Личный слуга или Мама на полставки (СИ)
Она отомстит! Отомстит грандиозно и незабываемо. Вампир Кифен аристократ, а значит с радостью подпортит репутацию своему врагу. Они же враги, надеюсь.
— Я все расскажу. — согласилась она. — На самом деле герцог, он…изврат-кофемат, домашний тиран с расстройством психики и легким старческим маразмом, наложенным на драконий пубертат. — вампир уставился на пленника и возмущенно прошипел:
— Чё? Ты слов попроще не знаешь? — Кифен достал из кармана маленькую стеклянную колбу и открыл. — Тц, придется на тебя зелье правды тратить, оно-то тебе язык развяжет. — Эрика закивала и даже открыла рот, мол, давайте, заливайте свое чудо-зелье. — Тебе и правда повредили голову. — печально вынес вердикт вампир, но зельем напоил. — Итак, теперь ответь на мои вопросы. Для начала, почему ты так легко согласился выпить зелье?
— Теперь вы поверите всему, что я скажу про подлого дракона. — Кифен взбодрился, почувствовав в пленнике единомышленника. По-мнению Эрики, для вампира, Кифен был туповат, но, может, это расовая особенность такая.
Зрачки у герцогского слуги сузились, а радужка засветилась неестественно зеленым, значит зелье подействовало.
Подействовало неправильно.
Вампир выругался, внимательно заглядывая в помутневшие глаза пленника.
Неужто крылатая ящерица ежедневно опаивает своего слугу блокатором-антидотом? Ха, герцог бы скорее предпочел убрать знающего слишком много человека или не доверять важной информации вообще, чем тратить такие большие деньги и ежедневно закупать зелья.
Так в чем же тогда дело? Почему не сработало?
— Юиген, принеси мне мой саквояж № 8 из третьей лаборатории и позови Веце. — приказал Кифен. Подчиненный принес саквояж и поставил на стол у стены.
— Вы звали, господин? — молодой парень зашел в комнату и сразу прошел к столу, открыв саквояж.
— Достань колбу 7, 13 и 8. - вампир надел перчатки и еще раз осмотрел глаза Эрика. Состояние пленника медленно начало усугубляться и даже без специального артефакта граф мог точно сказать, что больше двух лет это тело не протянет. И зелье правды только ускорило процесс.
— Господин, этот теперь ваш новый подопытный? — поинтересовался слуга, украдкой взглянув в сторону привязанного к стулу пленника.
— Как посмотреть, как посмотреть… — протянул вампир, — Глянь, что скажешь? Это его зелье правды так. — зрачки то сужались, то расширялись в хаотичном порядке, Дамб пытался сказать что-то, но вместо этого вырывалось лишь невнятное гнусавое мычание. И сейчас, к своему стыду, Эрик выглядел хуже того Юигена, которого еще недавно мысленно обзывал.
— Однозначно 7, 4,13 и 8. Можно попробовать еще 5, но это вряд ли. — такое вампир и его ассистент видели впервые.
Нельзя было точно определить, какой именно фактор блокировал зелье. Магия? Другое зелье? Врожденный иммунитет? Артефакт?
— Неси. — граф взял колбу номер 7, поданную Веце, и, открыв, поднес к носу Дамба. Раствор 4 Эрику дали выпить, тринадцатый закапали в глаза, восьмой втерли в виски, но ни один из них не дал результата. Отчаявшийся граф плеснул пятый раствор Эрику на лицо.
— Господин! Смотрите! Сработало! — вампир зажег несколько магических светильников над собой, чтобы лучше рассмотреть проступивший знак. Крупная круглая печать на лбу Дамба светилась кроваво-красным.
— Какое сложное проклятье, да и наложено не первый месяц. Работа чернокнижников, не иначе. — Кифен взял увеличительное стекло и попытался прочесть символы.
Судя по тому, что он понял, проклятье ранее было закреплено на неодушевленном носителе и предназначалось для массового заражения других.
По факту небольшая пакость и вреда почти не причинит, но этот парень, герцогский слуга, каким-то образом получил весь объем проклятья от первоисточника, который предназначался для массового заражения.
И отхватив так много вредоносной магии, Эйрикур наверняка столкнулся с кучей проблем, таких как потеря самоконтроля, перепады настроения, ухудшение умственных способностей.
Изучив основные направления действия проклятия, вампир никак не мог понять, как такого, практически недееспособного человека, герцог Ибенир назначил личным помощником и не выгнал взашей.
