Барон Чернотопья (СИ)

— Как на самоубийство, — не задумываясь, ответил Фолкс, однако тут же нахмурился, подозрительно глядя на меня. — Ты что-то знаешь?
Поставив кружку на столешницу, я улыбнулся.
— Я знаю, что на Фолкбург не пойдет основная часть армии, — пожал плечами я. — Сам понимаешь, мы здесь на клинышке Меридии, и нас стоит только заблокировать. Риксланд идет за землей, а не грабежом. Поэтому, как только ты сунешься за ворота, станешь добычей. Если же останешься за стенами — у людей будет шанс выжить. И сохранить не только жизни, но и честно нажитое добро.
Фолкс помотал головой.
— У меня приказ.
— Да, это, по сути, тоже измена, но если под твоим непосредственным командованием город не только не сдастся, но и одолеет врага, ты станешь героем. А победителей не судят.
Конечно, это всего лишь громкие слова. Однако именно так и начинаются аристократы — не с одаренных, как это ни парадоксально, а с подвигов. Фолкс может стать героем, и тогда под него пойдут новые маги. Потому что породниться с героем войны — честь редкая, любой род, каким бы нейтральным он ни был, к военной славе примазаться хочет всегда. Да, возможно, Николас получит не собственный род, а создаст младшую ветвь имеющегося, однако подобный социальный лифт — единственный путь для Фолкса стать аристократом.
— У нас нет никаких шансов против толпы чародеев, — вновь покачал головой тот. — Мы просто погибнем, защищая стены, либо предадим Меридию, если примем руку Вильгельма.
Я улыбнулся, потянувшись за кружкой, чтобы отхлебнуть чая.
— Почему ты так уверен? — спросил я, выплескивая чуть-чуть силы.
Мне не было нужно оборачиваться, чтобы почувствовать, как за креслом из моей тени поднимается демон. Тень уплотнилась и оскалила пасть, заставив Фолкса судорожно сглотнуть — в присутствии Индарга комендант почувствовал себя крайне неуютно. Никакой магии для этого демону не требовалось, всего лишь выпустить свою ауру Незримого присутствия.
— Кир… — выдохнул Николас, не отрывая взгляда от густой тени за моей спиной.
— У Риксланда есть много магов, господин комендант, — спокойно сообщил я, прихлебывая чаем. — Но вот беда — темные маги долгие столетия являлись эксклюзивом ордена Аркейн и в число аристократов практически не входили. Большинство из тех, кто не помер от собственного дара при загадочных обстоятельствах, официально считались либо неодаренными, либо им действительно купировали дар. Так что не волнуйся, у Риксланда таких чародеев нет и быть не может.
Комендант усмехнулся холодно и жестко.
— Мастер, — кивнул он, уже привыкнув к присутствию демона и глядя на меня. — Я думал, это еще одна байка контрабандистов. А ты, оказывается, все это время приходил ко мне в гости и сидел за моим столом.
Я пожал плечами.
— Темных магов не так уж и много, но наши способности гораздо мощнее, чем у привычных вам колдунов. К примеру, демонолог может призвать некоторые сущности, — я указал пальцем себе за спину. — А эти сущности очень любят кушать магов, и чем они сильнее, тем с большим аппетитом мои ребята будут поедать наших противников. Смекаешь, к чему я веду, Николас?
Фолкс кивнул.
— Кто еще в городе знает, что ты чародей?
— Никто, — ответил я. — Я не оставляю свидетелей, Николас. И то, что я тебе показывал, ни в коем случае не должно покинуть этой комнаты. В противном случае мне придется принять меры, а ты сам сказал, что мы вроде как друзья. Мы договорились?
Тот кивнул, и я отпустил Индарга обратно в тень.
— Итак, слушай, какой у нас с тобой будет план.
В том, что Николас больше не помышляет покинуть город вместе с его жителями и добром, я не сомневался. Из безумной идеи внезапно стать аристократом, уничтожив несокрушимую в другой ситуации армию, теперь выстраивался пошаговый план, как достичь такого результата.
