Летний лагерь свингеров (ЛП)

После ужина все девочки быстро прибрались, и наши родители пошли сидеть на диванах. Эрин и Лия пошли за другой стол, чтобы поиграть в игру, но мы с Джиной быстро поняли, что нас пригласили присоединиться к нашим родителям и каре на кушетках.
Мама и папа сидели в конце одного дивана, а родители Джины занимали места в конце лежащего дивана. Кара сидела на другом конце дивана, на котором сидели ее родители, а мы с Джиной заняли другой конец дивана, который занимали мои родители.
Папа обнял маму, и она прислонилась к нему. Отец Джины сделал то же самое с мамой, а потом все посмотрели на нас.
Я смущенно улыбнулся и поднял руку. С улыбкой на лице Джина поджала под себя ноги и жадно прижалась ко мне. Мне было неловко сидеть там с нашими родителями так близко, но она чувствовала себя так естественно, что я быстро преодолел свое беспокойство.
И снова мы лишь слушали, затерянные в нашем собственном мире. Кара улыбнулась и подмигнула мне, когда я поднял глаза, и я снова покраснел. Джина просто положила голову мне на плечо и лениво потерла руку о мое бедро. Я был решительно благодарен за то, что я столько раз кончал в тот день. Если бы я этого не сделал, я искренне волновался, что у меня может быть эрекция, просто от прикосновения ее руки к моей ноге.
Вскоре после наступления темноты, Кара зевнула и сказала, что собирается лечь спать. Увидев, что глаза Джины опустились, ее мать предложила ей тоже лечь спать.
—Ты проследишь, чтобы она добралась до хижины, Пол? — Элизабет спросила меня.
Мама улыбнулась мне, когда я кивнул.
Я встал и помог Джине встать на ноги. Она пошла поцеловать родителей на ночь, и мама жестом указала на меня. Она поцеловала меня в щеку и улыбнулся мне.
— Я думаю, мы собираемся прогуляться по озеру с Крисом и Элизабет, — сказала Мама.
Я кивнул, засыпая, и потянулся к Джине. Она взяла меня за руку, и мы отправились в ночь. Прогулка к ее каюте, со звуком сверчков, сопровождавших нас, прошла в тишине. Мы оба очень устали от всех мероприятий этого дня. Я внутренне улыбнулся и обнял ее. Она обняла меня за талию, и мы просто наслаждались присутствием друг друга.
Я проводил ее на крыльцо, где она сонно смотрела на меня. Я усмехнулся и пальцем приподнял ее подбородок. Она закрыла глаза и приоткрыла губы. Я нежно поцеловал ее, держа ее лицо руками. Мы расстались, и я провел пальцем по ее щеке, смакуя ощущение ее гладкой как атлас кожи.
—Я люблю тебя, — прошептала она.
—Я тоже тебя люблю.—
—Спокойной ночи.—
— Спокойной ночи, — сказал я.
Она встала на цыпочки, чтобы поцеловать меня снова. Ее губы были мягкими и сладкими, и я жаждал поцеловать ее сильнее. Но я сдерживал свои эмоции, и с полу-подавленным зевком она повернулась, чтобы войти в дом.
Когда она была в безопасности, я повернулся к нашему дому. Эрин уже спала, и я позаботился о тишине, когда вошел. Я включила свет на крыльце для мамы и папы и закрыла дверь в каюту. Я пошел в ванную и оставил свет, потянув за дверь почти закрытой. Это дало бы моим родителям достаточно света, чтобы видеть, но не заставило бы меня спать.
Я поднялся по лестнице на койку и заснул почти до того, как ударился головой о подушку.
Глава 112
На следующее утро я проснулся и слушал пение утренних птиц, глядя в потолок хижины, в нескольких футах над моей головой.
Семья Джины уезжала. Я не увижу ее еще год. У меня внезапно пересохло во рту, и я начал паниковать. Что если она встретила кого-то еще? Кто-то из ее старшей школы? Что если она вернется в следующем году, и я ей не понравлюсь? Что если...?
Я закинул руки за голову и попытался успокоиться. Если бы она встретила кого-то другого, я бы ... Ну, я не знал, что буду делать. Мириады вещей играли в моем воображение. К сожалению, я был проклят, имея хорошое воображение. В такие времена.
