Гребень Дяди Нэнси (СИ)
Прохор хихикнул, потом закашлялся, чтобы замаскировать смешок. Эдна внимательно смотрела на него, ожидая указаний. «Девочка из Сызрани», — подумал Прохор и ему снова стало смешно. Эдна скривила губы и отвернулась.
— Нет-нет, детка, ты будешь смотреть на меня, — сказал Прохор и развернул ее лицо за подбородок. — В договоре сказано, что ты должна выполнять все мои желания, поняла? Как там тебя зовут, я опять забыл?
— Лоа Эдна, белый господин… — прошептала Эдна.
— Это означает, что если я захочу тебя сожрать, то ты с улыбкой отрежешь себе руку, пожаришь ее на сливочном масле и подашь мне с поклоном.
— Но вы же веган, белый господин.
— Я же сплю, а значит это не считается, — Прохор заржал, переместил руку на горло девушки и крепко сжал.
— Да, белый господин. Прикажете отрезать себе руку? — Эдна сглотнула. Радужные глаза потемнели, на кончиках пальцев заплясали бледные искорки.
«Почему я веду себя как мудак?» — подумал Прохор, отпустил девушку и отвернулся. Перспектива отвечать на телефонные звонки уже не казалась Эдне печальной. Нет, ей встречались раньше не очень умные, не очень вежливые и не очень сообразительные клиенты. Но с таким мудаком она столкнулась впервые. И сопровождать его ей предстояло еще две недели. «Кошмар!» — мысленно простонала она и улыбнулась как можно более глупой и радостной улыбкой. — Счастье моего господина — мое счастье!
Прохор сидел неподвижно, мешая серебряной ложечкой безалкогольный напиток из цветочных лепестков. Яркие пятнышки кружились в прозрачной голубоватой жидкости, как стеклышки в калейдоскопе. На грани слышимости заиграла музыка. Что-то джазовое, как всегда. Знакомое, но неузнаваемое. Распадающееся на какофонию отдельных звуков при попытке прислушаться. Легкий горячий ветер тронул цветочные гирлянды, свешивающиеся с крыши террасы «Ля-Флер-Экарлят». Эдна как можно более незаметно вздохнула. Нет, она не хотела на телефон. Рю-де-Бурбон — ее дом, и она не позволит какому-то «золотому мальчику»…
— Покажи сиськи, — сказал Прохор.
— Что?!
— Ой, не прикидывайся, что не слышала! Я хочу, чтобы ты стянула платье до талии и сидела так, девочка из Сызрани. Что непонятного?
— Я из Нижнего Новгорода! — Эдна зло дернулась. Платье, только что переливавшееся красным и синим, снова потемнело. Руки потянулись к завязкам на плечах.
— Я так и знал, что ты живая, — Прохор захохотал. — Стоять. Дай угадаю, что будет, если ты сейчас развяжешь бретельки? Явится какой-нибудь грозный колдун великанского роста и в воооот такой шляпе и заявит, что я нарушаю возрастное правило. А потом я проснусь в своей постели с головной болью и первым проколом в правах, так?
— Что-то вроде того, — Эдна кивнула. — Так что, показать сиськи?
— Перебьюсь. Извини, я веду себя как мудак, я даже Сири всегда выбешиваю, и она разговаривать со мной перестает, — Прохор сжал узкую темную ладошку Эдны. — Представляешь, вызываю Сири, а она вместо «здравствуйте, чем могу помочь?» говорит «я не хочу с вами разговаривать!» и отключается. Смешно, да?
— Смешно… белый господин, — Эдна принужденно улыбнулась.
— Ладно, перестань, девочка из Сыз… Нижнего Новгорода. Как тебя на самом деле зовут?
— Лоа Эдна.
— Ладно, фиг с тобой, пусть будет так. Только я все равно забуду через пять минут. Давай уже во что-нибудь поиграем. Что посоветуешь? Космические яйца? Или вашу версию Дикого Запада?
— В первый сеанс лучше не ходить через порталы, белый господин, — сказала Эдна. — Рекомендую сначала потренироваться на аттракционах Рю-де-Бурбон…
— Подвальные бои, химера-родео и прочий бег в мешках по пересеченной местности? А смысл? Я что-то не вижу никаких параметров, которые мог бы поднять. Здесь вообще есть всякие статы и ТТХ? Могу я посмотреть?