* * *
Я стоял на городской стене, рассматривая приближающееся войско. Навскидку в нашем направлении отправили не больше тысячи человек, из которых почти сотня — одаренные. Конечно, действительно сильных чародеев там не было, но и тех, кто пришел к Фолкбургу, должно было хватить с лихвой.
 
Мы не знали, кто конкретно получает от Вильгельма деньги, но об отсутствии магов в городе он наверняка знал. Тот факт, что каждый раз свидетели моих магических способностей погибали, сыграл нам на руку — простые горожане не знали, что на их стороне внезапно оказался демонолог.
Однако все было не так просто — во-первых, чтобы призвать настоящую армию, которая сможет одолеть воинов и чародеев Риксланда, мне не хватило бы собственных сил. А потому я решил воспользоваться другим способом, и Николасу пришлось в нем участвовать со всей отдачей. Короткая череда облав по городским притонам и рейд в городской тюрьме обеспечили меня достаточным количеством крови и трупов.
Во-вторых, опираться на примитивные договора с демонами было бы недальновидно. А потому я потратил неделю, прежде чем под моей рукой оказалась группа высших демонов, которые в свою очередь контролировали своих подданных. Если кто из низших тварей решит нарушить условия своего визита, старший демон его прикончит окончательной смертью.
В-третьих, людские руки изрядно потрудились, чтобы превратить Фолкбург в укрепленный город. Магия-шмагия, а штурм стен тоже может принести свои плоды. И тот факт, что эта тысяча врагов, явившаяся к нам, считалась Вильгельмом достаточной, чтобы захватить город, утверждал то же самое. Так что несколько дней горожане копали ров, втыкали в его дно колья.
С нашего разговора прошло всего ничего времени, а Фолкбург преобразился. Теперь город стал ощутимой преградой для риксландской тысячи солдат, которую им придется брать всерьез, а не той легкой прогулкой, на которую они наверняка рассчитывали. Хотя им сейчас, конечно, так не кажется — ведь с ними куча чародеев, для которых подобные укрепления — всего лишь повод немного задержаться.
Небо окрасилось кровью — начался закат, и вражеская армия, растянувшись полукольцом на том берегу, остановилась. Воевать посреди ночи они не собирались, так что вскоре появились палатки, загорелись костры.
С моим демоническим зрением я прекрасно видел униформу солдат, но не мог отличить среди них магов. Одаренные ничем не выделялись внешне, если, конечно, не смотреть на эфирное поле Эделлона. Потому что простых дружинников снабжали амулетами постольку-поскольку, а вот чародеи могли себе позволить куда более серьезную подготовку.
С такого расстояния понять, чем конкретно обвешались маги Риксланда, было нельзя. Но мне, в принципе, это было без разницы. Демонолог не должен идти в бой сам, для этого у него есть армии других слоев, так что какими бы там амулетами ни запасались эти колдуны, они уже были обречены.
На стенах было не протолкнуться от горожан. Стражники и простые жители высыпали на высоту, чтобы самим увидеть врагов. В толпе звучал ропот, кто-то отчаянно стонал, кто-то плакал. Идея коменданта остаться, чтобы защищать свои дома, сейчас уже не казалась бюргерам такой прекрасной. Вместе с ополчением, конечно, у Фолкбурга было больше воинов, однако на том берегу отдыхали настоящие профессиональные убийцы, а у нас даже стражники в большинстве своем за оружие брались только для того, чтобы угрожать нарушителям порядка.
— Что скажешь? — спросил я, оборачиваясь к стоящей рядом и кутающейся в плащ Дие.
Вампирский взгляд девушки скрывали опущенные на лицо волосы. Но она закончила осматривать вражеский лагерь и пожала плечами.
— Вряд ли там кто-то действительно сильный, — отозвалась она. — Но, по крайней мере, один такой точно должен быть. Это же военный поход, а не прогулка.
Я кивнул.
— Ставлю талер, что его шатер в самом центре лагеря, — сказал я достаточно громко.
Рядом тут же появился Николас. Фолкс недовольно взглянул на нас, но ничего не сказал. Комендант за последние дни сильно осунулся — очень много крови оказалось на его руках, и теперь Николас уже не чувствовал себя столь благородным воином, скорее палачом.