Исход (СИ)
— За дело, Командор? — глава аркановской тайной службы не мог понять замысла своего господина.
— О-о-о-о, — Буревестник широко улыбнулся, в который раз за день. — Дел у нас много!
* * *
Диоклетиан Гонорий Фрагонар — он же маэстру Гонзак, пешком добирался до усадьбы Бурдок, что размещалась на самом краю выделенного ортодоксальным владетелям квартала пешком. По своей привычке бывший магистр оффиций нарядился в потертый коричневый кафтан, который никоим образом не указывал на его высокий статус, на голову нахлобучил кожаную шляпу. Старый интриган опирался на трость, чуть прихрамывая, и подошвы его потертых ботфортов иногда шаркали по плитке тротуара.
Маневр Гонзака с подменой документов удался, ортодоксов поселили компактно, если можно назвать компактным расселение в отдельных особняках, отстоящих друг от друга на полверсты или более. Это позволило бы делегатам от Великих Семей прийти друг другу на помощь в случае беды… Если бы существовала такая договоренность. Фрагонары, Корнелии и Бергандали уже составили триумвират, еще на Юго-Востоке, и давно выступали единым фронтом. А вот Тиберий Аркан Буревестник и Вергилий Аквила все еще не раскрыли свои намерения… И Гонзак шел налаживать мосты.
— Что такое? — удивленно пробормотал под нос он, заслышав стук топоров и визг пил, а следом — треск падающего дерева.
— Па-а-аберегись! — заорал возница и мимо прогрохотал крытый тентом фургон, в котором позвякивали ящики с чем-то явно металлическим.
Усадьба Бурдок, известная жителям Кесарии и таким любителям мрачных тайн, как Диоклетиан Фрагонар, в первую очередь в качестве места трагической гибели семьи последнего императора Фабия Красивого, теперь напоминала строительную площадку! Грозные аскеронские воины сняли доспехи, развесили вдоль границы участка щиты, подпоясались мечами и тесали, копали, приколачивали и таскали с видимым азартом и трудолюбием…
— Ваше высочество? — Гонзак с удивлением узнал Аркана в долговязом широкоплечем рабочем, который вместе с десятком аскеронцев тащил освобожденный от сучьев ствол дерева куда-то в сторону развалин усадьбы. — Что здесь происходит?
— Маэстру Гонзак… А-хм! Точнее, ваше превосходительство Фрагонар — вы стоите на будущей Виа Преториа. А вон там будет Форум Игнис, а здесь — Виа Принципалис… — Буревестник оторвался от работы, утер пот со лба и пояснил. — Раз уж выдалась такая возможность — нужно расположиться с удобствами!
— Вы что же, делаете лагерь легиона⁈
— Тут нет и трех гектаров местности, разве что когорта могла бы здесь разместиться… Но нам в наследство достались отличные каменные стены, хватит места и людям, и лошадям… В коттедже будет штаб, во флигеле — конюшни… — делая поясняющие жесты делился планами Аркан.
— Вы понимаете, какой это будет скандал? — Гонзак прищурился. — Военный лагерь посреди Кесарии! Крепость внутри крепости!
— А мы по их оптиматским сложностям нашей ортодоксальной простотой ударим, — Буревестник полез за пазуху и извлек бумагу с подписями членов магистрата и печатью Ратуши. — Вот, этот фон Штадлер… Кстати — вы знали, что в центральных провинциях вместо «дю» оптиматские аристократы добавляют к фамилии «фон»? Что за дурацкая манера? Ну, не важно, не важно… Главное — фон Штадлер их подставил. Вот оно — «по своему собственному разумению устроиться на территории усадьбы Бурдок!» А? Каково? А мы народ провинциальный, дикий, большую часть времени проводим по лесам да буеракам, на чудищ охотимся и разбойничков изводим… По нашему разумению — военный лагерь и есть самое комфортное и удобное в мире место для проживания…
— Ну-ну, — покачал головой Диоклетиан Фрагонар. — Надеюсь, вы хотя бы на один вечер променяете удобства стройплощадки на скромное гостеприимство моего господина? Его высочество князь Люциан приглашает ортодоксальных принцепс электор на прием… И предлагает обсудить общую стратегию.
Они отошли чуть в сторону, чтобы не мешать рабочим и не быть ненароком подслушанными, и Аркан спросил:
— Давайте начистоту, маэстру Гон… А, проклятье… Никак не привыкну!