Кифен не любил иметь дело с проклятиями: создавать хлопотно, накладывать сложно, снимать муторно. Но вот герцога проклял бы хоть десять раз на дню.
— Придется снимать, иначе нам этот партизан ничего не расскажет. — тяжко вздохнул вампир. Веце достал из пространственного кармана реквизит для ритуала и бросил нечитаемый взгляд на графа.
— Кто такой партизан, господин? — Веце посвятил всего себя служению господину Кифену с ранних лет, но все никак не мог привыкнуть к странным словам, которые иногда говорил вампир.
— Потом расскажу. Сейчас лучше сосредоточиться на ритуале, если что-то пойдет не так, мы рискуем лишить этого парня последних мозгов. У него их из-за проклятья и так мало осталось. — Дамб возмущенно замычал, но мужчина лишь шикнул, — Помолчи, убогий, для тебя стараемся.
Эрика молчать не собиралась, так же как и терять способность связно мыслить, а Веце не был намерен терпеть шум, поэтому заткнул пленника воздушным магическим кляпом. Эйрике оставалось только пыхтеть, наблюдая как эти двое похитителей вроде как спасают ее.
Они рисовали что-то на полу, брызгали ее водой, завывали странные песни и кидались сухоцветом.
Ничего из этого снятие проклятия не напоминало, но она сразу забыла об этом, когда ее облили маслом и подожгли. Огонь ярко вспыхнул, подняв столб пламени до потолка, и исчез.
Сердце не то что в пятки ушло, оно чуть не остановилось! У нее вся жизнь перед глазами пронеслась.
Кифен и Веце устало присели у стены, тихо переговариваясь.
Эйрика старалась успокоиться, в горле першило, голова шла кругом, но мысли были ясными как никогда.
— Кх! Кх-кха-кха! — Эрика попыталась сдержать кашель, но стало только хуже. Во рту осел металлический привкус, по подбородку стекало что-то теплое. Вампир прервал беседу и взглянул на пленника, не смог сдержать удивленный возглас:
— Ты что, туберкулезник? — Дамб минуту назад сидел в светлой помятой рубашечке, а теперь вся она забрызгана кровью. Кровь была везде: на шее, воротнике, стекала изо рта и даже попала на штаны.
Плохая идея была похищать этого человека, от него проблем не оберешься, а ведь и суток не прошло!
— А вы, что, попаданец? — бросила Эрика в ответ, ведь в этом мире не было известно о такой болезни как туберкулез.
Кифен удивленно вздернул брови и мгновенье спустя дружелюбно улыбнулся, обнажая клыки. Местные использовали только слово “переселенец” и что из этой мысли вытекало, очевидно без пояснений.
— Граф Кифен Вальдернеский, для своих просто Степан Васильевич. — сказал он, магией сняв веревки с Эйрики и протягивая руку для рукопожатия.
Глава 27
— Вот что я думаю об этом, Ваша Светлость. — подытожил Даран, закончив доклад. Келион устало убрал ладонь от лица.
Этот собачий сын Эрик вывел его из душевного равновесия и теперь, даже не смотря на довольно обнадеживающую версию событий от разведчика, дракон никак не мог прийти в себя. Еще и вся успокаивающая настойка в поместье неожиданно закончилась.
Не иначе как это засранец Дамб приложил к этому руку.
— То есть, ты хочешь сказать, что Эрик попытался запугать меня точно так же, как я его? То, что сделал я — было безобидной шуткой, а вот его действия — это уже откровенное домогательство. — Керналион напряженно перебирал пальцами, в голове всплывало лицо Эрика, его горящие глаза, томный взгляд, чуть изогнутые в улыбке губы, темные брови, плавная линия подбородка…руки, тонкие и изящные и…
Ибенир яростно тряхнул головой, прогоняя навязчивое видение.
Ох, эти мысли начинали его пугать. Если так пойдет и дальше, он не выдержит, бросит все и уедет в загородное поместье восстанавливать душевное здоровье.
— Гм, господин, я не согласен с вами. То, что вы сделали… это нельзя расценить иначе как домогательство, а не шутку. Исходя из собранных данных, действия объекта не более чем самооборона. — судя по взгляду, герцог не поверил Дарану и тот решил использовать свой главный аргумент, вбив последний гвоздь в крышку гроба недоверия господина. — Камисон полностью со мной согласен. — после этих слов лицо Келиона просветлело.