится много времени, чтобы достичь оргазма. Я, конечно, не возражал, и мама, похоже, тоже. Она начала заниматься любовью с моим пенисом, а я откинулся на спинку стула и нежился в ощущениях, которые она создавала.
Она лизала, сосала и дразнила мой каменный вал в течение долгого, долгого времени. Мое дыхание стало поверхностным и быстрым, когда она уговорила меня еще один оргазм. Она почувствовала, что это происходит, и начала работать губами против моего вала, чуть ниже короны. Пока она это делала, она подняла руку и сжала основание моего мужского достоинства, ритмично доя его.
Мой оргазм начался с кончиков пальцев рук и с пальцев ног. Он медленно набирал скорость, двигаясь по моим конечностям, собирая силу. Ощущение сосредоточилось на паху и продолжало нарастать. Я начал дрожать в ожидании освобождения, которое принесет моя кульминация. Моя кожа покалывала от предвкушения. Мне хотелось закричать, вскочить, и свернуть горы!
Мама стонала почти отчаянно, когда чувствовала что я сейчас кончу. В порыве я стиснул зубы, чтобы не заплакать, и каждая мышца в моем теле напряглась. Первый рывок спермы взорвался от моего члена, и я почувствовал, что меня выворачивают наизнанку. Электрическое покалывание распространилось по всему телу, наполняя меня энергией и силой.
После этого первого мощного всплеска, следующие несколько были ничтожны по сравнению с ним. Ощущение, впрочем, было как никогда сильным. Я чувствовал, что я плыву, оторванный от реальности, поскольку все мое внимание было сосредоточено на чувстве глубоко внутри меня. Я понятия не имею, когда мой оргазм утих, я просто закрыл глаза и отключился.
 
Глава 137
Мои глаза открылись, и я дернул головой. Я моргнул и глубоко вздрогнул. Было темно, и я сидел на крыльце нашей хижины. Все мое тело защипало, а ощущение исходило из паха. Я огляделся вокруг и медленно пришел в себя, вспоминая, где я был и что делал.
Когда я посмотрел вниз, мама положила голову мне на бедро и лизала мой медленно сдувающийся пенис. Каждая мышца моего тела была утомлена, а конечности были как резиновые. Я лежал там, слишком слабый, чтобы двигаться, и наслаждался ощущениями, когда она нежно сосала его.
Наконец, неохотно, я двинулся. Мама почувствовала мое движение, и выпустил мой мягкий пенис из своего рта. Она посмотрела на меня и улыбнулась, а ее глаза слипались от усталости. Она поцеловала последний раз его сморщенную головку, и медленно встала. Я качнулся вперед и едва смог подняться на ноги.
Я посмотрел на маму, и криво улыбнулся. Она улыбнулась, закрыла глаза и медленно кивнула. Она наклонилась к поясу, чтобы достать полотенце, а затем взяла мою руку в свою. Я почувствовал, что вот-вот рухну, когда она подошла ближе и поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать меня в щеку.
—Я люблю тебя, мам —прошептала я.
—Я тоже тебя люблю, дорогой.—
С этими словами мы вошли в дом. В моем пост-оргазмическом, ослабленном состоянии, я серьезно задумался, смогу ли я подняться по лестнице на свою верхнюю койку. Я подумал, что я мог бы просто развалиться на диване. С огромным усилием я поднялся по ступенькам и рухнул на кровать, даже не потрудившись натянуть на себя простыню. Я уже крепко уснул, когда моя голова еще даже не коснулась подушки.
***
Я был на плоту посреди озера, и произошло землетрясение. Вода в озере была настолько бурной, что плот качался бок о бок, поскольку землетрясение вибрировало все. И по какой—то причине, моя левая рука болит. Я посмотрел налево, и Эрин стояла в воде, нетронутая нахлынувшими волнами; она пыталась заставить меня поплавать.
—Пол!— она шипела. —Приближается.—
—Я хочу поплавать с тобой.—
—Пол. Они собираются уходить.—
—Кто собирается уходить?—
—Кендалл!—
Я решил, что плавание с Кендаллом может быть не так уж плохо. Но к тому времени плот перестал качаться, и я был доволен просто лежать на нем. Пока боль в левой руке не ошеломила меня и я ... открыл глаза.
Вместо ярко-голубого неба я уставился на крышу хижины. Моя рука болела, как ад, но плот, моя кровать, перестал двигаться. Как я вообще сюда вернулась? А что насчет землетрясения? Кто-нибудь пострадал? Почему Эрин хотела, чтобы я купался?
—Пол!—
—Что?—Я спросил, моргнув глазами и неудачно отбиваясь от огромного зевка. Я спал? Я посмотрел налево и столкнулся лицом к лицу с Эрин, когда она стояла на лестнице на верхотуру.
— Кендалл и Дрю, — сказала она раздраженно.
—О чем ты?—
—Они уезжают примерно через пятнадцать минут. Вот так вот!—
Это привлекло мое внимание.
—Я трясла тебя, пытаясь разбудить в течение пяти минут. Ты все время говорил мне, что не хочешь плавать.—
Это объясняет землетрясение. Эрин практически вытолкала меня из постели. Я споткнулся о лестницу и бледно огляделся. Эрин повела меня в ванную, не слишком мягко, и толкнула меня внутрь.
—Почисти зубы, умойся и причешись. В таком порядке, — сказала она терпеливо. —У тебя есть три минуты. — Затем она закрыла дверь.
До того, как меня бесцеремонно засунули в ванную, я успел мельком увидеть что снаружи. Не так уж и много времени прошло после рассвета. Это означало, что я снова получил только несколько часов сна. Я почистил зубы, умыл лицо и причесался, как и было приказано. Когда я открыл дверь ванной, я на самом деле чувствовал себя немного более бодрым. Эрин схватила меня и вывела за дверь перед собой.