Дракон-детектив и тайна жертвы (СИ)

Размышляя, Милли тихонько шла за медсестрой по тёмному коридору. Девушка боялась позвать подругу, боялась выдать себя, ведь не знала, за какой из дверей сейчас может находиться кто-то из медперсонала. Одна ошибка и её отправят обратно наверх, а то могут даже и запереть в палате. Опасения оказались не напрасны. Когда Милли уже почти догнала подругу, одна из дверей открылась и из неё появилась запыхавшаяся медсестра. Тоня чуть было не столкнулась с коллегой, но этого, к счастью, не произошло. В противном случае медсестре пришлось бы собирать с пола содержимое подноса…снова. Милли едва успела отступить в тень и спрятаться за каталкой, оставленной в коридоре.
— Тоня! Ну, наконец-то, — задребезжал недовольный голос.
— Да, — растерянно ответила молодая медсестра, убирая свёрток за спину, — простите, я приехала, как только смогла.
— Умеешь ты опаздывать в самое неподходящее время, — медсестра постарше торопливо обошла девушку и поспешила туда, где её уже давно ждали.
— Чего это она? — Тоня задала вопрос кому-то, кто остался в процедурном кабинете.
— Завал, — раздался флегматичный мужской голос, который Милли не узнала, — сердечницы прут с обеда, как в урожайный день, даже старую Раду привезли, да ещё парочка всмятошников нарисовалась.
— Ох, — непонятно чему больше удивилась Тоня, тому, что в больницу привезли известную на весь город травницу, имевшую репутацию ведьмы, или паре жертв ДТП, которые были в Подгорице большой редкостью.
— Ага, Трешня сейчас как раз оперирует одного из всмятошников, какой-то жутко важный тип, на его счёт уже раза три звонили.
— Важный тип? — нахмурилась Тоня.
— Да, прокурор или судья.
— Может, адвокат? — уточнила медсестра.
— Может.
— Хм, понятно, — настроение Тони будто немного улучшилось.
— А что насчёт пятницы, а Тонька? Погуляем? У меня машина есть до следующего понедельника. Там сидения такие мягкие, лучше любой кровати…
— М, — вяло улыбнулась медсестра, — посмотрим.
Не дожидаясь очередного вопроса, Антонина посмешила дальше, вытащив из-за спины свёрток. Она быстро пересекла холл и исчезла в очередном коридоре. Дверь в процедурную осталась открытой, лишив Милли возможности следовать за подругой. От досады у девушки защипало в глазах. Ну почему Тоне сейчас нужно было торопиться именно в ту часть здания? Что там было такого важного? Милли не очень хорошо ориентировалась в больнице, но ей казалось, что в той стороне, куда ушла подруга, расположены только склад и морг. Что Тоне могло там сейчас понадобиться? Боясь покидать свой наблюдательный пункт, девушка пряталась за каталкой минут десять. В глубине души она надеялась, что Тоня вернётся и им всё же удастся поговорить. Но вовсе не молоденькая медсестра оказалась человеком с белым халатом, появившимся в холле больницы в следующий момент.
  
Глава 21. Погоня?
 
Рассмотрев стенд в холле, где висела фотография Карповича, Третьяк поправил перекинутый через руку халат. Он хотел отправиться на поиски полицейского, когда по коже пробежала волна горячей дрожи. Первородный? Ноздрей коснулся затхлый и терпкий аромат железа, крови и пыльных скал. Вальтер зажмурился. Первый просто не мог быть где-то поблизости, он надёжно заперт в пещере под горой. Так должно быть. Не стал бы дракон, томившийся в летаргии почти тысячу лет, таиться, скрываться, выжидать. Первородный никогда не отличался терпением. Мысли обгоняли одна другую, но тревожащий сознание Третьяка запах исчез так же неожиданно, как и появился. Вальтер сделал шаг в сторону, и аромат снова проявился. Догадка не заставила себя ждать. Третьяк имел дело со следом. Запах тянулся тонкой дорожкой и быстро истаивал. Вальтер мысленно позвал собрата. Как бы там ни было, но у Плута в его нынешней ипостаси нюх был сильнее и надёжнее.
— Барк? — всего несколько секунд и бассет-хаунд вбежал в холл.
— Сюда, — позвал Третьяк, когда пёс настороженно уставился в сторону тёмного коридора с одиноким пятном света открытой двери.
Бассет-хаунд неохотно отвлёкся и поспешил к позвавшему его мужчине. Уже на полпути пёс оскалился и заметно напрягся. Не добежав до Третьяка несколько шагов, Плут рванул куда-то вбок и скрылся в очередном коридоре. Вальтер поспешил за собакой, уронив чужой халат на пол. Человек, появившийся в проёме двери процедурной, не успел застать странную парочку, скрывшуюся за поворотом. Рыжеволосый мужчина, вышедший на шум, огляделся, пожал плечами и вернулся в кабинет, закрыв за собой дверь. Тихого вздоха, раздавшегося откуда-то снизу из-за оставленной в коридоре каталки, поклонник Тони не услышал. Милли была этому только рада. Не хватало ей быть застуканной незнакомцем в таком месте и в такое время. Мужчина ей не понравился ещё по разговору, который у него случился с медсестрой. Это же надо иметь такую наглость, звать девушку на свидание с пошлыми намёками на особое продолжение в чужой машине. На месте Тонечки Милли послала бы его куда подальше. Отчего-то девушке казалось, что ей никогда не делали таких непристойных предложений, пусть она и не помнила ничего из своего прошлого. В настоящем у неё было свидание разве что с Петрацем, но и машина у него была своя, и на романическую их встреча походила с натяжкой. Слушая, как незнакомец делает Тоне непристойное предложение, Милли оценила на сколько отличается такое обращение от того, что она видела от Право. На душе стало липко и холодно. Мысль, что возможность оценить манеры адвоката по достоинству, больше может не представиться, царапнула между лопатками.
  