Я рассеянно прислушался, когда Эрин встала и пошла в ванную. Я слышал, как она причесалась, а потом тихо открыла дверь. Она оставила его открытым, и я почувствовал запах соснового леса.
 
Я отбросил панические мысли в сторону и спустился с кровати. Я был настолько отвлечен, что даже не заметил, как моя утренняя эрекция обмякла. Для начала я увидел, что мама и папа все еще в постели. Они, должно быть, пришли очень поздно; мой отец обычно рано встал.
Я спустился по лестнице так тихо, как мог, воспользовался ванной комнатой, а затем направился к клубу.
Когда я добрался туда, Эрин просто сидела с тостом. Я приготовил себе миску хлопьев и присоединился к ней.
— Доброе утро, — сказал я, присаживаясь.
Она посмотрела на меня с подозрением. Я тайно усмехнулся, когда она поняла, что я не шучу. — Доброе утро, — нерешительно сказала она.
—Что ты делаешь сегодня?—
Она посмотрела на меня, как будто у меня две головы. — Ничего — уклончиво ответила она.
—Это здорово.—
Я откусил еще кусочек хлопьев и тайно наблюдал за ней. Она была смущена. Я старался быть с ней милой. Ну, по крайней мере, я не придирался к ней. И она не знала, что делать.
—Сошники уезжают сегодня, — сказал я.
—Да, как и семья Триш.—
—Дуайт и Карен?—
—Да. — Она откусила еще один тост, медленно согреваясь.
—Итак, ты хочешь потусоваться вместе после того, как они уйдут?— Я спросил навскидку.
Она перестала жевать и посмотрела на меня, как будто у меня четыре головы.
Я хихикнул. —Да, я говорю серьезно. Я думал, нам обоим будет скучно. Мы можем составить друг другу компанию, когда все уйдут.—
— Наверно— настороженно сказала она. Я могу сказать, что она все еще подозревала, что я что-то задумал.
—Это хорошо.—
Мы оба вернулись к завтраку. Она была смущена. Я пытался сосредоточиться на чем угодно, но не на том, что я чувствовал на самом деле.
Джина и ее семья спустились на завтрак после того, как мы с Эрин закончили есть. Мама и папа спустились вскоре после этого. Мама и папа присоединились к родителям Джины на завтрак, а Кара и Лия присоединились к нам. Я передвинул свой стул и потянул еще один рядом с ним. Джина улыбнулась и села рядом со мной с тарелкой тостов, в то время как ее сестры взяли оставшиеся два стула.
Триш подошла к столу, а Эрин и Лия ушли с ней. Кара подмигнула Джине, я улыбнулся и рано извинился. Джина мало ела, и мы оба какое-то время не разговаривали.
—Хочешь пойти куда-нибудь, где мы могли бы просто потусоваться?— спросил я.
Она хмуро кивнула.
Я понял, что мне отчаянно нужно найти место, где мы все еще будем рядом с лагерем, но мы сможем уединиться. Единственное место, о котором я мог думать, был наш дом. У него было не самое уединенное место в мире, но это было намного лучше, чем клуб.
—Я думаю, что знаю, куда мы можем пойти, — сказал я более уверенно, чем думал на самом деле.
Она кивнула и мы встали одновременно.
Мы подошли к столу, где наши родители только что допивали кофе, и все посмотрели на нас.
—Мы действительно не хотели делать много сегодня, — сказал я в качестве объяснения. —Поэтому мы подумали, что, возможно, потусуемся в нашей комнте. Если вы не возражаете.—
Наши мамы делились взглядом, значение которого я не понимал.
—Джина, ты поможешь мне убрать посуду?— Элизабет спросила, у нее подрезался британский акцент, но ее тон явно указывал на то, что это было гораздо больше, чем простая просьба.
Моя мама тоже стояла и улыбалась мне. Джина кивнула и стала помогать маме с кофейными чашками и другими блюдами на завтрак. Мама протянула руку через мою и направила меня к диванам, и немного уединения. Я смотрел через плечо, когда Джина и ее мама шли к кухонной стойке, задаваясь вопросом, что происходит.
— Помнишь наш вчерашний утренний разговор? —Спросила мама.
Ты имеешь в виду ту, где ты напугала меня разговорами о сексе между мной и Джиной? Я сдержал эту мысль при себе. Своим лучшим, ни к чему не обязывающим голосом я сказал — Наверное.—