— Разумеется, есть, белый господин, — Эдна все еще говорила осторожно, опасаясь, что ее клиент снова превратится из нормального парня в мудака. — Вы можете посмотреть их в своем профиле на сайте ноктюрнета. Их спектр меняется, в зависимости от ваших действий здесь.
— Растут? Усиливаются?
— Необязательно, белый господин. Например у точки сборки нет вертикальной шкалы, разные позиции хороши в разных ситуациях.
— А не могу я их прокачать за деньги?
— Увы, белый господин, — Лоа Эдна потупила глаза. — С одной стороны, пространство ноктюрнета не имеет границ в прокачке, теоретически вы можете вырасти настолько, что начнете создавать свои собственные миры, практически же, ваш персонаж — это в каком-то смысле отпечаток вас настоящего. С ограничениями и комплексами в собственной голове. Переступать через них в ноктюрнете безопасно, но делать это придется самостоятельно…
— Подожди-подожди… — Прохор остановился и перекинул трость из руки в руку. — То есть, если я вижу перед собой красотку, то могу быть уверен, что в реале девушка тоже не толстый мужик с крошками в бороде?
— Почти на сто процентов, белый господин.
— Почти?
— Всегда есть мизерный шанс, что бородатый мужик прокачал свои текучесть, сияние и индульгирование до ультрафиолетового значения. Но пока, насколько я знаю, в ноктюрнете никому не удалось достичь таких параметров, — Эдна замолчала, потом спохватилась и добавила. — Белый господин.
— Ладно, будем считать, что я понял. И давай начнем с родео. Есть на вашей богоспасаемой улочке что-то вроде скачек верхом на строптивых животных?
— Конечно! — Эдна мстительно улыбнулась. — Сейчас открыт «Грог Господина Ро», там есть арена для родео и очень большой выбор существ.
— Годится, веди меня туда… как там тебя зовут, я забыл?
— Лоа Эдна, белый господин.
Вообще-то Эдна знала как минимум штук шесть родео и коррид на Рю-де-Бурбон. Но у ее клиента был такой белый костюм, что ей просто не терпелось увидеть, как он будет пытаться удерживаться верхом на склизком черве или илистом ползуне. «Грог Господина Ро» был самым грязным заведением на всей улице в самом прямом смысле этого слова.
— Мы пришли, белый господин, — Эдна остановилась возле скособоченного двухэтажного домика шириной в два окна. Название заведения было кривыми буквами намалевано на корявой доске грязно-желтой краской. Низ доски мерцал гнилостным светом. На тряпке перед дверью подсыхали комья грязи. — Готовы войти?
— Мммм…. — Прохор склонил голову набок, разглядывая уродливое заведение. Часть кирпичей выкрошились, окна второго этажа забиты досками. — А это не слишком маленький домик для родео?
— Не обманывайтесь, белый господин, — Эдна улыбнулась. Ее платье засветилось всполохами желтого и оранжевого. — У домика большой подвал, где все и происходит. Заходим? Или вы передумали?
— Я чую в твоем голосе какой-то подвох, девочка из Сызрани, — Прохор сделал решительный шаг вперед и толкнул криво висящую дверь тростью. — Мне нравятся строптивые сучки.
— Из Нижнего Новгорода… — прошептала Эдна, но Прохор ее не услышал — он уже быстро спускался по неровным ступенькам в густой маслянистый полумрак «Грога Господина Ро». И ей ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.
Огромный, неправильной формы подвал, в некоторых местах больше похожий на пещеру, чем на строение, освещали чадящие масляные факела. Рядом с каждой из трех арен для родео стояло по две трибуны — из простых деревянных лавок и ничем не защищенные (для бедных) и из удобных кресел за прозрачным экраном, похожим на мыльный пузырь (для богатых). По первой арене бродили животные сухопутные. Похожие на страусов, быков, лошадей, носорогов и насекомых. Иногда очертания их тел менялись, они превращались из одного в другое, отращивали лишние хвосты и конечности. Вторая арена была заполнена жидкой грязью. На ней извивались и блестели склизкими боками червеподобные, ящерицеподобные и жабоподобные твари. Третья арена была покрыта коричневой пылью и пустовала. К Прохору подскочил чернокожий тощий мальчишка, окинул его оценивающим взглядом с ног до головы и заискивающе заглянул в глаза.
— Маса желает смотреть и делать ставки? Бобби проводит, Бобби покажет, Бобби принесет напитки…