Исчезнувшее пятно света заставило Милли вернуться в реальность. Закрыв дверь, незнакомец представил девушке возможность попытаться догнать подругу. Вот только теперь у Милли в этом деле появились конкуренты. Мгновение назад она видела, как Третьяк со своим псом отправились в том же направлении, куда совсем недавно ушла Тоня. Бассет-хаунд выглядел возбуждённым, а его хозяин так торопился, что бросил в холле медицинский халат. Девушка осмотрелась. Судя по всему, опасности быть кем-то замеченной не было. Сторож, который обычно в это время дежурил в холле, куда-то запропастился, большая часть немногочисленного персонала после тяжёлого дня разошлась по домам, а оставшиеся доктора и медсёстры, похоже, были заняты на операции. По крайней мере, так объяснила себе девушка безлюдность коридора, в котором пряталась. Сперва Милли кралась по стеночке, пытаясь не производить никаких звуков, потом осмелела и побежала через холл, чтобы быстрее добраться до нужного поворота. По дороге она зачем-то подобрала валявшийся на полу халат. Это секундное замешательство могло спутать ей все карты. В момент, когда девушка уже добралась до нужного поворота, в холле появился сторож в сопровождении Маршала Гнездо. К счастью, занятые беседой, больше походившей на допрос, мужчины Милли не заметили. Так, по крайней мере, девушка подумала, ведь никто не окликнул её.
В том, что идея преследовать Тоню была неудачной, подруга убедилась, когда коридор вывел её в небольшой, но совершенно безлюдный внутренний дворик. На улице девушка нашла несколько хозяйственных построек между деревьями, парочку лавочек и металлический остов какого-то шкафа в свете луны и одинокого фонаря больше напоминавшего плечистого монстра. Ни Тони, ни Третьяка с его псом. Милли закусила нижнюю губу. Что ей теперь было делать? Она бы вернулась в палату даже несмотря на риск столкнуться со сторожем, но наткнуться на полицейского она была не готова. Толстяк и так чуть ли не в лупу рассматривал её слова и поступки. Что он скажет на то, что подозрительная особо разгуливает ночью по больнице, в особенности если выясниться, что где-то поблизости обретается и Третьяк? С другой стороны, Милли понятия не имела, какая из трёх ближайших построек могла быть зданием морга, а какая — складом. Что находится за третьей дверью, девушка вообще не представляла. Куда ей идти искать подругу?
Имея такой скудный набор вводных данных и холодок, крадущийся по позвоночнику, девушка не решалась сойти с места. Что, если в попытке найти Тоню, она наткнётся на кого-то из персонала и не сможет достоверно объяснить, что тут делает? Вдруг, если останется на месте, она столкнётся с Гнездо, который уже сейчас, возможно, идёт за ней по коридору из холла. Мысли словно назойливые комары бесформенным облаком кружили и пищали в голове. Дрожь усиливалась. Виной тому, возможно, было внутреннее напряжение, страх или вечерняя свежесть, принесённая ветром откуда-то со стороны моря. Луна по-прежнему висела на небе аккуратным пятном, но вокруг него уже лениво ползали пухлыми гусеницами тёмные тучи. Милли показалось, что она услышала гром где-то в отдалении, или это был грохот каменного оползня где-то в горах, а, может, отголоски рокота раздосадованного моря… По ногам пробежала слабая, но неприятная вибрация, заставившая сойти с места. Милли сделала несколько шагов и снова услышала шум, но уже где-то совсем рядом.