— Нет-нет, можете звать меня по старому, башелье Белла…
Мужчины понимающе переглянулись, и Рем продолжил:
— Так что, отец вел какие-то переговоры? Я не имею от него ни малейшего руководства к действию, не получал ни единого письма с тех самых пор, как покинул Аскерон! И нахожу это странным. Старик не может просто так просидеть на Первом Холме Аскерона и заниматься подсчетом урожая масличных культур и средними удоями и надоями на одну коровенку! Это чертовски подозрительно!
— Старик… — Диоклетиан Фрагонар задумчиво дотронулся пальцами до своего подбородка. — Деспот Аскеронский сейчас занимается активным строительством застав и укрепленных городков на Плато Семи Ветров и на пустошах вокруг Залива Устриц. А еще — ведет переговоры с Башней Магов. Не знаете, в чем тут собака зарыта? Я, честно говоря, голову сломал, пытаясь понять его логику… А еще — этот ваш рыбоглазый приятель, у которого руки не по локоть — по шею в крови! Он ошивается тут, в Кесарии. В компании престранных типов…
Эдгар дю Валье в Кесарии? У Буревестника все внутри похолодело. Отец готовил что-то чудовищное! Что за змеиный клубок тут сплелся перед самыми выборами? Во что все это выльется?
— Предположим… — начал он. — Предположим, я могу понять расширение сферы влияния Деспотии на ранее ничейные пустынные земли. Плато Семи Ветров — это кратчайший путь на Север, к нашим друзьям и союзникам Корхоненам. Залив Устриц — стратегическая точка для связи с Югом. Но и то, и другое — земли нынче для сельского хозяйства непригодные, и держать там сколько-нибудь солидные гарнизоны очень накладно… Но, в конце концов Деспотия сейчас может себе позволить и пять, и семь тысяч солдат на каждом направлении, для вас ведь это не секрет, да?
— Не секрет… В военном плане Арканы и Монтреи сейчас — самая большая заноза в заднице у каждого, кто прибыл на имперские выборы, — кивнул Диоклетиан Фрагонар. — А для вас — не секрет что Синедрион готовит почву для Крылатого похода… Они никогда не смиряться с таким положением дел!
Буревестник мрачно кивнул:
— Это все ес-тес-твен-но. В нашим мире это — в порядке вещей. А знаете, что не в порядке?
— И что же? — склонил голову на бок Гонзак.
— Мой отец никогда не стал бы вести переговоры с магами. Я в принципе не представляю себе, что заставило бы его пойти на такой шаг. Сжечь их всех? О, да! Изгнать из Деспотии? Вполне. Терпеть и скрипеть зубами, ожидая повода расправиться с ними? Тоже можно понять, так дело и обстояло перед моим отъездом. Сотрудничать? Обсуждать что-то? О, нет!
— Так что же, скоро — Конец Света? — выражение лица старого интригана стало ироничным.
— Ой, да бросьте… — отмахнулся Аркан. — Конец Света случается каждые сто лет, вам ли не знать?
— А я думал — каждые тридцать…
— Может и тридцать, — беспечно согласился Буревестник. — Так что там с приглашением? Когда его высочество ждет мое высочество в гости?
— Сегодня, к полуночи, — сообщил Фрагонар. — Оденьтесь подобающе, мероприятия предстоит хоть и камерное, но очень, очень серьезное…
— К полуночи? — Рем выпятил нижнюю челюсть. — Мы успеем закончить ров, вал и частокол. Может быть, накроем и крышу! Замечательно!
Он махнул рукой, прощаясь, и побежал догонять рабочих, которые крепили ствол дерева к тросу кран-балки, готовясь поднять огромное бревно на высоту третьего этажа.
* * *
VI СИЛЬНЫЕ МИРА СЕГО
— Это что — и есть ваш подобающий наряд? — Диоклетиан Фрагонар состроил гримасу такую кислую, будто он съел пяток южных недозрелых лимонов. — Сначала Вергилий, теперь вы…
— О, да! — кивнул Аркан, сделав в уме зарубку про «Вергилия». — И в пир, и в мир, и в добрые люди.
Под черным плащом с багряным подбоем на герцоге Аскеронском были надеты кожаные доспехи — типичные, аскеронские. Тщательно вычищенные и покрытые специальным лаком, кираса, наплечники, наручи и поножи смотрелись на самом деле довольно элегантно — для командира наемного отряда, но никак не для хозяина всего Аскерона. Необычные ножны и два эфеса мечей также привлекли внимание Гонзака, но от комментария бывший магистр оффиций в этом случае воздержался.